Использование идей линейного города
Из факта ее использования в линейном центре выводятся следующие принципы:
1) достаточное количество автостоянок с подходом ко всем зда
ниям;
2) одностороннее движение всех видов транспорта; при этом от
дельные коммуникации взаимосвязаны;
3) устройство удобных эскалаторов и лифтов; над автотрассами —
крытых пешеходных мостов;
4) использование улиц и площадей в районах общественных зданий
и учреждений культуры, так же как в греческих и средневековых го
родах, только пешеходами;
5) гибкий характер общего решения, при котором может расти
центр, а на коммуникационной оси могут возникать новые центры.
«Метролинейная система вносит в город ощущение порядка и цельности. Она способствует созданию новой архитектуры города, суматоху современных городов заменяет строгой и гармоничной системой, отвечающей нашему веку»28.
В большинстве случаев линейные принципы использовались при строительстве новых городов, но и здесь не удалось осуществить их полностью.
Тем сложнее обстоит дело с использованием этих принципов при реконструкции городов. Из большого числа попыток наиболее известны два проекта реконструкции Лондона, созданные в начале 40-х годов.
В 1941 г. группа МАРС — «Modern Architectural Research Group», возникшая еще до войны, предлагает проект преобразования Лондона в систему линейных городов. Город состоит из 16 жилых поясов по G00 тыс. жителей, каждый пояс делится на 12 районов по 50 тыс. жителей. Следующими подразделениями являются микрорайоны по 6 тыс. жителей и жилые группы по 1 тыс. жителей. Жилые пояса расположены перпендикулярно по отношению к центру, имеющему ширину 3 км, длину 40 км и совмещенному с местами приложения труда и портом 29.
Проект группы МАРС, проработанный очень подробно, был обоснован анализами состояния современного города и расчетами, его реализацию предполагали проводить поэтапно. Несмотря на все это, он стал лишь свидетельством необходимости безотлагательной реконструкции Лондона.
В то же время с аналогичным проектом выступил Людвиг Гильбер-сеймер, с той лишь разницей, что он имел в виду использовать свои жилые единицы, уже апробированные им при реконструкции других городов. В отличие от группы МАРС он отодвигает производственную зону на юг и отчетливо отделяет ее от жилых поясов30.
Этими проектами можно закончить анализ наиболее типичных концепций дезурбанизации, которые образуют две основные группы. В одну из них входят линейные и поясные города, а ко второй относятся тенденции, предусматривающие полное рассредоточение расселения. Оба эти течения развиваются до настоящего времени. Особенно популярными линейные и поясные концепции стали в самое последнее
64. Группа МАРС. Проект реконструкции Лондона; 1941 г.
I — 16 жилых поясов для -">00 тыс. жителей; 2 — торговый район; 3 — правительственный район; 4—культурный центр; 5 —восточная промышленная область п порт; 6 — западная промышленная область; 7 — места приложения труда для населения отдельных жилых лоясоз
время. Почти каждый жилой массив, имеющий более или менее вытянутую-форму, считается линейным или поясным городом, причем два эти понятия часто смешиваются. Основные предложения и проекты новых форм расселения в целом составляют довольно пеструю и постоянно обогащаемую палитру разнообразных, взаимно дополняющих друг друга и переплетающихся идей. Обращает на себя внимание тот факт, что в большинстве этих концепций важную роль играют вопросы транспорта и вообще способ передвижения жителей между отдельными функциональными зонами жилых комплексов. Это относится как к линейному городу, так и к поясному, ко всем проектам Сория, Милютина, Корбюзье, Гильберсеймера и Райта, хотя каждый из авторов подходит к той же проблеме с иных позиций.
Основополагающая черта всех этих решений — стремление трактовать жилые комплексы не как статичные ансамбли зданий, а прежде всего как функциональные системы, в которых рациональные взаимоотношения отдельных элементов и возможности их хорошей связи служат предпосылкой существования и полнокровной жизни системы как целого.
Именно в этом состоит суть новых концепций, и это нельзя недооценивать только на том основании, что в них содержатся также элементы нереальных идей или неосуществимых фантазий.
Бесспорно то, что все эти теоретические концепции, несмотря на то, что многие из них нереальны и довольно схематичны, отразили новые возможности развития расселения. Все они явились результатом попыток понять, продумать и использовать некоторые новые явления, связанные с транспортом и его влиянием на организацию жилья. По-разному в них отражалась точка зрения на то, что традиционный, компактно застроенный и центрически спланированный город принадлежит прошлому и должен быть заменен новыми жилыми массивами, которые будут в большей степени соответствовать потребностям современного города.
Следовательно, разработки всех новых жилых массивов базируются прежде всего на стремлении последовательно, хотя часто и односторонне, продумать отдельные функции жилых комплексов и взаимоотношение этих функций. Одновременно поиски новых форм расселения представляют собой важную лабораторию, в которой проверяются возможности нетрадиционных структур расселения, их преимуществ и недостатков. При этом явная популярность новых теорий свидетельствует о том, что они вносят прочный вклад в развитие теории и практики градостроительства. Можно даже утверждать, что содержащиеся в них идеи не были еще в необходимой мере поняты, использованы и углублены.
Сноски к главе Vii
1. Arturo Soria у Mat a. La Cui-dad Lineal: Antecedentes у datos varies acera de su construccion. Madrid, 1884. Подробное изложение всей концепции и первого этапа строительства линейного города дано в книге «La cite lineaire».
которую выпустила па французском языке «Compania Madriiena de Urbaniza-cion», приурочившая это издание к Конгрессу по градостроительству и организации жизни города, проходившему в бельгийском городе Ганд в 1914 г. То "же
общество выпускало журнал «La Ciudad Lineal».
2. La cite Lineaire. Nouvelle archi
tecture des villcs. Madrid, 1914, p. 16—18.
3. E. С h a m b 1 e s s. Roadtown. New-
York, 1910.
4. П. А. Кропоткин. Поля, фаб
рики и мастерские. Пб.—М., 1921,
стр. 220.
5. Ch. Gide. Druzstevni idea. Uspo-
radal Y. Z. Praha, 1931, s. 6.
6. U. С о n r a d s, H. G. S p e r 1 i ch.
Phantastische Architektur, Stuttgart,
1960, S. 25. Эта книга содержит много
интересных документов и репродукции
ряда проектов, относящихся к приводи
мому здесь и малоисследованному пе
риоду развития немецкой архитектуры.
7. Там же, стр. 141.
8. Там же, стр. 145.
9. В. Taut. Die Auflosung des Stad-
te oder die Erde eine gute Wohnung oder
auch: Der Weg zur Alpinen Architektur.
Es ist natiirlich nur eine Utopie und eine
kleine Unterhaltung, wenn auch mit «Be-
weisen» versehen in Litteraturanhang.
Hagen, 1920.
10. Там же, стр. 1.
11. В. Taut. Die Stadtkrone. Jena,
1919.
12. E. Saa rinen. The City, Its
Growth, its Decay, its Future. New York.
1949, p. 216.
13. Там же, стр. 255.
14. Le С о r b u s i e r. La Villc Ra-
dieuse. Paris, 1935, p. 225.
15. Le С о г b u s i e r. Maniere de pen-
ser 1'urbanisme. Paris, 1946, p. 122.
16. L. H i 1 b e r s e i m e r. The New
City. Principles of Planning, Chicago,
1944, p. 54. В существенно переработан
ном виде эта книга под названием «The
Nature of Cities» вышла у того же изда
теля в Чикаго в 1955 г.
17. L. Hilberseimer. The Natu
re of Cities. Origin, Growth and Decline.
Chicago, 1955, p. 14.
18/F. L. Wright. The Living City. New York, 1958. Это последний, расширенный вариант его работы, которая впервые вышла в 1932 г. под названием «The Disappearing City».
19. Там же. стр. 57.
20. F. L. W r i g h t. An American Ar
chitecture. New York, 1955, p. 251.
Ф. Л. Райт был сторонником так назы
ваемой органической архитектуры, но ни
в одном из своих сочинений конкретно
не изложил ее принципов. Систематиче
ски объяснить это понятие, впервые
введенное учителем Райта Л. Салливе-
ном, попытался итальянский теоретик
архитектуры Бруно Дзеви, который дли-
тельное время работал в США. Американский историк архитектуры Монтгомери Шуилер предупреждает, что еще до Салливепа термин «органическая архитектура» употреблял родившийся в Праге американски:' архитектор Леопольд Айдлитц, который во второй половине XIX в. относился к наиболее известным нью-йоркским зодчим. О большой книге Айдлитца, посвященной искусству и особенно архитектуре, вышедшей в 1881 г., Шуилер говорит, что «это наиболее полное изложение органичного взгляда на архитектуру».
21. F. L. Wright. An Autobiogra
phy. London, 1946, p. 280. Второе расши
ренное издание первоначального вари
анта 1932 г.
22. Там же, стр. 282.
23. Там же, стр. 289—290. Будущую
Америку, перестроенную по его пред
ставлениям, Райт называл Усонией, т. е.
так же, как Samuel Butler в своем утопическом романе Erewhon, написанном в конце XIX в.
24. Взгляд Райта на башенные дома
не был односторонним. Он считал воз
можным их использование на открытом
пространстве и учитывал их и для свое
го Бродакр Сити. После войны в не
большом американском городке Бартль-
свиль по проекту Райта был построен
башенный дом, о котором он сказал, что
«небоскреб сам по себе, если у него до
статочно пространства, типичен для аме
риканцев, это — триумф использования
не земли, а нашей наилучшей техники»
(Architecture in America. A Battle of Stv-
les. New York, 1961, p. 369).
25. V. G r u e n. Approaches to Urban
Revitalization in the United States. «Ar
chitecture Association Journal», 1962,
№ 12, p. 194.
26. Jiri Vozenilek, Pfispevek k vyvoji
v
pasoveho mesta. «Architektura CSR», 1947, 8, s. 240.
27. Michel К о s m i n, Yillr lineaire.
Paris, 1952.
28. Reginald M a 1 с о 1 m s о п. Metro-
Linear. «Bauen und Wohnen», 1962, № 4.
29. A. M aster. Plan for London.
С. В. Purdom. How should we rebuild
London. London, 1946, p. 284—285.
30. L. Hilberseimer. The new
City. Chicago, 1944, p. 151—156. Здесь
же Гильберсеймер сравнивает свой про
ект с проектом группы МАРС, отмечая
в качестве недостатка тот момент, что
в последнем децентрализовано только
жилье, а не работа. Он констатирует
также, что размещение производства
среди поясов жилых комплексов вредно
в гигиеническом отношении.
VIII. СИСТЕМА РАССЕЛЕНИЯ
Предыдущие главы были посвящены градостроительным теориям, в которых основное внимание сосредоточено на одной форме расселения — городе, будь-то большом или малом, линейном или поясном. Авторы изложенных теорий считали весьма важным разрешить про-
Истоки систем расселения
блемы, связанные с разнообразными типами городов, поскольку именно в них видели будущее человеческого расселения. Но одновременно с этими теориями, а часто и в тесной связи с ними развивались более широкие градостроительные концепции, в которых рассматривались не только отдельные формы городов, но и их целые системы.
Не только в античный период, но еще и в средневековье города были в значительной степени автономными экономическими и социальными единицами. Их влияние распространялось на узко ограниченные сельскохозяйственные территории. При этом уже в древности можно встретить примеры групп городов, представленных чаще всего внутри-континентальным городом и его портом, расположенным на морском побережье. Так, Афины и их порт Пирей, удаленный от города на расстояние 7 км, были связаны общими укреплениями, обрамлявшими и дорогу, соединявшую эти два пункта. У античного Рима был портовый город Остия и целая система пригородных поселков, в которых располагались летние резиденции императоров и представителей привилегированных слоев общества.
В средневековье отдельные большие города возникали при объединении нескольких небольших поселений — чаще всего торговых колоний, которые постепенно срастались в компактные городские комплексы. В ряде случаев города расширялись за счет разросшихся пригородов, которые затем включались в территорию, ограниченную крепостными стенами.
Прообразом многих позднейших форм расселения типа сателлитов можно считать также крепости и укрепленные монастыри, на базе которых вокруг больших городов возникали целые оборонные системы*. В Праге примером такой крепости служит Страговский монастырь. Расположенный в важном стратегическом пункте, он оборонял один из главных входов в город и пути, ведшие к резиденции короля. Сама средневековая Прага помимо двух замков — Градчан и Вышеграда — состояла из трех самостоятельных городов, имевших собственные укрепления, главные площади и ратуши. Этими городами были Старе Место, Мала Страна и Нове Место. Это единственный в своем роде пример четкого членения большого средневекового города, на формирование которого оказало влияние не только историческое развитие, но и природные условия — река и рельеф, не допускавшие объединения города в компактное целое. На территории Чехии можно встретиться и с примером объединения небольших городов, как это было с городами Стара Болеслав и Брандис. Они возникли в качестве совершенно самостоятельных жилых единиц у брода на противоположных берегах реки Лабе.
Однако если в средневековье такие случаи были редким исключением, то капитализм содействовал прочным экономическим связям целых групп городов, что, конечно, не могло не найти отражения в градостроительных теориях. В начале развития капитализма стремление ликвидировать замкнутость и изолированность средневекового города относилось бесспорно к прогрессивным явлениям и послужило одной из основных предпосылок развития новых форм производства.
Еще в трактатах теоретиков эпохи Возрождения можно найти признаки представлений о городских системах; так, например, разработанный Леонардо да Винчи проект строительства системы малых городов вокруг Милана на несколько столетий опередил теории городов-садов и городов-спутников. Совершенно явно проявились те же тенденции и в сочинениях утопистов. Томас Мор описывает систему городов на острове Утопии, а ряд его последователей не ограничивается лишь описанием одного города. Оуэн и Фурье мечтали о том, чтобы их комму-
* Очень характерную картину в этом отношения дает русское градостроительство. Известно полукольцо монастырей (Новоспасский, Даниловский, Симонов Донской, Новодевичий), защищавших Москву с юга. (Прим. ред.)
![]() |
5 км |
65. Эбенизер Хоуард. Группа городов-садов; IS98 г. Центр системы — :ород на 58 тыс. жителей, с которым связаны отдельные города по SO тыс. жителей. Схема показывает очевидную тенденцию к удобной связи между отдельными юродами и в то же вре-:■•:■[ к их окружению зе-/.еными поясами
нистические колонии покрыли весь земной шар; ту же картину представлял себе и Моррис. Давние авторы, создававшие прообразы современных градостроительных теорий, предполагали возможность постепенного строительства целых групп разработанных ими идеальных и образцовых городов.
К 1802 г. относится мысль Юве о возможностях дальнейшего развития городов. Он приходит к выводу о том, что наиболее целесообразно формировать города из отдельных районов на 100—150 тыс. жителей. Города располагались бы на расстоянии 30—40 км один от другого и создавали бы правильную сетку, где соответствующая часть населения «радостно бы жила в этом земном раю»1.
Рост больших городов в конце XIX в. подтвердил догадки о неизбежном создании рядом с ними небольших поселков и городов, содействовавших развитию целых городских агломераций. О первых теоретических признаках таких концепций, имевших место, например, в Англии, России и Германии, мы уже говорили в начале главы, посвященной малым городам.
Группы городов Э. Хоуарда
Города-спутники
С представлением о целых системах расселения связаны и первые шаги движения за города-сады. Сам Эбенизер Хоуард, работая над своей книгой, не представлял себе, что его теория в деформированном виде послужит строительству садовых пригородов, состоящих из вилл. Группам городов он посвятил отдельную главу, где выдвинул требование планировки и постройки «групп городов, причем каждый город в группе имеет свои отличительные особенности, но целое является результатом одного большого и хорошо продуманного плана»2.
Только строительство таких городов на земле, находящейся в общественном пользовании, создает, по мысли Хоуарда, полную возможность воплотить целиком идею городов-садов, в результате чего каждый «обитатель всей группы» живет в двух городах: маленьком и большом. В то же время ему доступны и радости чистой природы: поля, кустарники и леса находятся от него в нескольких минутах ходьбы или езды. И так как все население сообща владеет землей, на которой расположена эта прелестная группа городов, то общественные здания, церкви, школы, университеты, библиотеки, картинные галереи и театры будут отличаться таким великолепием, какого не может достигнуть ни один город в мире, если вся городская земля находится в руках частных лиц»3.
Хоуард считал, что в центральных городах может быть по 58 тыс. жителей, а в каждом из шести городов, группирующихся вокруг центрального города, — по 30 тыс. Максимальное расстояние между городами в 10 миль преодолевалось бы с помощью скоростных видов транспорта за 20 мин. Города были бы соединены шоссейными и железными дорогами, образующими одновременно кольцо вокруг городов. По его схеме расстояние между городами-спутниками и центральным городом должно составлять 3,1—4 мили. В связи с этим он замечает, что в таких городских группах транспорт был бы более быстрым и удобным, чем на перегруженных улицах внутри крупных городов. В последней XIII главе книги Хоуарда содержится интересная мысль о будущем Лондоне, предвосхитившая многие новейшие проекты реконструкции этого города. Единственный путь он видит в развитии промышленности и городов в редкозаселенных областях. Туда можно было бы переселить население из переуплотненных больших городов, которые по сравнению с новыми будут казаться устаревшими и некомфортабельными. Ему кажется, что произойдет такой отсос жителей и капитала из Лондона, что этот крупный город или совсем исчезнет, или же его нужно будет полностью перестроить. При этом он понимает, что «время для полного переустройства Лондона — которое, быть может, будет выполнено в масштабе гораздо более обширном, чем в Париже, Берлине, Глазго, Бирмингеме или Вене, — такое время еще не наступило. Сначала должна быть разрешена более простая задача. Должен быть построен маленький город-сад в качестве рабочей модели, затем должна быть построена группа городов вроде той, какая описана в последней главе. Когда это будет сделано и сделано хорошо, переустройство Лондона должно наступить с неизбежностью»4.
Жизнь, однако, показала, что силы, приводящие к концентрации производства, торговли и населения в Лондоне, столь велики, что их нельзя преодолеть лишь притягательностью городов-садов.
Своей работой Хоуард положил начало не только движению за города-сады, но и весьма распространенной и сегодня чрезвычайно актуальной урбанистической теории городов-спутников. Пурдом считает, что впервые термин город-спутник использовал американец Тейлор, выпустивший под названием в 1915 г. в Нью-Йорке сборник своих газетных статей, в которых он проанализировал состояние пригородов больших американских городов и новых населенных мест, построенных американскими промышленниками. В книге Пурдома содержатся также сведения о первых комиссиях начала 20-х годов, которые должны были заниматься вопросами развития Лондона, крупных английских городов н целых областей. В то время методика разработки генеральных планов распространяется на целые области, и в связи с этим в качестве ее нового раздела формируется районная планировка. Тогда же впервые появляется требование — сделать составной частью генерального плана города его окрестности, т. е. территорию, которую сегодня принято называть пригородной.
Более конкретные формы представлениям Хоуарда о группах городов придал Реймон Энвин. Как лектор и как член комитета по проекти-
I
66. Реймон Энвин. Членение города с его спутниками; 1922 г. Обращает на себя внимание определенное сходство общей концепции с представлениями Корбюзье
1 — торговый и административный центр: 2 — жилые районы; 3 — промышленность: 4 — ведущая транспортная артерия
Пригородные территории
![]() |
рованию Большого Лондона он занимается преимущественно городами-спутниками и в 1922 г. разрабатывает первую схему размещения этих городов. Исчерпывающий доклад о задачах районной планировки с особым учетом условий Лондона он делает б января 1930 г. в Королевском институте британских архитекторов5. Он говорит о главных задачах районной планировки вообще и выдвигает требование проектировать Лондон вместе с его окрестностями как единое целое, т. е.
разрабатывать планировку территории диаметром 80 км, площадью почти 4780 км2, на которой проживало около 9 млн. человек. Свои представления о городах-спутниках он сам называет «вариантами идеи города-сада в пригороде». Он считает, «что большой город должен быть организован как объединение отдельных определенных частей, образующих в процессе своего роста новые города-спутники, каждый из которых будет в территориальном отношении самостоятельным поселком, располагающим собственными площадями для своего развития, зелени и создания защитного зеленого пояса. Такие самостоятельные пригороды и города-спутники или города-сады создадут благоприятные условия для развития производства, культуры и общественной жизни... т. е. всего того, что можно достичь и в городе ограниченных размеров в том случае, если эта самостоятельная единица будет в то же время составной частью укрупненного комплекса большого города»6.
В 20-е годы был разработан целый ряд новых схем городов-спутников, которые отличались размерами и удаленностью от центрального города, транспортными системами и функциональным содержанием. Начинают различаться города-спутники с собственным производством и спутники без мест приложения труда, представляющие собой «спальни» больших городов. Одновременно с городами-спутниками авторы урбанистических планов начали заниматься и пригородными территориями. Особо выделялось значение зеленых поясов, которые преграждали дальнейший стихийный территориальный рост города и одновременно отделяли центральный город от его спутников. Почти для каждого большого города в то время разрабатывались проекты его городов-спутников.
Сначала защитные пояса вокруг городов расценивались только как сельскохозяйственная земля или только как зелень. Автор проекта 1923 г. американец Роберт Уиттен считал, что эти пояса «могут быть использованы для различных нужд города, таких как устройство парков, коммуникаций, спортивных площадок, заповедников, спортивных клубов, кладбищ, водоемов, аэродромов...»7. В особенности он подчеркивал важность этих свободных территорий для будущих, в том числе транспортных коммуникаций, размер которых, конечно, нельзя точно определить, но которые, наверняка, потребуют больших площадей. Он представлял себе полностью оборудованные спутники, в которых были бы свои возможности для приложения труда, чтобы сократились переезды и снизились требования, предъявляемые к транспорту. Кроме того, у спутников могли бы быть свои дифференцированные функции, что
67. Роберт Уиттен. Система городов-спутников; 1923 г.
I — центральный торговый город; 2 — промышленные ^путники: 3 — кольцевая железная дорога
![]() |
способствовало бы их рациональному развитию в зависимости от специфических потребностей.
Чаще всего авторы разработанных проектов предлагали сравнительно равномерное размещение спутников с одинаковыми расстояниями между ними. В 1919 г. немецкий урбанист Пауль Вольф выступил с идеей объединения спутников в группы, привязанные к одному промышленному району. Чаще всего этим группам он придавал форму правильного трех-листника с общим общественным центром и рядом других учреждений, которые могли бы развиваться в зависимости от потребностей данной группы городов-спутников с данным количеством населения.
П. Вольф продумывал способ разгрузки переуплотненных городов и анализировал четыре возможности переселения: в малые города сельского типа, в существующие сельскохозяйственные поселки, в новые сельскохозяйственные поселки в окрестностях городов или лучше всего в города-спутники-сады. Вновь закладываемые города-спутники «будут устраиваться так, что недалеко от железной дороги будет основано одновременно три-четыре города-сада по образцу Хоуарда с застройкой 1/3 территории и с оставлением 2/3 ее для сельского хозяйства. Таким образом, сразу появится большой город на 100 тыс. жителей. Группа, состоящая из трех или четырех городов, будет располагать общим центром с общественными зданиями, театром, народным домом, кинотеатром и т. д. Эти новые комплексы объединили бы преимущества больших и малых городов... Промышленность располагалась бы на востоке в направлении преобладающих ветров»8.
Уже в конце 20-х годов были сформулированы все принципы формирования городов-спутников, которые сегодня лишь по-разному варьируются и, разумеется, обогащаются практикой. Сегодня следует говорить о двух основных типах спутников, которые можно назвать по странам, где они нашли наибольшее применение, — английские и скандинавские. Английские города-спутники, в том числе под Лондоном, обычно располагаются на расстоянии 40—50 км от основного города и выполняют функции самостоятельных жилых комплексов. Расстояние спутников от скандинавских городов—Стокгольма, Осло и Хельсинки составляет всего 10—20 км. Связанность с основным городом более прочная. Здесь во многих случаях можно говорить скорее об автономных или полуавтономных городских районах.
В последнее время весьма интенсивно развертываются исследования пригородных территорий. Авторы этих исследований учитывают размещение в пригородах не только городов-спутников. Жизнь показывает, что пригородная территория, в особенности в районах больших городов, является их неотъемлемой составной частью и, собственно, одним из условий их существования. Эта территория не может служить лишь идиллическим зеленым поясом, хотя бы даже и заполненным рядом поселений-спутников. В то же время она не может быть ничейной землей, служащей лишь для хранения всего, с чем город несовместим,
![]() |
0.5 |
68. Пауль Вольф. Группа городов-садов-спут-
ников; 1919 г.
1 — три жилых района;
2 — промышленность; 3—об
щественный центр; 4 — глав
ный вокзал
но что необходимо иметь под рукой. Пригородная территория уже сегодня представляет собой такой же сложный комплекс, как и сам город. Здесь тоже необходимо решать сложные вопросы взаимодействия жилья и рабочих мест, организовывать транспорт, прокладывать инженерные сети, соблюдать требования гигиены и определять специфические задачи сельскохозяйственного производства. Успешное решение проблем взаимоотношения города и пригорода относится к основным задачам генерального проектирования городов, причем уже само определение пригорода не простой вопрос. Интерес к окрестностям города иногда создавал такое впечатление, что их основная функция состоит в предоставлении свободных площадей для больших коммуникационных и инженерных систем, для энергетических центров и производств, которые по санитарным соображениям не могут быть расположены в городе. На деле оказалось, что ведущей функцией пригородов является предоставление условий для отдыха населения. Отсюда ясно, насколько интенсивно их можно использовать, и каким образом следует размещать города-спутники, и как определять их размеры.
Проекты систем городов-спутников базировались и базируются на представлении о том, что вокруг большого города, занимающего центральное положение, возникают группы небольших городов или поселков. Однако в начале нашего века в развитии расселения начала ощущаться потребность решить вопрос с такими городскими система-
![]() |
![]() |
30 № |
6 10 |
1000м |
69. Эрих Глоэден. Схема системы расселения; 1923 г. Города в виде групп жилых ячеек, центрический город на j млн. человек
70. Эрих Глоэден. Го-оодская ячейка на 100 тыс. жителей с портом и складами; 1923 г.
: — школа; 2 — дом для ■грестарелых; 3 — больница