Концепция психоэнергетического «делания»
Человек как восприниматель может находиться в двух наиболее фундаментальных модусах своего бытия — в состоянии делания и состоянии неделания. Это не просто состояния восприятия. Подлинный масштаб этих, казалось бы, чисто психических состояний приобретает для нас поистине космический характер, потому что здесь заключены все изначальные противоположности данного нам Мира: Бытие и Небытие, Вселенная и Пустота, Жизнь и Смерть, Субъективность и Объективность, реальность отдельных объектов и однородное поле Абсолюта.
Все, что мы воспринимаем, чувствуем, осознаем, является продуктом делания. Все, что выходит за границы обычного восприятия и чувства, все неразличимое, погруженное в нескончаемое безмолвие
фона, — есть материал неделания, его призрачная и вездесущая ткань. Оно либо принципиально не может быть сделано (собрано по тому или иному перцептивному шаблону), либо просто ожидает такого усилия внимания, которого большинство людей так и не совершают за всю свою жизнь.
Важно понять, что мы говорим не просто о состоянии восприятия, не о перцептивной установке и не о специфической работе внимания. Делание и неделание — нечто гораздо большее. Я бы сказал, что это силы, определяющие характер нашего взаимодействия с энергетической Вселенной.
На первый взгляд, такое заявление кажется сильным преувеличением или еще одной декларацией в духе субъективного идеализма. Действительно, разве наш опыт не вступает в противоречие с этой концепцией? Разве мы вступаем в контакт только со сделанными вниманием и восприятием объектами? Кирпич больно бьет по голове независимо от того, видим мы его или нет. Излучения, вирусы, электромагнитные и иные поля, ультра- и инфразвук, словом, бесчисленное множество процессов и явлений влияют на нас, независимо от способности осознанно их воспринимать (делать).
Все это как бы подтверждает нашу извечную убежденность в том, что реальный мир обладает объективностью, а игры восприятия— исключительно внутреннее дело субъекта.
Однако не все так просто.
Конечно, наличие воздействия извне свидетельствует о «реальности» — но реальности чего? В случае с полем или излучением это более очевидно: мы как бы непосредственно сталкиваемся с сущностным воздействием энергии. А чем является, например, летящий в темноте и невидимый нами камень (пуля, стрела и т.п.)? И требуется ли делание (сборка сенсорных сигналов) для того, чтобы испытать воздействие?
Энергия всегда остается энергией. Даже когда она собрана в камень или любой «материальный» объект. Материя, привычно воспринимаемая нами в виде отдельных объектов, — всего лишь слово. Это отражено даже в ортодоксальном философском определении: «бесконечное множество всех существующих в мире объектов и систем, всеобщая субстанция, субстрат любых свойств, связей, отношений и форм движения». Что это за мифический «субстрат», если он объединяет в себе абсолютно все проявления бытия? Что во всех случаях неустранимо? Материя может не иметь массы, формы, локальности, может не быть веществом — и что же остается? Только энергия.
Таким образом, если уж говорить о некой «объективности» Бытия, то следует ограничиться «объективностью» энергии или сил. На этом уровне существование действительно не зависит от того, делаем мы или не делаем, если делаем, что и как именно.
И все же наше делание оказывает несомненное воздействие на характер взаимодействия с Реальностью. Даже не прибегая к психотехнике или иной дисциплине по управлению восприятием (духовной, мистической, оккультной), мы постоянно сталкиваемся с этим обстоятельством. Чем больше мы узнаем о странностях окружающего нас мира, тем неопределенней становятся границы взаимодействия психического и физического. То, что раньше казалось константой и аксиомой, постепенно теряет однозначность, превращаясь в условную относительность.
Прежде всего это выражается:
1) в воздействии на внешнюю реальность (куда входит биологическое пространство тела и некоторая область окружающего поля) перцептивного делания,
2) в изменчивости характера и силы внешних воздействий под влиянием работы нашего внимания и восприятия.
Чаще всего мы сталкиваемся с первым случаем, особенно в отношении биологического пространства собственного тела. Практически все телесные функции — от работы органов до скорости и характера клеточного метаболизма — непосредственно связаны с особенностями восприятия и, соответственно, делающей работой внимания. Сила сосредоточения явно определяет интенсивность энергетических процессов, которую можно зафиксировать приборами. Да и без приборов влияние внимания очевидно по тем эффектам, которые мы в конечном итоге воспринимаем.
Стоит произвольно собрать в пучок некие ощущения, тщательно зафиксировать их с помощью сосредоточения, и вот мы уже наблюдаем вполне физические последствия этого. Делая кинестетическую конструкцию «горячего пятна» на ладони, мы произвольно повышаем температуру руки, расширяем сосуды и капилляры, ускоряем движение крови в этой части тела. Более того, мы интенсифицируем истечение биоплазмы и повышаем плотность окружающих руку энергетических полей. Люди, добившиеся высокого контроля над вниманием, могут распространить силу воздействия своего поля на внешние объекты — прежде всего, живые. Именно благодаря этому специальному деланию становятся возможны многочисленные техники целительства через прикосновение. Истории подобных воздействий настолько распространены, что уже не кажутся чем-то необыкновенным и уникальным.
Гораздо реже фиксируются эпизоды воздействия на небиологические объекты. Сегодня есть все основания полагать, что и эта форма воздействия на внешнюю реальность регулярно имеет место. Проблематичным остается лишь вопрос лабораторной регистрации феноменов этого рода. Тем не менее, исследователи данных биофизических фено-
менов говорят о влиянии человеческого внимания на движение элементарных частиц в ускорителе (С. Криппнер), на скорость радиоактивного распада1 и другие, достаточно тонкие процессы.
Делание чувств
Помимо создания «картины мира», организации опыта внутри некоторого перцептивного шаблона, вычленения объектов и установления связей между ними, тональ осуществляет специфическую работу по отношению к чувствам. Поскольку эта работа происходит фактически непрерывно, мы обычно не замечаем того, как она влияет на наши реакции и поведение. Содержание тоналя накладывается на поле восприятия и, таким образом, создает мир сделанных чувств.
Можно сказать, что человек живет в двух позициях одновременно. Одна позиция, будучи изначальной, определяет его непосредственное чувствование. Другая позиция — результат о-смысления и оценивания согласно тональному описанию мира — определяет сферу обусловленных реакций и отношений. Абсолютное большинство людей не задумываются об искусственности своих чувств, а потому пребывают в полном неведении о том, что в переживаниях является реальным, а что — искаженным (порой до неузнаваемости) рефлексивным образом внешних и внутренних процессов и явлений.
Громоздкое сооружение из мыслей, смыслов и оценок зачастую скрывает от нас само существование непосредственного чувствования. Такое забвение Реальности преследует человека ежеминутно. Мы погружены в переживание иллюзорных продуктов тоналя, что делает психоэмоциональную жизнь неотличимой от сновидческой галлюцинации.
Необходимо отметить, что тональное делание чувств является одним из самых мощных фиксаторов позиции восприятия. Описание мира порабощает нас не через интеллектуальные спекуляции, не с помощью конструкций и моделей самих по себе, а именно через чувственную продукцию. Эмоции и отношения закрепляют мысль, идею на самом глубоком уровне энергетического взаимодействия с внешним полем.
Если бы не эмоциональная, чувственная вовлеченность в непрерывный процесс оценивания, созданное тоналем описание мира было бы для осознания всего лишь версией, абстрактным вариантом мироустройства, от которого легко можно отвлечься, как от любой, отстра-
1 «Обнаружено и исследовано значительное (10-13%) влияние воздействия одаренных операторов-целителей на скорость радиоактивного распада. Однако люди, занимающиеся медитативными практиками, оказались способными изменять скорость радиоактивного распада на 17-20%» («Воздействие энергетических полей человека и его сознания на скорость радиоактивного распада». - «Физика сознания и жизни, космология и астрофизика». — .№2 (6), 2002).
ненно воспринятой философской теории или метафизической концепции.
Но вся беда в том, что мы не просто о-смысляем (наделяем воспринимаемое смыслом) и оцениваем, мы — чувствуем и переживаем созданные нами оценки и смыслы. Подавляющая часть того, что кажется нам приятным или неприятным, притягивающим или отталкивающим, прекрасным и безобразным, порождена сформировавшимся описанием мира. Энергия этих искусственных чувств держит нас в определенной точке энергетического мироздания, определяет нашу форму и, соответственно, делает нашу судьбу.
Чтобы осознать это положение, достаточно приложить специальное усилие по выслеживанию собственных чувств и отношений. Сталкинг такого рода довольно быстро демонстрирует нам подспудную двойственность всей присущей человеку реактивности. Стоит практику, занимающемуся самовыслеживанием, развить в себе достаточно интенсивное метавнимание и оказаться, таким образом, в положении мета-наблюдателя, как он обнаруживает, что живет одновременно двумя типами реагирования — реагированием тела и реагированием тоналя. Пристально наблюдая за собой, мы открываем, что реагирование тоналя повсеместно торжествует и вытесняет на периферию сознания все первичные, необусловленные описанием реакции. Либо наоборот — тональ вычленяет и усиливает избранную область незначительных сенсорных флуктуации, последовательно превращая их в закономерность, наделяя случай статусом реального закона внешнего Бытия.
В первом случае мы игнорируем огромный массив необъяснимых импульсов. Это особенно очевидно во всех ситуациях, когда человек не желает следовать телесной интуиции, поскольку тональ жестко диктует ему стереотипную модель поведения и реагирования. Внимание сталкера по мере повышения его остроты и интенсивности все чаще и чаще фиксирует подобные расхождения. Да и всякий внимательный человек не раз в своей жизни убеждался, что практически всегда в ситуации конфликта между телесной интуицией и сделанным чувством (отношением), тонально обусловленные чувства обманывают и заставляют совершать ошибки. Например, мы ощущаем внутреннее сопротивление — иногда сильное, иногда едва уловимое, — пытаясь поддерживать отношения с некими «приятными» или надежными, «нужными» людьми, и эти люди нас подводят либо вовлекают в неестественные, затруднительные ситуации, выбираться из которых приходится с огромными затратами психических и физических сил.
Такое же сопротивление может возникнуть, когда мы принимаем любое решение. Делание тоналя заглушает непосредственное чувство сопротивления и формирует чувство необходимости, правильности, адекватности принятого решения. И что же? Чаще всего мы оказываем-
ся в проигрыше, терпим поражение — просто потому, что доверились искусственной конструкции тоналя, нацепившей на Реальность собственные идеи и представления.
Во втором случае тональ неправомерно распространяет единичный психоэмоциональный опыт на все схожие ситуации, в которых обманчивое подобие связей или элементов по закону тональной стерео-типизации ошибочно воспринимается как идентичность. По большому счету все эти ситуации можно отнести к категории «ложных узнаваний». Этот механизм лежит в основе формирования психических импринтов, которые иногда на всю жизнь закрепляют однотипность эмоциональных реакций на любое кажущееся сходство, условных рефлексов, поведенческих сценариев и таких масштабных психологических конструкций, как выбранная «роль» и «образ себя для других».
Здесь забвение реальности становится особенно сильным. Сталкер открывает в себе необозримое поле психических сил, которые буквально приковали его к одному-единственному способу жить, чувствовать, воспринимать, верить или не верить, действовать или оставаться пассивным. То, что человек полагает своей натуральной природой, своим характером и даже сущностью, в ближайшем рассмотрении оказывается набором деланий тоналя, не имеющим ничего общего с реальным чувствованием психоэнергетического положения субъекта.
После открытия в себе сделанных и несделанных чувств мы оказываемся в поистине затруднительной ситуации. Эти затруднения заключаются в чудовищной неопределенности критериев: как отличить чувство реальности от чувства, возникшего в результате тонального делания? В каждой выслеженной ситуации раздвоения чувств есть некая область пересечения противоположных сил делания и неделания. Ведь оба вида чувств транслируются осознанию через тело — и как мы можем узнать, где тело говорит на языке Реальности, а где оно подчинено бессознательной обусловленности тоналя?
Казалось бы, никакое выслеживание не гарантирует нам постижения истины. Мы обречены совершать ошибки, постоянно принимая делание за реальность, а реальность за делание.
Но все не так безнадежно-Непрерывное наблюдение за всеми случаями расхождения чувств постепенно помещает сталкера в «третью» позицию — позицию неотождествленности ни с одним из вариантов чувственного опыта. Это переживается как своего рода усталость от попыток распознать сделанное и несделанное.
Отрешенное созерцание собственных психических движений во всей их противоречивой полноте автоматически выводит нас за границы привычной обусловленности. И здесь неожиданно открывается истина.
Эта истина, оказывается, не имеет никакого отношения к рациональному, формализованному различению, и удалено от любого вида описания. Она пребывает в безмолвии и безмолвно себя реализует. Можно сказать, что она существует в положении остановки внутреннего диалога, спровоцированной длительным сосредоточением внимания на выслеживании своих мыслей, идей, реакций и чувств.
Пока внутренний диалог приостановлен, пока всякая рефлексия является предметом отстраненного созерцания, мы поступаем естественным, а потому безошибочным образом. Мы не думаем, что правильно и что неправильно, где реальность, а где тональная иллюзия. Мы непосредственно чувствуем и непосредственно отзываемся на возникшие чувства. Мы не беспокоимся о последствиях, поскольку идея пространства и идея времени наряду с прочими деланиями отступает, оставляя лишь чистое поле переживаемой Реальности.
И лишь потом, когда внутренний диалог возвращается в привычный режим работы, мы с некоторым удивлением отмечаем, что все наши решения, реакции, действия были оптимальны. Мы по-прежнему не знаем, как это произошло, и не должны этого знать. Ибо за все происшедшее отвечает безмолвная часть нас, часть вне описания, — проекция нашего нагуаля.
.
ПРИЛОЖЕНИЕ 2
УСИЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ
ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО ТЕЛА.
ПРОЦЕДУРЫ,
ЭФФЕКТЫ И ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЯ.
ПРОЦЕДУРЫ ДЕЛАНИЯ
ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО ТЕЛА.
«ЗАПОЛНЕНИЕ ОБЪЕМА
ПОЛЕЙ ТЕЛА»
1. Исходная позиция: остановка внутреннего диалога
Попытки остановить внутренний диалог рано или поздно вызывают специфические ощущения, подобные кинестетическим или псевдокинестетическим. Для этого используют все доступные практику способы, начиная с классической походки Силы, деконцентрации внимания, неделания, и заканчивая сканирующим созерцанием сложных и неупорядоченных структур в визуальном поле — падающий снег, плывущие облака, текущая вода, опавшие листья, и т.п.
Иными словами, мы начинаем чувствовать, осязать внутри своего тела или в непосредственной близости от него явления, которые с трудом поддаются описанию. Ими могут быть характерные онемения или покалывания, вибрации, прохладные волны, движущиеся по телу в определенном порядке.
Этот измененный кинестетический и проприоцептивный фон чаще всего проявляет себя в области межбровья и затылка, в районе горлового центра (основания шеи), постепенно распространяясь на грудь и проекцию передней части тела, которая приблизительно соответствует плотному энергетическому полю, образующему фронтальную пластину кокона.
Поскольку эти ощущения прочно связаны с динамикой внутреннего диалога и часто являются показателем того, насколько глубоко удалось его замедлить либо приостановить, мы вполне можем опираться на них как на «ресурсное состояние». То есть, произвольно вызывая эти ощущения, концентрируя на них внимание, мы можем приостанавливать внутренний диалог в любых условиях. Как только практик обретает эту способность, он становится в значительной степени свободным от внешних условий и не нуждается более в походке Силы или особой обстановке для созерцания.
Остановка или ощутимое замедление внутреннего диалога оказываются доступны и в оживленном центре крупного города с его обилием сенсорных и энергетических помех, и во время любой механической работы, а также в других неблагоприятных условиях.
Лично я нахожу наиболее эффективным сосредоточение на области затылка ближе к основанию черепа. Здесь часто возникает чувство характерного «онемения», как будто «замерзания» — более точные формулировки ощущений мне так и не удалось подобрать. Можно лишь заметить, что совокупность этих неопределимых ощущений связана с:
(а) переживанием так называемого «утопления» точки взгляда в район затылка,
(б) слушанием внутреннего звука.
Первый эффект (а) развивается в результате некоторой тренировки по приобретению навыка деконцентрации визуального внимания. Соответственно он требует накопления опыта в исполнении походки Силы или неделания паттерна «фигура — фон». Впрочем, нередко тот же эффект наблюдается и при использовании классической концентра-тивной медитации. В некоторых традициях медитации мы сталкиваемся с описанием схожих явлений. Обычно о них говорят: «отойти вглубь себя», «обнаружить наблюдателя внутри себя» и т.п.
Второй эффект неизбежно возникает при работе с аудиальным (слуховым) неделанием, когда мы пытаемся услышать «фон», тишину, паузу между звуками. Здесь «фигура» и «фон» меняются местами. Любые звуки теряют смысл, перестают узнаваться и воспринимаются как перцептивный и семантический «фон», а тишина, наоборот, превращается в «фигуру», наполняясь как бы безмолвным звуком, перерастающим в белый шум, тонкий свист, затем — снижающийся вибрирующий тон.
В техниках йогического толка это — результат концентрации внимания на точке в центре черепа, между ушами.
Таким образом, первый этап процедуры заключается в замедлении и приостановке внутреннего диалога.
Для этого рекомендуется принять комфортное положение, сидя или лежа на спине — в зависимости от того, насколько быстро вы засыпаете. Если вы не устали и чувствуете, что не заснете в ближайшие полчаса, можно лечь на спину. Если боитесь уснуть, сядьте в удобное кресло, в котором можно хорошо расслабиться.
Закройте глаза. Дышите ровно и спокойно. Максимально расслабьте лицо, шею, плечи, руки, грудь и брюшную полость. Пусть ваше
Усиление и развитие энергетического тела
внимание погрузится в затылок и почувствует то специфическое ощущение, о котором написано выше.
После того, как появится характерное онемение в основании черепа (которое нередко сопровождается «безмолвным звуком» или неслышимым свистом в ушах), хорошо сосредоточьтесь на этих ощущениях. Если получится проделать все это надлежащим образом, внутренний диалог сначала замедлится, а затем начнет приостанавливаться.
В полной остановке внутреннего диалога нет необходимости. Дело в том, что полная остановка ВД в этих условиях приводит к быстрому, иногда мгновенному засыпанию. Вы либо переходите в состояние глубокого сна без сновидений, либо — в лучшем случае — входите во внимание сновидения и продолжаете работать с осознанием уже на новом, сновидческом уровне.
Для успешного проведения данной процедуры надо оставаться на самом краю первого внимания, достаточно удалившись от его повседневного автоматического режима, и в то же время не переходить в другую позицию сборки, где произвольное делание будет хоть и более масштабным, но значительно менее контролируемым.