Государственный строй древней Армении
История древнеармянского государства насчитывает целое тысячелетие. Своими корнями и традициями оно восходит к древнейшим государствам и государственным образованиям Армянского иагорвя и сопредельных районов. За время своего существования с (начала VI в. до н. э. оно лрош-ло через горнило мидо-персидокого владычества, пережило расцвет как рабовладельческое государство при династии Арташесидов и продолжало свое развитие под властью Ар-шаку\'Ни до начала V в. н. э. Его падением завершается древний период истории армянского народа.
Во главе государства в древней Армении стоял царь, наделенный неограниченной властью. Эта весьма распространенная квалификация царской власти, однако, в определенной мере условна, ибо царь в действительности был ограничен стремлениями, интересами и потребностями господствующего класса землевладельцев-рабовладельцев, являвшихся опорой его власти.
Во внутригосударственной сфере царь объединял в своих руках и законодательную, и исполнительную власть. Он был верховным военачальником всех войск. В функцию царя входило также основание городов, наречение их именем и т. п.
Во внешней сфере царю принадлежало право решения вопросов войны и мира, заключение договоров и союзов с другими государствами, ведение переговоров с ними лично, посредством корреспонденции или через посланников.
Власть армянских царей была наследственной с самого качала—со времени раннеармянского государства, насколько позволяют судить скудные источники. Даже в период владычества Ахеменидов сатрапская власть в Армении, как правило, оставалась привилегией одного рода—Ервандаканов (Оронтидов). Последний продолжал править наследственно также после достижения Арменией независимости в конце IV в. до н. э. Наследственность власти при Арташесидах—несомненный факт, с которым считались и римляне не только в период упадка династии, но даже после ее падения, подбирая своих ставленников на армянский престол из числа родственных Арташесидам лиц. Власть армянских Аршакуии переходила по наследству от отца к сыну, во всяком случае, начиная с конца II в. н. э. и до падения династии в 428 т., а ранее, в I—II вв., в ряде случаев нарушалась воцарением в Армении сыновей или братьев парфянских царей.
Титулатура и почетные прозвища армянских царей выражали удельный вес и значение страны и ее властителя в системе государств древнего мира. Титулом представителей династии Ервандаканов был «царь», и этот же титул носил Арташес I. Его отпрыски—Арташесиды, начиная с Тиграна II, титулуются на своих монетах и «царями», и «великими царями», и «царями царей». Последний титул у потомков Тиграна II встречается как правило в те периоды, когда он"и находились в полной независимости от Рима. В противном случае они титуловались «великими царями». По всей вероятности, титул «царь царей» означал также, что в сфере власти его носителя имеются полузависимые царства или княжества. Армянские Аршакуни носили титул «царь Великой Ар-
мении».
У некоторых царей засвидетельствованы почетные прозвища. Арташес I удостоился прозвища «Благой», Тигран II и один из его потомков—прозвища «Бог», некоторые из Арташесидов назывались «Филэллинами» («греколюбами») или «Филоромеями» («римлянолюбами»). Согласно греческой надписи из Апарана, автор ее Трдат Аршакуни именовался «Великим».
Эпитет «Бог» означал также, что его носитель был обожествлен еще при своей жизни. Культ царя и его предков, т. е. царской династии, эта, так сказать, «политическая религия» была широко распространена в больших и малых государствах эллинистического мира как средство освящения царской власти, поднятия ее авторитета. Обожествленные цари нередко уподоблялись каким-нибудь классическим божествам, например, Зевсу или Аполлону (Селевкиды), Дионису (Митридат Евпатор), Гелиосу и другим.
Культ царской династии в Армении существовал, во всяком случае, начиная уже с Арташеса I. При Тигране II был утвержден также культ живущего, правящего царя, причем Тигран II был отождествлен с богом Ваагном-Гераклом, а его преемник Артавазд II— с богом Митрой. Армянские
Аршакуни унаследовали этот культ, прибавив к почитавшимся рядам предков и .ряд парфянских Аршакидов, который давно уже был предметом религиозного почитания в самой Парфии. Трдат I, судя по оставленной им в Гарни греческой надписи, отождествлялся с богом Гелиосом-Тиром. Впоследствии в эту сферу проникает и римское влияние, и на грани III—IV вв. мы наблюдаем в Армении признаки культа царской «Судьбы».
Весьма существенным в деле управления государством и выработке текущей политической линии было участие непосредственного окружения царя—его двора. Здесь первые роли были распределены между членами царской семьи— сыновьями и братьями царя. Рядом с ними действовали представители верхнего слоя родовой, а также служилой знати. Из этой сферы пополнялся состав высшего ранга руководителей страны, которым были подчинены экономическое, военное, финансовое, судебное и другие ведомства, крупные и важные провинции или города государства.
Более или менее подробные сведения о государственных ведомствах, а также названия некоторых из них относятся к последнему периоду древнеармянского государства—к IV в. и сохранились в трудах армянских историков V века. Возникновение же самих ведомств следует отнести к значительно более древним временам.
В армянском государстве с древних пор занимались строительством городов, крепостей, дорог, каналов и т. п. Основными источниками финансирования этих работ было налогообложение, а рабочая сила, помимо применения рабского труда, добывалась преимущественно путем наложения трудовой повинности на население (в IV в. она называлась «хашар» или «гугаз»). К этому следует прибавить надзор за торговыми путями, таможенное дело, монетное дело, получившее большой размах при Арташесидах и т. п. Всем этим занималось ведомство, именовавшееся «азарапетутюн» («ты-сячничество», греческий термин—«хилиархия»). Ведомство «спарапетутюн» («воеводство») занималось организацией вооруженных сил страны в мирное время и применением их— в военное время. Ведомство «мардпетутюн» осуществляло надзор за крепостями, в которых хранилась царская казна, а также за царским гаремом, «малхазутюн»!—возглавляло царскую гвардию, «сенекапетутюн»—вело царскую канцелярию и архив, царскую корреспонденцию, вырабатывало тексты царских надписей, выполнявшихся на арамейском и греческом языках. «Великое судейство», как о том свидетельствует само название, осуществляло правосудие и т. д. и т. п.
Раннеармянское государство получило в наследство приблизительно ту территорию, которую занимало Урарту. В дальнейшем, при Арташесе I, вследствие присоединения окрестных областей, также большей частью являвшихся ареной становления армянского народа, граница государства на севере достигала реки Куры, на востоке—прибрежных районов Каспия, на северо-западе—долины реки Чорох и предгорий хребта Пархар (Париадр), на юге—реки Тигра. Второй этап территориального развития Армении связан с той частю предприятий Тиграна II, которая относилась к присоединению территорий с армяноязычным населением. В этот период в состав армянского государства вошли Кордуена, так называемая Армянская Месопотамия, Софена, Высокая Армения. Это положение с несущественными изменениями сохранилось до конца IV века.
Современник Трдата I римский писатель Плиний Старший сообщает, что Армения была разделена на 120 «префектур», которые в Армении именовались «стратегиями». Это административное деление должно было оформиться еще при Арташесидах, возможно, при самом Арташесе I. Деление на стратегии, обусловленное внутренними природными барьерами Армянского нагорья—горными цепями, реками и т. п.„ несомненно явилось прообразом позднейшего деления на «гавары» (провинции).
Правители стратегий первоначально именовались «стратегами». Этот греческий термин был заимствован из государства Селевкидов, возможно, уже при Арташесе I, который сам в начале своей деятельности был селевкидским стратегом. Каждый стратег имел в своем распоряжении аппарат управления, включавший канцелярию, фискальное ведомство и военные силы. Позднее, в период Аршакуни правители стратегий стали именоваться термином «нахарар» парфянского происхождения, который первоначально обозначал лишь административную должность, как, например, сатрап, а впоследствии приобрел значение князя-феодала.
Если стратегии по своим размерам более или менее соответствовали позднейшим «гаварам», то более крупные административные единицы, объединявшие несколько стратегий, соответствовали позднейшим «нахангам» (край, губерния). Некоторые из них (обычно четыре), расположенные вдоль границ Великой Армении, именовались «бдешхствами». Стоявшие во главе их «бдешхи» были облечены более широкими полномочиями, чем правители прочих областей.
Основным внутренним подразделением стратегии была сельская община. Старейшина общины еще с ахеменидских времен фактически являлся также представителем государства, ведавшим вопросами налогов и сборов, повинностей и т. п.
Города, по крайней мере—наиболее крупные и важные (примерно около десятка), находились вне компетенции местных властей. Они подчинялись непосредственно царю, который в необходимых случаях выражал им свою волю в виде писем-указов, пользовались правом частичной автономии и. обладали, видимо, своими вооруженными силами.
В городах существовали органы самоуправления, в со став которых входили городские старейшины и чиновники. Однако за их деятельностью следил, придавая ей угодное царю направление, представитель царя—«шахап».
Важнейшей частью государственной машины были вооружейные силы страны. Из сохранившихся в источниках сведений о количестве войск в древней Армении следует выделить те, которые характеризуют численность войск Тиграна II, ибо упоминаемая в этих источниках 300-тысячная армия Тиграна комплектовалась не только из армян, но и из населения всех завоеванных им стран. Численность собственно армянского войска, по источникам, достигала примерно 100 тысяч.
Ударной силой армянского войска была тяжелая бронированная конница; кроме нее, была еще легкая, более многочисленная конница, применявшаяся для преследования противника. Однако основу армянского войска, в отличие от парфянского, составляла все же пехота—бронированные копьеносцы, а также лучники и пращники. Из вспомогательных войск в источниках упоминаются подразделения осадной техники и обоза.
Имелся отборный конный полк, насчитывавший 6000 воинов, которых греческий писатель Плутарх именует «телохранителями и спутниками» армянского царя. Кроме этого полка, были и другие регулярные части, но основная масса войска набиралась накануне или в ходе войны.
В военном деле участвовали все слои населения, пополняя различные роды войск, начиная от конницы и кончая легковооруженной пехотой («нагие») и обозом. В армию призывалось не только свободное население, но и рабы-земледельцы частновладельческих хозяйств—дастакертов и агараков.
Как в странах Древнего Востока и эллинистического мира, в Армении также было принято предоставлять земельные наделы за военную службу в личное или наследственное пользование. Этот слой кадровых или даже наследственных военных—«остаников»—придавал устойчивость армии. В этнически однородной Армении не имело распространения на-емничество, очень характерное для этнически пёстрых эллинистических государств и являвшееся ахиллесовой пятой их военной организации. Та же причина, кстати, предохраняла Армению от чрезмерного раздувания военно-административного аппарата, что было свойственно эллинистическим государствам.
Таким был, в общих чертах, государственный строй древней Армении, шедшей по пути восточного, эллинистического рабовладения, существенно отличавшегося от путей греко-римского рабовладения. Однако в дальнейшем он под влиянием протекавшего в недрах общества процесса феодализации претерпел ряд важных видоизменений.
Лейбори́стская па́ртия Великобритании (англ. Labour Party — Партия труда) — одна из двух ведущих британских политических партий, с 11 мая 2010 года находящаяся в оппозиции[2].
Основана в 1900 году как Комитет рабочего представительства; с 1906 года называется «Лейбористской». В феврале 1918 года был принят устав партии. В августе того же года был принят программный документ «Лейбористы и новый социальный порядок» (англ. Labour and the New Social Order)[3].
Партия лейбористов — социал-демократическая (ранее определялась как «демократическая социалистическая»), деятельность её тесно связана с британским профсоюзным движением (многие профсоюзы Соединённого Королевства, входящие в Британский конгресс тред-юнионов — коллективные члены Лейбористской партии). Партия считалась одним из наиболее авторитетных членов Социалистического интернационала; ныне входит в Прогрессивный альянс.
Впервые сформировала британское правительство в 1924 году.
Пост лидера Лейбористской партии с сентября 2015 года занимает представитель её левого крыла Джереми Корбин.
Лейбористы находились у власти с 1997 года, когда на выборах им удалось опередить своих традиционных противников, консерваторов, на 253 мандата. На выборах 2001 года лейбористы повторили успех предыдущих выборов. На парламентских выборах 2005 года лейбористы получили 9 562 122 голосов и 356 мандатов в Палате общин против 198 у консерваторов. Все эти выборы партия выиграла под руководством Тони Блэра, реформатора партии (новая платформа, важным элементом которой являлась отмена об обязательном общественном регулирование экономики, 4-й пункт конституции партии). Блэр ушёл в отставку в 2007 году под давлением общественности, обвинявшей его в развязывании иракской войны 2003 года. На выборах в Европарламент 2009 годапартия заняла третье место по числу голосов (2 381 760 или 15,7 %) и получила 13 мандатов — вдвое меньше консерваторов и столько же, сколько популистская Партия независимости Соединённого Королевства. Премьер-министр Великобритании Гордон Браун, возглавлявший партию, расценил поражение лейбористов на выборах в парламент, прошедших 6 мая 2010 года, как негативную оценку его деятельности избирателями. После этого Браун не стал ни претендовать на пост лидера Лейбористской партии, ни поддерживать кого-либо из кандидатов[14].
Исследование об экономическом развитии Восточной Армении в XIX в. В конце 1957 г. Издательство Академии наук Армянской ССР выпу- стило в свет работу М. Адонца «Экономическое развитие Восточной Ар- мении в XIX в.». Разработка истории народного хозяйства Армении имеет исключи- тельно большое' научное значение. Исследованию отдельных вопросов развития народного хозяйства Армении посвящены работы Рштуни о крестьянской реформе 1870 г., М. Есаяна о мюлькадарском праве, А. Ма- рухяна о сельском хозяйстве дореволюционного периода, ряд ценных журнальных статей. Широкий охват истории развития экономики Арме- нии имеет труд О. Туманяна. Ценность труда М. Адонца заключается в том, что здесь всесторонне и глубоко рассматривается определенный период развития экономики, начиная с эпохи разложения феодализма в Армении до XX в. Книга т. Адонца богата статистическим материалом и историческими фактами, собранными как из литературных источников, так и из архи- вов. Материал систематизирован в соответствии с теми задачами, кото- рые поставил перед собой автор. Первый и второй разделы посвящены периоду разложения феода- лизма в Армении, причем в первом разделе автор анализирует период 86 ' Критика и библиография ' • разложения феодализма в Армении до присоединения ее к России, во втором разделе — период разложения феодализма после присоединения к России до крестьянской реформы 1870 г., ознаменовавшей собой пере- ход от феодализма к капитализму. В третьем разделе, составляющем половину книги, автор рассматри- вает развитие капитализма в Армении до XX в. Построение монографии показывает полезную работу автора по установлению периодизации исторических этапов развития экономики Армении в XIX в. Настоящая периодизация должна быть положена в основу дальнейших исследований в этой области. На всем протяжении исследования автор по этапам исторического и экономического развития Армении XIX в. дает подробную характеристи- ку общественно-политической обстановки эпохи, развития главных отра- слей народного хозяйства и взаимостношений между классами. В каж- ждом из разделов выделяется именно то главное и важное, что характер- но для данного этапа развития Армении. Первый раздел книги «Экономика Восточной Армении в последний период персидского владычества» знакомит читателя с экономикой Арме- нии 1 до присоединения ее к России. Основная задача этой главы — рас- крытие земельных отношений в период персидского владычества. Без этой главы были бы непонятны аграрные отношения, существовавшие вплоть до крестьянской реформы 1870 г. Одной из основных задач своего исследования автор считал научное изучение колонизации Армении, .как одной из окраин России, т. е. разви- тие русского капитализма вширь, о чем говорил Ленин в своей знамени- той работе «Развитие капитализма в России». Этому вопросу автор по- святил специальную главу «Колониальная политика российского цариз- ма в Закавказье и в Армении»; кроме того, в последующих главах ав- тор не раз возвращается к этому вопросу. Определяя понятие капиталистической колонии, автор приводит сло- ва Ленина, который писал: «...по Марксу, основные признаки этого поня- тия следующие: 1) наличность незанятых, свободных земель, легко до- ступных переселенцам, 2) наличность сложившегося мирового разделе- ния труда, мирового рынка, благодаря которому колонии могут специа- лизироваться на массовом производстве сельскохозяйственных продук- тов, получая в обмен за это готовые промышленные изделия...»1 . Таким образом, Ленин, как и Маркс, первым и главным признаком понятия колонии считал наличность незанятых, свободных земель, легко доступных переселенцам. Рассматривая с этой точки зрения Восточную Армению, как колонию, мы должны отметить, что по Туркманчайскому договору от 10 февраля 1828 г. к России перешли Эриванское и Нахиче- ванское ханства и Ордубадский округ с большим площадями плодород- ных земель, с поливным земледелием, годных для возделывания ценных культур. Однако многие селения были совершенно разорены, край был 1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 3, стр. 520. 87 ' Критика и библиография ' • опустошен вконец, население в значительной части погибло. Автор в по- следней главе книги приводит данные Шопена о количестве разоренных сел и незначительных размерах населения, оставшегося на вновь завое- ванной территории. Освоение этих пустовавших территорий имело несколько этапов, ко- торые автор не сосредоточивает в одном месте. Особенность первого эта- па освоения территории Армении заключалась в том, что Армения засе- лялась армянами, выходцами из Персии и Турции. Это не было только актом милосердия к армянам. Во время русско-персидской, русско-турец- ких войн армяне оказали много услуг русским войскам, всемерно облег- чали их продвижение в глубь страны по незнакомым им территориям, доставляли провиант войску и т. д. Поэтому царизм убедился в верности армян русским и считал их своим оплотом на юго-востоке, на границах с Персией и Турцией. Это убеждение было настолько сильно у царских чиновников, что некоторые из них предлагали после выселения из Сочин- ского округа неспокойного черкесского населения в Турцию заселить его армянами, переселенцами из Турции. Вследствие такой политики цариз- ма территория Армении была очень быстро заселена, и был образован также ряд армянских селений па Черноморском побережье. Однако колонизация края носила не систематический характер. В начале 40-х годов стали образовываться русские поселения- После 50-х годов колонизация русскими приостановилась и возобновилась после войны 1877—1878 гг. и присоединения Карсской области, куда стали направлять сравнительно большие массы русских переселенцев. Новый этап освоения Закавказского края начался после организа- ции переселенческой части при Управлении наместника на Кавказе и распространения с 15 апреля 1899 г. на Кавказ действия закона от 13 июля 1889 г. о добровольном переселении сельских обывателей и мещан на казенные земли Сибири. Тогда же было приступлено к созданию ко- лонизационного земельного фонда, переселенческих участков на степных пространствах зимних пастбищ Муганской и Мильской степей, в Арме- нии — в Сардарабадской степи и на Ширакском плато. Однако царизм не успел осуществить свои планы. Автор обстоятельно излагает процеос гражданской колонизации Ар- мении, медленного, но систематического внедрения административного управления, подобного России, когда царизму приходилось маневриро- вать, чтобы не возбуждать недовольства местного населения и, главным образом, высшего сословия, и в то же время отстранять от управления сторонников шахской власти и устанавливать свое безраздельное гос- подство. Одновременно с этим автор характеризует основные задачи эконо- мического завоевания Армении, сводившиеся, главным образом, к экс- плуатации месторождений меди, необходимой для удовлетворения по- требностей внутреннего рынка России, и использования благоприятных природных условий для всемерного развития хлопководства, виноградар- ства, плодоводства, шелководства, маслосыроваренного производства, 88 ' Критика и библиография ' • как сырья или полуфабрикатов для русской промышленности. Развитие винно-коньячной промышленности на месте поощрялось, так как соответ- ствующей конкурирующей промышленности в метрополии не имелось, и вывоз винограда и плодов, как нетранспортабельного сырья, экономиче- ски был невыгоден. На протяжении всей работы автор раскрывает сущность этой политики царизма в России, останавливаясь на вопросах как таможенного дела, так и прилива русского капитала в главные отра- сли промышленности Армении. Анализируя развитие медной промыш- ленности, автор показывает укрупнение предприятий и концентрацию производства в руках иностранцев, среди которых монопольное положе- ние занимало французское общество, хотя вся медь вывозилась в Россию. К числу важнейших задач, поставленных автором в работе, являет- ся также раскрытие процесса развития капитализма в Армении, как на одной из окраин России. Автор полностью раскрывает предпосылки крестьянской реформы 1870 г. и сущность этой реформы. Оценивая реформу 1870 г., т. Адонц пишет: «Крестьянская реформа в Армении сохранила сильные остатки феодализма, землю из собственности крупных феодальных землевладель- цев не передала в частную собственность крестьян, не обеспечив тем са- мым реальных условий для выкупа земли. Подобный характер крестьян- ской реформы предопределил прусский путь развития капитализма в сельском хозяйстве Армении» (стр. 534). Он справедливо оспаривает мнение проф. Рштуни о более буржуазном характере крестьянской реформы в Армении не только по сравнению с Грузией, но даже с Россией. «Поселянское положение 1870 г.,— гово- рит т. Адонц,— не создавая реальных возможностей для выкупа надель- ных земель, тем самым для развития капитализма в сельском хозяйстве Армении создавало менее благоприятные условия, чем «Положение 19 февраля 1861 г.» для России и местные Положения для Грузии» (стр. 294). Однако вывод автора о прусском пути развития капитализма в сельском хозяйстве Армении мы считаем спорным. Разработка материалов, опуб- ликованных в «Сборнике статистических данных о землевладении и спо- собах хозяйства в пяти губерниях Закавказья», под редакцией Кондра- тенко, показала, что в Армении, в существующих ныне границах, кре- стьянское землевладение в преобладающей своей части (95,7%) было на- дельным землевладением, т. е. крестьяне хозяйственно обрабатывали ка- зенную, государственную землю. Кроме того, почти все пастбища, оброч- ные статьи находились в руках государства. Таким образом, фактиче- ским владельцем земли было государство. Лишь небольшая часть кре- стьянских земель была владельческой. Поэтому реформа 1870 г. не сы- грала никакой существенной роли в сельском хозяйстве Армении, и го- ворить о том, что она предопределила прусский или американский путь развития не приходится. Капитализация деревни шла по пути разложе- ния общинного землевладения, создания кулацкой верхушки и обеззе- меливания бедноты, даже несмотря на то, что государственные крестья- 89 ' Критика и библиография ' • не не получили землю в собственность за выкуп. Вследствие этого про- цесс разложения общины несколько замедлялся, но остановить его ника- кие ограничения не могли. После подробного анализа крестьянской реформы в Армении автор последующие главы посвящает развитию капитализма в народном хо- зяйстве Армении, изменению социальной структуры населения и образо- ванию армянской буржуазной нации. Эта часть работы занимает самое значительное место в труде и по плану автора должна была осветить развитие капитализма «вширь», т. е. и в Армении, как на одной из окраин бывшей царской империи. Автор выполнил эту задачу. Он показал как образование капитали- стической промышленности, переход к стадии крупного машинного про- изводства на базе русского и иностранного капитала, так и развитие капитализма на селе, образование торгового земледелия и дифференциа- цию крестьянства. По вопросу дифференциации крестьянства автор привлек большой материал: наемный труд, группировка крестьянских хозяйств отдельных уездов по рабочему скоту, по овцам, подати и повинности, сдача в арен- ду земель и т. д. Автор широко использовал также бюджеты крестьян- ских хозяйств для анализа различий между типами крестьянства. Мате- риалы разработки взяты им у проф. Туманяна из его книги «Экономиче- ское развитие Армении», ч. 1, стр. 140—150. В своей разработке проф. Туманян группирует бюджеты по количеству рабочего скота, имеющего- ся в хозяйстве: без рабочего скота, с 1—2 гол., с 3—4 гол., .с 5 и более гол. рабочего скота. По нашему мнению, группировка по рабочему скоту не может служить всеобщим мерилом при установлении классовых групп во всех районах. В низменных районах Армении, в которых имеют- ся виноградники и возделываются ценные технические культуры, скот, и в том числе рабочий, не имеет того значения, что в нагорных и горных районах Армении, например в Александропольском и Норбаязетском уездах. Отсутствие скота не есть признак пролетаризации хозяйства. Из- вестно, что во время весенних работ, а также уборки винограда и хлоп- ка, крестьяне с нагорья со своим рабочим скотом и телегами спускались на низменность и за плату, деньгами; и натурой, выполняли сельскохо- зяйственные работы не только в зажиточных, но и середняцких, а неред- ко и бедняцких хозяйствах. Книга т. Адонца снабжена указателями упоминаемых в работах исторических лиц, географических названий и т. д. Однако она не имеет библиографии, перечня использованной литературы и архивных материа- лов. Резюмируя сказанное, мы считаем, что т. Адонц проделал весьма полезную и нужную работу, которая займет должное место в литературе по истории и экономике народного хозяйства Армении XIX в. А. БАДАЛЯК
Патернали́зм (лат. paternus — отцовский, отеческий) — это система отношений, при которой власти обеспечивают потребности граждан, которые в обмен на это позволяют диктовать им модели поведения, как публичного, так и частного. Патернализм отражает узость перспективы, социальное объединение путём принятия единственного кодекса этики, ограничения интересов и форм опыта теми, которые уже установились как традиционные.
Патернализм — система отношений, основанная на покровительстве, опеке и контроле старшими младших (подопечных), а также подчинении младших старшим.
1. Во внутригосударственных отношениях — принципы и практика государственного управления, построенного по образу контроля государства над людьми (аналогично контролю отца над детьми в патриархальной семье)[1].
2. В трудовых отношениях (в некоторых странах) — система дополнительных льгот, субсидий и выплат на предприятиях за счёт предпринимателей с целью закрепления кадров, повышения производительности, смягчения напряжения.
3. В международных отношениях — опека крупными государствами более слабых стран, колоний, подопечных территорий.