Патриархально-дворянская утопия Н.В. Гоголя и критика её в письме В.Г. Белинского.
«Разочарован книгой оттого, что вы глубоко знаете Россию, как художник, а не как мыслящий человек. Вы не заметили, что Россия видит своё спасение не в мистицизме, не в аскетизме ,а в успехах цивилизации, просвещения, гуманности. Ей нужно пробуждение в народе чувства…достоинства. Она – страна, где торгуют людьми, где клички – не имена (Ванька, Васька), нет гарантий для личности, чести и собственности, полицейского порядка, а есть…огромные корпорации служебных воров и грабителей».
Самые живые вопросы: уничтожение крепостного права, отмена телесного наказания, введение строгого исполнения закона. И тут Вы – с вашей книгой, в которой во имя Христа и церкви учите помещика-варвара наживать на крестьянине больше денег. Это от дьявола учение, иначе Вы бы написали помещику, что «крестьяне – его братья во Христе», а потому он должен дать им свободу или эксплуатировать их меньше.
Проповедник кнута, что Вы подобное учение опирается на православную церковь – я понимаю, она всегда была опорой кнута; но христианство зачем принижаем? Он возвестил людям учение свободы, мученичеством своим утвердил истину своего учения. Церковь же является иерархией, то есть поборницей неравенства. Так почему же Вы хвалите православие? Католичество хоть чем-то было, православие – нет. Только служит власти наше духовенство. Русский народ – нерелигиозный, глубоко атеистический. Религиозность не привилась даже духовенству. (толстое брюхо, теологическое педантизм, невежество). Религиозность – лишь в религиозных сектах.
Не согласен и с тем, что мужику грамоту не полезна. Смирение, проповедуемое Вами, не ново плюс страшная гордость. Вы только омрачены, не просветлены, ВЫ не поняли ни духа, ни сферы христианства нашего времени.
Я первый порадуюсь, если ошибся в своих заключениях, но не раскаюсь
26. Философия западничества, её истоки и содержание. Смысл спора западников и славянофилов; его аспекты и исторические этапы. Конфликт западничества и славянофильства как постоянно действующий фактор философии Российской Империи.
В 40-50е гг. XIX в. идейные споры велись в основном о будущих путях развития России. Западники ориентируются на европейские модели. Западникам противостоят славянофилы, выступавшие выступали за самобытность России, который они видели в крестьянской общине, православие и соборность русского народа.
I этап
Западничество. Это чисто русское явление. Для жителей Запада всё это обыденность, для нас же идеал. Считали, что России надо учиться у Запада. В московском кружке Станкевича в 30-е г XIX в. изучали Гегеля; стремления передать философским идеям пригодный характер, использовать для преображения российской действительности. Но абстрактная идея Гегеля постепенно отходит на задний план под натиском фейербаховских материалистических и нигилистических идей. Ранние западники: Чаадаев, Станкевич, Белинский, Герцен.
Западничество в России: умеренное и революционное. Умеренное (Каверин) исходило из проблемы права, защищал законами и их исполнением. Менее интересно, чем революционное., т.к. они не сочли закон главным в России, а закон в России не был главным, он всегда в подчинении у власти. Поэтому в России всегда было интересно левое революционное западничество, которое ставило вопрос о власти. Ее представитель и родоначальник - Белинский,
Герцен: идея единства. Единство человека и природы, материи и сознания, эмпирического опыта и рационального мышления, индивида и народа, общество без насилия и антагонизма. Российское будущее связано с идеалами народного социализма. Один из начальников народничества выступал против крайностей революционного нигилизма, призывал к немедленному свержению государства, к бунту без правовой подготовки социальных элементов. В своих альманахах «Звезда» и «Колокол» он выступал против крепостничества и царизма. О личности: вершиной исторического мира, к ней, все примыкает, ею все живет. Грядущий мир есть царство разума. О взаимодействии личности и общества; критиковал как буржуазные идеи индивидуализма, так и коммунистические утопии. Стремился избежать крайностей и фатализма. С большим интересом воспринимал идеи социализма; для России считал более приемлемым крестьянский социализм, но не считал совершенной формой общественного устройства. В своем признании с того берега, он поставил мудрый вопрос, где лежит необходимость, чтобы будущее раскрывало наше придуманную программу, кто сказал, что идеалы социализма осуществимы. Герцен боролся за просвещение масс, подготавливающее их к социальному перевороту. После революции 1818 г. происходит пересмотр ценностей. Отказался от идей разумного хода истории, критиковал разные утопии. Дошел до скептицизма в отношении западных цивилизаций. Бакунину: «Нельзя звать массы к такому социальному перевороту, т.к. насилием и террором можно только расчищать мир для будущего, но не создавать нового».
Надо сказать, что ранние западники, как и славянофилы воспитывались в одной среде, спорили в одних салонах, преимущественно в московских. Дальше они разойдутся. В 60-е годы не будут встречаться и будут спорить только на страницах прессы
II этап
Лидеры поздних западников: Чернышевский, Бакунин, Писарев, Сеченов. Под влиянием Фейербаха: антропоцентризм, материализм и атеизм. В этике сторонник разумного - согласование поступков с внутренними убеждениями и рациональным выбором, которые могут быть сопряжены с жертвами. Жертва должна быть осмысленной, в противном случае превращается в «сапоги всмятку». В эстетике: близок к материальному (например, искусство должно отождествляться с реальной повседневной жизнью).
Славянофилы. Не удалось добиться целостности философской системы. Уже в 70-е – 80-е поздним славянофилам Данилевскому становится ясно, что идея славянофильства переживает кризис. Данилевский создает свои культурно - исторические типы. Леонтьев – почвенничество (Розанов, Григорьев, Достоевский). Учет «органической силы», мысль, слитность с народом. Вопрос о смысле жизни на первом плане. Но Достоевский писатель, в нем нет четкой философской концепции. Толстой (религиозный искатель, Христос для него не Бог, а человек). Философия славян – религиозно-эстетическое искусство, надежда, что на этом пути славянам повезет больше, чем другим. Славянство стало выражением идей русского либерализма, игравшего большую роль в подготовке реформ 1861 г. Отстаивал реформы сверху, были объективно выразителями перехода России от феодально-крепостной системы к буржуазной монархии.
I этап – 60е- разошлись настолько, что уже не могли общаться.
Поздние славянофилы: Данилевский, Леонтьев. После распада славянофильства его место заняло почвенничество.
В.Г. Белинский. Философия Гегеля как личное переживание. От «примирения с действительностью» к революционному радикализму. Социализм как цель общественного развития. Антропологическое обоснование нравственного развития личности.
В России западничество делилось на два крыла: умеренное и революционное. Ярким представителем первого являлся Каверин. Они выступали за реформы, настройку законов на западный манер. Но они не учитывали, что закон в России ещё не закон, в том смысле что власть подстраивает законодательную базу под себя. «Закон что дышло – куда повернул, туда и вышло». Поэтому эта позиция нежизненна. Гораздо более интересно революционное западничество и его ярчайший представитель Белинский.
Для В.Г. Белинского литературная критика не главное, главное - была правда, за которую нужно было бороться. Белинский пережил несколько этапов своего духовного становления (три этапа): 1. Догегелевский, когда он все анализирует с точки зрения здравого смысла. 2. Гегелевский - увлечение Гегелем. Гегель сделал небывалую карьеру в России. В философии Гегеля видим механизм, объясняющий действительность и Белинский не исключение. Белинский не знал иностранных языков. Белинский первый среди разночинцев, кто не закончил университет, дворянская культура была выше разночинской культуры. Читал Гегеля Белинскому его приятель, артиллерийский офицер, которому опостылела служба, и поэтому он лежал дома и читал Гегеля, пересказывал его философию и причем очень успешно, этим русским офицером был Михаил Бакунин, великий в будущем русский анархист всемирного масштаба. Скоро он уедет в Европу, участвовать в революции 48 года и проживет бурную жизнь. Что касается Белинского, то его этап увлечения Гегелем привел к примирению с российской действительностью. Увлечение Гегелем привело Белинского к формуле «все действительное разумно, все разумное действительно», - все, что имеет обоснование, когда-нибудь случится. В духе этого примирения Белинский пишет свою статью «Бородинская годовщина». Эта формула означала, что общество не может быть другим, оно такое, какое оно есть, все движется по ступеням развития и проходит при этом все ступени. Это должно было примирить с тем, с чем люди и жили. И Белинский так и считал, но далее наступает знаменитый момент бунта Белинского против Гегеля. То есть, Белинскому надоело жить в таком состоянии, он взорвался. Бунт произошел на почве отношения к человеку. Белинский считал, что человек живет один раз, и это не может зависеть от состояния общества, кому как повезло, в какое время родился. Тогда получается, что если человек родился в плохое время, то он должен так жить. Белинский всегда проявлял себя очень резко. Бунт выражен в письме к Боткину: «К черту все высшие стремления и дела, я имею особенно важные причины злиться на Гегеля, ибо чувствую, что был верен ему, за счет этого хотел оправдать жизнь, мирясь с российской действительностью». «Судьба субъекта, индивида, личности важнее судеб всего мира». Он пишет: «мне говорят: развивайте сокровища своего духа, плачь, чтобы утешиться, скорби, чтобы возрадоваться, стремись к совершенству, лезь на верхнюю ступень развития и спотыкнешься, - падай, черт с тобой». Он сам отвечает: «Благодарю покорно, Георг Федорович (Гегель), кланяюсь вашему философскому колпаку, но со всем подобающим уважением, имею честь донести вам, что если б мне и удалось бы влезть на верхнюю ступень лестницы развития, я и там попросил бы Вас дать мне отчёт обо всех жертвах инквизиции, суеверия и прочее, иначе не буду спокоен насчёт каждого из моих братьев по крови». Это моё последнее миросозерцание, с которым я и умру. «Судьба субъекта, индивида, личности важнее судеб всего мира и судеб китайского императора». То есть, личность важнее состояния каждого общества, не нужно думать, что человек должен приспособляться, ведь он живёт всего один раз. И, значит, думать, что попал в эти условия – терпи всю жизнь – не верно, раз другого не будет. Отсюда выводы, которые он делает: «Во мне разлилась какая-то дикая, бешенная любовь к конкретной личности, которая возможна только в обществе, основанном только на правде и доблести, я понял Французскую революцию, понял кровавую ненависть ко всему, что хотело отделаться от братства с человечеством. Я теперь в новой крайности – это идея социализма, которая стала для меня идеей новой, … вопросом вопросов, … значением знания. Личность человеческая сделалась пунктом, на котором я боюсь сойти с ума. Я начинаю любить человечество, … чтобы сделать счастливым часть его, я готов огнем и мечом истребить остальное». То есть, он восклицает: социальность или смерть. Он предтеча или основоположник русского социализма в жестком большевистском варианте. Он утверждает большевистскую мораль: «Люди так глупы, что их нужно насильно вести к счастью». Белинский в этом смысле пессимист в отношении к народу: «Не в парламент пошел бы освобожденный русский народ, а в кабак побежал бы пить вино, бить стекла и вешать дворян».