Общие замечания по поводу неолитической эпохи в евразии

Определенные замечания более общего порядка могут быть выведены из нашего обозрения неолитических находок в Евразии. Очевидно, что большая часть цизуральской России, так же как части Сибири были необитаемы. Экономическая жизнь неолитического человека была гораздо разнообразнее, нежели в палеолитическую эру. Именно в эпоху неолита возникли некоторые фундаментальные типы человеческой экономической активности, подобные земледелию, скотоводству, ремеслу. Благодаря различию природной среды в различных местностях превалировали свои типы сельскохозяйственной деятельности. В цизуральской России важны следующие три региона: пограничная зона лесов и степей на Украине, где было развито земледелие и скотоводство; регион Оки и верхней Волги, благоприятный для охоты и рыболовства, где, однако, практиковалось и земледелие; южные степи, где особое внимание уделялось коневодству и скотоводству. Реки служили главными торговыми путями, при этом Волга играла особенно важную роль как связующее звено между северокавказской культурной сферой и Верхневолжьем и рекой Камой. У нас уже был случай упомянуть, что торговые отношения неолитической эры приняли действительно интернациональный характер[56]. Конечно, регион среднего Днепра был связан с территорией Балкан с одной стороны и с Кавказом — с другой. Через Кавказ область Оки-Волга была открыта влиянию культуры Месопотамии. А из региона Волги-Камы купцы должны были проникать в Западную Сибирь и наоборот. Народы Западной Сибири торговали с народами Казахстана, а они, в свою очередь, нашли дорогу на Кавказ. Так был завершен круг.

Историк естественно склонен останавливаться на политических аспектах международной экономики. Он может предположить, что экономические взаимосвязи между различными неолитическими губерниями в Евразии в некоторых случаях сопровождались интенсивной политической и военной борьбой. Империи возникали и погибали, как это и происходило позднее. Тем не менее, из-за отсутствия письменных источников по политической истории неолитической Евразии нет ничего кроме простых гипотез. Несколько подобных предположений использовались для интерпретации археологического материала, но их правдоподобность может быть поставлена под вопрос. Очевидно, что конец третьего и начало второго тысячелетия до н.э. был важным периодом в развитии индоевропейских народов, крупные миграции которых происходили, вероятно, около этого времени. Видимо, кочевники культуры окрашенных костяков представляли одну стадию в этом процессе. Также возможно, что хетты, чей язык связан с индоевропейской семьей, прошли на пути к Боспору и Малой Азии через черноморские степи, вступив в них с востока. Но все это — сфера чистых предположений.

5. Медный и бронзовый века [57].

Открытие искусства металлургии ознаменовало собой новую стадию развития человеческой цивилизации. Ее значимость вряд ли может быть переоценена. Металлургия развилась изначально в древних центрах культуры — Египте и Месопотамии — в четвертом тысячелетии до н.э. Отсюда технология плавления и ковки металлов распространялась по транскавказской территории и Малой Азии, а также далее на север и запад, первоначально очень медленно.

Золото и медь были, очевидно, первыми используемыми металлами. Золото, благодаря его редкости, служило только для орнамента. Медь могла использоваться более широко для инструментов и сосудов. Серебро было введено в оборот позднее золота, а железо много позже меди (во второй половине второго тысячелетия до н.э.). Медь, слишком мягкая и тяжелая, была не слишком удобна в применении, но человек вскоре научился сплавлять ее с оловом. Сплав меди и олова, известный как бронза, был легче и тверже, его изобретение породило медленную эволюцию «медного века» в «бронзовый век».

Бронза впервые была применена в тех местах, где обнаружилось залегание медной и оловянной руды. Что же касается культуры бронзового века в Евразии, залежи обоих этих металлов были известны с древних времен в регионах Алтая и Урала, так же как и в Транскавказском регионе. Олово также могло ввозиться из Малой Азии и Ирана. Возможно, что оловянная руда была доступна также и в Северной России, т.е. в регионе Ладожского и Онежского озер, а также в бассейне Печоры[58]. Залежей олова не существовало в Средней или Южной России. Медь, тем не менее, добывалась в южнорусском Донецком бассейне[59]

В целом же территория цизуральской России представляла бедные ресурсы для развития медной и бронзовой индустрии. Поэтому большинство из медных и бронзовых изделий, обнаруженных в этой местности, вероятно, ввозились из прилегающих районов. Однако, регион Волги, не столь далекий от Урала и связанный естественным водным путем с Кавказом, был в лучшей позиции, нежели Украина, в налаживании коммерческих связей. В целом медная и бронзовая культура распространялась по территории цизуральской России лишь постепенно. В то время как население Кавказа было уже знакомо с бронзовой индустрией, неолитическая культура все еще преобладала в Центральной России.

Сделав эти предварительные замечания, мы можем теперь обратиться к обзору сфер медной и бронзовой культуры в Евразии. Давайте начнем с Северного Кавказа, служившего мостом для распространения изделий из меди и бронзы по направлению к регионам Дона и Волги.

РАЙОН СЕВЕРНОГО КАВКАЗА [60].

Образцы медных изделий были найдены в некоторых из северокавказских захоронений, которые могут быть отнесены к третьему тысячелетию до н.э.; т. е. к периоду, в который как Украина, так и Центральная Россия все еще были в эпохе неолита. В Северокавказский регион медные объекты впервые были ввезены из Транскавказского. Следует отметить, что Северный Кавказ должен был обладать коммерческими связями с Транскавказским регионом с незапамятных времен, в то время как транскавказская территория сама по себе была в границах сферы культурных влияний, исходящих из Малой Азии, Сирии и Месопотамии. В начале второго тысячелетия до н.э. Месопотамия находилась под контролем вавилонских царей (Хаммурапи, 1955-1913 до н.э.), а во втором тысячелетии хетты, чей язык был близок к индоевропейской семье, стали ведущей силой в Передней Азии. Они создали сильную империю в Малой Азии и Сирии; культурно они жили в бронзовом веке. К концу второго тысячелетия в Транскавказском регионе возникло другое царство, известное как царство Ван или Урарту (Арарат). Цари Урарту преуспели в течение нескольких столетий в защите своей независимости с одной стороны от хеттов и от ассирийцев — с другой. Благодаря оживленным отношениям Урарту с другими странами Передней Азии, медная и бронзовая культура Транскавказского региона претерпела быстрый прогресс; инструменты и оружие экспортировались из Транскавказского в Северокавказский ареал. Даже позднее, когда искусство металлургии развилось на Кавказе, медное и бронзовое оружие и инструменты, сделанные местными изготовителями, были по виду и оформлению лишь имитацией месопотамского образца.

Кавказские горы богаты металлами. Медные жилы были известны с отдаленной древности. В первом тысячелетии до н.э. олово добывалось в районе между Эльбрусом и истоком реки Терек в середине цепи Кавказских гор, а также в регионе Гянджи на транскавказской территории. Благодаря ввозу меди, равно как и раннему развитию местной металлургии, медная культура укоренилась в Северокавказском регионе около 2000 г. до н.э. Первый период северокавказского медного века представлен достойными внимания могильниками в регионе Кубани. Согласно Ростовцеву, Майкопский курган относится к третьему тысячелетию до н.э.[61]А.А. Иессен датирует его концом того же тысячелетия[62]. Курганы Новосвободной (прежде Царской) должны быть несколько старше. Майкопский курган в высоту 10,65 м. Круговая кладка из необработанных камней была сооружена на уровне земли под курганом. Было вырыто углубление внутри квадрата, низ которого уложен галькой, а стены облицованы деревом. Могила делилась на три секции деревянными перегородками. Скелеты, обнаруженные в сжатом состоянии, были раскрашены красной краской. В палатках найдено много золотых и серебряных предметов отличной ремесленной работы, среди них около восьмидесяти чеканных пластин с фигурами льва и быка; очевидно, что такие пластины первоначально нашивались на одежду как орнамент. Также были найдены золотые и серебряные кольца и бусины; две массивные статуэтки быка, одна из золота, а другая из серебра, а также две золотых и четырнадцать серебряных ваз. Особенно интересны два гравированных серебряных сосуда. Один декорирован гористым пейзажем. Б.В. Фармаковский интерпретировал его как изображение гряды Кавказских гор: в этом случае гравировка может быть приписана местному художнику. Однако истинность гипотезы сомнительна. Вторая ваза гравирована фигурами животных, среди них первобытная степная лошадь. Что же касается медных предметов, были откопаны пять ваз и десять инструментов и оружие, включая поперечный боевой топор месопотамского типа, двулезвийный топор-тесло, два плоских топорика, два долота, один большой и один маленький кинжал. В дополнение к этим инструментам и глиняным изделиям, внимание может быть привлечено к сердоликовым и бирюзовым бусинам, равно как и к ляпис-лазуревым и выполненным из морской пенки. Золотые и серебряные объекты из Майкопского захоронения были, конечно, ввезены с юга. Источник медных инструментов не столь ясен, но вероятно, они также были ввезены. Агат и бирюза могли быть привезены из Ирана, ляпис-лазурь из Афганистана, морская пенка из Малой Азии.

Результаты раскопок в курганах Царской менее впечатляющи, но не менее значимы с научной точки зрения. Могилы этих захоронений представляют собой каменные палаты мегалитического типа построенные в углублениях под курганами. На основании этого, а также присутствия каменных инструментов наряду с медными, можно заключить, что захоронения Царской принадлежат к переходному периоду, ибо наследие неолита сильно ощутимо. В этих захоронениях было обнаружено меньше золотых и серебряных изделий, чем в Майкопском кургане. Медные изделия, однако, более многочисленны: в одном захоронении было тридцать три и восемь в другом. Согласно А.А. Иессену, комплект медных изделий, обнаруженных в захоронениях Царской, можно считать типичным для Кубанского региона как целостности[63]. Иессеном относятся к этому комплекту следующие инструменты: поперечный топор, плоский топор, граверный резец, резец, нож, маленький кинжал и вилка с двумя загнутыми концами, которая, возможно, использовалась для поджаривания мяса. Вещи этого типа, вероятно, производились в том же месте, отливались в каменных и глиняных формах; плоские топоры, кинжалы и некоторые другие инструменты впоследствии обрабатывались путем ковки.

В находках, отнесенных к середине второго тысячелетия до н.э., среди медных предметов вдруг появляется бронзовое изделие. Находки этого периода еще не достаточно изучены, большинство из раскопанных объектов хранятся в местных музеях, подобных Кубанскому музею в Краснодаре (прежде Екатеринодаре) и Кабардино-Балкарском музее в Нальчике. Медные инструменты, представляющие северокавказскую культуру этого периода, были без сомнения произведены на месте. На Костромской стоянке обнаружен запас местного производителя, состоящий из слитков необработанного металла и сломанных инструментов. Две части каменной формы для отливки бронзовых топоров были открыты у Зилч в районе Владикавказа. Вблизи от селения Кобан в Осетии раскопаны многочисленные глиняные формы для отливки топоров и игл, а также глиняный тигель.

В конце второго тысячелетия до н.э. в северокавказском регионе начался период расцвета культуры бронзы, который, видимо, продолжался в течение всего первого тысячелетия до н.э. Кобан в Осетии был главным центром этой культурной сферы. Раскопки начались в этом месте в конце 1870-х г. по инициативе Московского антропологического общества и Общества знатоков кавказской археологии. Поскольку Кобан привлек внимание множества российских и зарубежных археологов, таких как Р. фон Вирхов, Е. Шантр, Ж. де Морган, графиня П.С. Уварова, А.А. Ивановский, В.И. Долбежнев и др.

Аул[64]Кобан находится в 30 километрах от Орджоникидзе (Владикавказ) близ Дергавской горловины Гизел Дона[65]. Склон гор формирует четыре террасы, на одной из которых находится старейшее кладбище. Его внешняя поверхность составляет около 1,5 квадратных гектара. Могилы имеют форму каменных сундуков, построенных из неотесанных плит. Скелеты всегда обнаруживались в скорченном состоянии с руками поднятыми к голове. Инвентарь могил Кобан богат и многообразен. Тяжелые бронзовые топоры имеют характерную конфигурацию, они узкие и вогнутые с овальным отверстием для ручки. Большинство топоров украшены врезным орнаментом — линейным или же представляющим животных. Последний стиль включает профили оленей, тигров, змей, рыб и фантастических существ. Были откопаны бронзовые кинжалы двух типов. Принадлежащие к первой группе отлиты целиком, рукоятка и лезвие в одной форме. В случае второй группы лезвия отливались отдельно, рукоятки делались из бронзы, кости или дерева. Рукоятки часто вырезаются в виде головы животного. Лезвия широкие и обоюдоострые, по месопотамскому типу. Среди других бронзовых объектов могут быть упомянуты иглы, ожерелья, застежки, браслеты, подвески и конские мундштуки. Широкие пояса, сделанные из цельной полосы бронзы или из текстиля с инкрустацией бронзовыми пластинами, заслуживают специального внимания, поскольку они схожи с теми, в которых божества и цари появляются в ассирийском и вавилонском искусстве. Также интересно, что в некоторых поздних могильниках бронзовые пластины на таких ремнях украшены инкрустацией из железа. Керамика кобанских могильников менее разнообразна, нежели их бронзовые изделия. Горшки делались из черной глины и обжигались. Орнамент линейного типа выполнялся путем врезки, которая затем заполнялась белой штукатуркой.

Бронзовые инструменты кобанского типа были обнаружены во многих местах Северокавказского региона. Нет сомнения, что существовали многие локальные центры бронзовой индустрии. Отливщики и ремесленники работали с местной рудой и ориентировались на местные потребности. Так, в земледельческих районах производились медные и бронзовые серпы. На многих стоянках этого района замечены долота с углублениями той же самой конфигурации, что и раскопанные на Украине, в Центральной России и Финляндии. Никакой формы для изготовления подобных долот до сих пор не было открыто в Северокавказском регионе; возможно, что они ввозились или с Украины, или из Волжского региона.

Многообразие инвентаря бронзовых изделий в северокавказских могильниках указывает на значительное развитие индустрии и торговли. В некоторых местах ремесленники и торговцы составляли отдельные группы; появление поселений городского типа стало, возможно, результатом подобной социальной дифференциации. Большинство же населения жило, однако, земледелием и животноводством.

ЧЕРНОМОРСКИЕ СТЕПИ [66].

В начале второго тысячелетия до н.э. медные инструменты и утварь появились на территории Украины и Дона. Бронзовые вещи последовали за ними; к середине этого тысячелетия медная и бронзовая культура укоренилась в черноморских степях. Она находилась в основном под влиянием северокавказских стандартов, следует предположить также некоторые балканские связи. В общем, однако, культура бронзового века на Украине беднее, нежели в северокавказской сфере. Бронзовые изделия, возможно, ввозились, но некоторые из медных инструментов должны были поставляться местной индустрией. Старые медные месторождения были открыты в деревне Калиновская близ Бахмута[67]. Некоторые из ям имеют глубину от 20 до 30 метров. В одной из них обнаружены человеческий череп и кости, пропитанные окисью меди. В другой были раскопаны каменные инструменты и бронзовые топоры. Они, вероятно, служили для отделения медной руды. В Днепровском регионе, где добывалась медная руда, были открыты запасы плавильщиков, состоявшие из медного лома; металл, возможно, ввозился, а затем использовался для плавления. В этом случае производились лишь маленькие инструменты.

Что же касается политической и этнической структуры населения Украины, оно очевидно претерпело радикальные изменения в первой половине второго тысячелетия. Около 1800 г. до н.э. в Днепровском регионе должно быть произошла значительная катастрофа, подобная вражескому вторжению, в результате которой трипольское население было частично уничтожено и частично вытеснено со своей территории. Кто были победители трипольского населения и откуда они пришли — открытый вопрос для дискуссии. Согласно А.М. Тальгрену, они принадлежали к индоевропейской расе и пришли с северо-запада. Он предполагает, что после подчинения трипольской территории они продолжили движение на восток до той поры, пока не достигли Кубанского региона.

Могильники, оставленные кочевниками, которые контролировали черноморские степи в середине второго тысячелетия до н.э., подобны по типу тем, что относятся к концу третьего и к началу второго тысячелетий. Тела мертвых были также окрашены охрой. Некоторые могильники этого периода выше тех, что принадлежат предшествующему. В некоторых случаях мертвые были кремированы. В дополнение к могильной утвари раскопаны многие склады оружия и предметов искусства. Среди наиболее замечательных — найденный в Бородино, в Бессарабии. Тальгрен относит его к периоду между 1300 и 1100 г. до н.э. В своей попытке установить всестороннюю хронологию и классификацию черноморских находок второго тысячелетия Тальгрен предполагает, что следует различать две стадии в развитии медной и бронзовой культуры черноморского ареала: старшую стадию (1600 — 1400 гг. до н.э.) и младшую (1400 — 1100 гг. до н.э).

Среди типов оружия и инструментов, специфичных для первой стадии, должны быть упомянуты топоры с отверстием для ручки, имеющие конфигурацию, схожую с каменными топорами Южной Скандинавии; другие похожи на балканские и кавказские топоры. К кавказскому типу относятся маленькие плоские топоры и скребки, сделанные из меди. Ко второму периоду могут быть отнесены долота, похожие на найденные в Финляндии и Центральной России. Высверленные наконечники копий хранилища в Бородино принадлежат к тому же типу ремесленных изделий. Контур лезвия типичного бородинского наконечника копья подобен лавровому листу; трубочка сверления проходит по середине лезвия. Кинжалы, медные иглы, бронзовые кольца и булавки периода Бородино были также открыты на Украине и в регионе Дона. Находки серпов являются свидетельством роли земледелия в жизни людей этого периода. Глиняные вазы, найденные в захоронениях, в основном ручной работы. В орнаменте используются ленточный, линейный и геометрический типы.

ЦЕНТРАЛЬНАЯ РОССИЯ [68].

Распространение медной и бронзовой культуры в Центральной России прогрессировало значительно медленнее, нежели на юге. Ввозилось большинство медных и бронзовых инструментов. Некоторые изделия, подобные иглам, были, тем не менее, отлиты из ввозимого металла. Каменные изделия были еще в ходу наряду с медными и бронзовыми. Некоторые из каменных топоров этого периода кажутся имитацией ввезенных бронзовых топоров. Культура Центральной России второго тысячелетия была в основном того самого фатьяновского типа, как и в конце третьего тысячелетия. Могилы расположены в мелких углублениях без внешнего холма. В некоторых из них обнаружены встроенные каменные камеры примитивного типа. В подобных случаях скелеты находились в скрюченном положении со следами пятен охры. На некоторых стоянках замечены остатки сожженной ритуальной пищи. Орнаментированные вазы со сферическим дном, упомянутые раньше[69], также характерны для распространения фатьяновской культуры бронзового века. Преобладает гребенчатый орнамент; обычно орнаментировано горло вазы. В могилах московской губернии были найдены вазы нитяной орнаментации. Медные и бронзовые топоры немногочисленны в Фатьяновском регионе. Некоторые из топоров обладают выгнутыми выступающими концами. Медные и бронзовые долота, шила и серпы также обнаружены в некоторых из фатьяновских могил, равно как и серебряные украшения вроде подвесочных височных колец. Рукояти кинжалов иногда имеют форму голов животных.

Более развитая стадия бронзовой культуры представлена кладбищем Сейма, Относящимся к концу второго тысячелетия до н.э. Оно расположено в регионе нижнего течения Оки. Топоры, долота, копья и ножи составляют инвентарий бронзовых инструментов могил Сейма. Некоторые из топоров схожи с теми, что найдены в фатьяновском регионе. Один из ножей имеет обоюдоострое лезвие, лезвие на вогнутом конце оснащено множеством зубцов, которые, должно быть, использовались как пила. Наконечники копий похожи на те, что замечены в хранилище Бородино. Следует отметить, что кремневые ножи и наконечники стрел, так же как и нефритовые кольца были обнаружены вместе с бронзовыми инструментами. Глиняная посуда могильников Сейма хороша с точки зрения ремесленного мастерства, большинство ваз имеют сферическую конфигурацию с плоским дном. Горловина и нисходящие части вазы обычно декорированы гребневым орнаментом, схожим с фатьяновскими вазами.

Другое достойное внимания кладбище в регионе Оки — так называемое позднее Волосово близ Мурома. Здесь железные изделия были обнаружены вместе с бронзовыми, что является немым свидетельством перехода культуры от бронзового к железному веку. Хронологически Волосовское кладбище может быть отнесено к началу первого тысячелетия до н.э.

Судя по центральнорусским находкам второго тысячелетия, земледелие, охота и рыболовство составляли основные сферы занятий. Сходство некоторых ввезенных инструментов со скандинавскими (долота), равно как и с кавказскими и балканскими типами (топоры, кинжалы, наконечники копий) является указанием на широкий размах торговых отношений Центральнорусского региона в этот период; региона, который простирался к Балтийскому морю, с одной стороны, и к Черному морю — с другой.

ТУРКЕСТАН И СИБИРЬ [70].

Так же как и в Центральной России, медная и бронзовая культура в Сибири распространялась медленно. Народы Сибири начали использовать медные изделия не ранее 2000 г. до н.э. Мы видели[71], что в могильнике Афанасьеве были найдены глиняные вазы, инкрустированные медью, которые могут быть отнесены к этой дате. Учитывая вероятность коммерческих связей между Афанасьеве и регионом Аральского моря[72], не исключено, что медь ввозилась из Казахстана. Казахстан, в свою очередь, был культурно связан с Хорезмом. Начиная с 1938 г. древности Хорезма систематически изучались членами археологической экспедиции, организованной Институтом истории материальной культуры. Ранняя культура Хорезма, которая, как мы видели[73], схожа с культурой Афанасьеве, известна как культура Кельтеминара. В течение второго тысячелетия до н.э. Хорезм играл активную роль в экспансии так называемой культуры «степной бронзы», одна из стадий которой теперь известна как культура Тазабагиаб[74]. Хорезм становится одним из важных пунктов сцепления культурных путей.

Культура, которая распространилась в первой половине второго тысячелетия до н.э. по региону Казахстана и Южной Сибири, известна как андроновская культура, поскольку первое типичное захоронение было раскопано близ деревни Андроново в районе Ачинска. В Казахстане этот тип представлен захоронениями в совхозе «Гигант», район Караганды, исследованными П.С. Рыковым, равно как и захоронениями по реке Урал, раскопанными М.П. Грязновым[75]. Инвентарь андроновских могил демонстрирует определенное сходство с находками сеймской культуры. Курганы над могилами андроновского типа обычно низкие. Они как правило обнесены низким каменным забором. Гробницы из каменных блоков или деревянные сундуки служили погребальными камерами. Скелеты обычно лежат на боку с руками, согнутыми в локтях, и ногами, согнутыми как на уровне таза, так и в коленях, колени прижаты к телу. Обильно представлены глиняные сосуды с плоским дном, принадлежащие к двум следующим типам: 1 — грубая ремесленная работа, декорированная вдавленным или врезанным простым по типу орнаментом; 2 — тонкое ремесленное изделие с вогнутыми или выпуклыми стенками, декорированное геометрическим орнаментом — треугольниками, ромбами, извилинами и свастиками. Как каменные, так и медные инструменты были обнаружены в андроновских могилах. Среди первых могут быть упомянуты скребки и наконечники стрел, а среди последних — долота и кинжалы. Были также найдены медные пластины для поясов и медные подвески, инкрустированные золотым листом. Бусины сделаны из различных материалов: медь, сардоник, камень, зубы животных. В остатках погребальной еды обнаружены кости лошади, быка и овцы; в одной из могил целиком сохранился скелет собаки. Человек андроновской культурной сферы очевидно имел прирученных животных и вел пастушеский образ жизни.

К концу второго и к началу первого тысячелетия регион Казахстана и Южной Сибири стал домом более развитой медной культуры, известной как карасукская культура, от названия реки Карасук — притока Енисея, где были раскопаны типичные для нее могильники (Боградский регион, Хакасский район). Погребальные камеры в этих гробницах похожи на андроновские, облицованы и покрыты каменными плитами. Скелеты лежат на спине. В некоторых случаях похоронные обычаи включали кремацию. Как и в андроновских могильниках, было обнаружено много глиняных ваз, большинство из них со сферическим дном и высоким горлом, тонкой ремесленной работы. Орнамент относится к нарезному типу. Медные инструменты многочисленнее, нежели в андроновских могилах. Были обнаружены в обилии медные долота и ножи различной конфигурации, так же как и подвески и кольца. По крайней мере часть из них произведена в этом месте. В остатках погребальной пищи найдены суставы барана. В одной из могил находился лишь скелет собаки, что является свидетельством почитания этого животного. Собака могла почитаться как верный страж стада. Были открыты каменные скульптуры, некоторые из них в виде человеческого лица, другие — изображение головы барана. Они, возможно имели тотемный характер. Человек карасукской культуры являлся очевидно прежде всего животноводом. Карасукская культура простиралась на юг и запад Минусинского края. Инструменты и сосуды карасукского типа недавно обнаружены в Танну-Туве и в районе Караганды, Казахстан.

Около девятого и восьмого веков до н.э. бронзовые инструменты и сосуды начали появляться в Южной Сибири. Центром медной и бронзовой культуры в Сибири стал Минусинский край, богатый медной рудой. Многочисленные захоронения в южной степной зоне Сибири принадлежат к этой так называемой минусинской культуре. Она находилась в поре расцвета в середине первого тысячелетия до н.э., то есть в период скифского владычества в Южной Руси. С ней мы познакомимся соответственно в следующей главе.

Наши рекомендации