Общая характеристика основных средств исправления лиц, лишенных свободы и проблемы их исправления.

Установленный порядок отбывания наказания (режим).

Осужденные, отбывающие наказание в виде лишения свободы в России, находятся в исправительных учреждениях так называемого полуоткрытого типа[2], сущность которого заключается в том, что они проживают в общежитиях, имеют возможность передвигаться в пределах охраняемой территории (жилая зона), а помещения, в которых проживает основная масса, даже не закрываются в ночное время, но находятся под надзором со стороны персонала, который его осуществляет периодически выборочным способом.

Во всех ИУ для осужденных установлен и поддерживается всеми сотрудниками распорядок дня, а также обеспечивается соблюдение ими правил поведения в соответствии с требованиями законодательства и Правилами внутреннего распорядка. В каждом ИУ созданы условия для выдачи и приема горячей пищи (не менее 3-х раз в сутки), соблюдения правил личной гигиены и общественной санитарии.

В зависимости от того, на каких условиях содержания находятся осужденные, для них установлены ограничения в возможностях приобретения продуктов питания и предметов первой необходимости в магазине, получения посылок (передач), бандеролей, предоставления возможности проведения телефонных переговоров, длительных и краткосрочных свиданий, получения разрешений на краткосрочный выезд в связи с исключительными личными обстоятельствами, трудового устройства или для проведения трудового отпуска.

Установленный порядок отбывания наказания позволяет влиять на правопослушность осужденных в местах лишения свободы. Так из почти 900 000 человек, отбывающих наказания в виде лишения свободы в год совершается свыше 1200 преступлений (2006 год), грубых нарушений в расчете на 1000 человек совершается более 600 случаев, остальные нарушения относятся к категории мелких, т.к. не носят системного и злостного характера. По данной статистике можно определенно сделать вывод, что в целом задачу по обеспечению соблюдения установленных правил поведения осужденными, персоналу УИС решать удается, но с определенными оговорками.

Однако есть и другая задача, входящая в двуединое понятие по приобщению осужденных к правопослушности. Она заключается в том, чтобы после освобождения из мест лишения свободы, эти лица вновь не совершали повторных преступлений. Решение последней задачи удается не в полном объеме. Существующая статистика по данному вопросу пока остается тревожной. Прежде всего, это показатели рецидивной преступности. Однако ответственность за рецидивную преступность только на одну уголовно-исполнительную систему возлагать нельзя. Здесь сказывается масса нерешенных проблем, начиная от социально-экономического характера и заканчивая качеством проведения профилактической работы с освободившимися лицами. И если какие-то государственные либо региональные структуры в данном направлении работают недостаточно, то речь может идти не столько об увеличении финансирования данной работы, сколько о реструктуризации их деятельности с концентрацией усилий на работу с конкретными объектами, нуждающимися в ресоциализации.

Общественно полезный труд (Трудовая адаптация).

Как правило, осужденные в местах лишения свободы всегда привлекались к общественно полезному труду. Для них установлена обязанность трудиться в местах лишения свободы. Однако с переходом экономики России к рыночным механизмам решать вопросы привлечения осужденных к оплачиваемому труду во многих регионах стало решать не просто. В настоящее время не всем трудоспособным осужденным предоставлена оплачиваемая работа. Многие предприятия ИУ не имея возможности пополнения оборотных средств, организуют производственную деятельность на принципах «работы на давальческом сырье». Во многих учреждениях основные фонды: здания, сооружения, станки и оборудование претерпели значительный физический износ. Предприятия ИУ, для организации производственной деятельности используют труд осужденных в целом, как не квалифицированный и поэтому задействованы на изготовлении продукции, не претендующей на высокое качество, технологичность и наукоемкость. Принятые в последнее время усилиями руководителей многих региональных органов управления Федеральной службы исполнения наказаний меры, позволили несколько улучшить ситуацию по привлечению осужденных к общественно полезному труду. Однако законодательной поддержки на федеральном уровне инициатив, связанных с возможностью принятия Закона РФ «О государственном заказе для предприятий УИС ФСИН», что позволило бы финансировать и трудоустроить на оплачиваемой работе еще дополнительно значительную часть осужденных (свыше 136000 чел.), еще не произошло. Также как и не произошло решение вопроса об обучении осужденных по востребованным в регионах на рынке рабочей силы специальностям за счет средств, имеющихся для этого у территориальных служб занятости населения. Кроме того, не внесены изменения в Налоговый кодекс Российской Федерации, позволившие бы предприятиям различных форм собственности, предоставляющим исправительным учреждения возможности обеспечения осужденных оплачиваемой работой и трудоустраивающих освободившихся лиц, иметь определенные налоговые льготы.

Внесенные и принятые 6 июня 2007 года изменения в УИК РФ позволяют иметь правовую регламентацию возможности осуществлять трудовую адаптацию осужденных в Центрах трудовой адаптации, учебно-производственных и лечебно-производственных (трудовых) мастерских. В настоящее время вопросы организации трудовой адаптации осужденных в ИУ решаются в индивидуально-договорном порядке, как по ранее существующим схемам и связям, так и по новым с субъектами производственно-экономической деятельности, относящимся к различным формам собственности. Однако заработок осужденных на один отработанный человеко-день в целом по УИС не превышает 70 рублей. Оставляют желать лучшего также вопросы надлежащей организации и соблюдения мер безопасности труда. Наблюдения и опросы, проводимые в среде осужденных, показывают, что значительное их число не желают трудиться на оплачиваемой работе именно по причине низкого уровня установленной заработной платы, которая идет в основном на покрытие расходов по содержанию осужденных и (кроме удовлетворения части потребностей в приобретении дополнительных продуктов питания и отдельных промышленных товаров в период пребывания в ИУ) не позволяет оказывать материальную помощь семьям и резервировать на собственных лицевых счетах средства для подготовки к освобождению.

Воспитательная работа.

В ИУ УИС организовано проведение воспитательной работы с осужденными в индивидуальной и коллективной формах. На определенном уровне осуществляется ее инструктивно-методическое обеспечение. Однако, количество, качество, интенсивность и продолжительность по времени проводимых воспитательных мероприятий по предусмотренным законодательством направлениям, не отвечает требованиям и имеет низкую эффективность. Имеют место также вопросы надлежащей профессиональной подготовленности сотрудников для организации и проведения воспитательной работы с осужденными в ИУ. Финансирование проведения социальных, воспитательных и психологических мероприятий также оставляет желать лучшего. По отдельным направлениям указанной работы материальные ресурсы не выделяются либо поступают в ограниченном виде. Интенсивность и продолжительность проведения воспитательных мероприятий с осужденными в конкуренции с их возможностью круглосуточно обмениваться между собой опытом прежней преступной деятельности в течение всего срока отбывания наказания, не идет ни в какое сравнение и не может претендовать на должное превалирующее положительное воздействие со стороны персонала мест лишения свободы.

Образовательное обучение.

Не смотря на обновленный Закон «Об образовании в РФ» осужденные, не достигшие возраста 30-ти лет не все осужденные указанной категории вовлечены в обучение. В местах лишения свободы имеет место проблема привития позитивной мотивации на получение полного среднего образования в среде осужденных. Практика показывает, что значительная часть из числа осужденных, поступивших в школы или учебно-консультационные пункты (УКП) для получения основного общего и среднего образования в ИУ делает это по следующим причинам:

1) для ухода из отряда («сменить обстановку»), чтобы не быть с изрядно надоевшими им лицами;

2) избежать присутствия на проводимых воспитательных мероприятиях в отряде и ухода из под контроля начальника отряда;

3) для общения (это касается осужденных-мужчин) с учителями-женщинами, так как таким образом происходит решение проблем удовлетворения общения с лицами противоположного пола;

3) реализации желания повторного обучения в школе для восстановления забытых знаний;

4) в связи с требованиями, которые предъявляются персоналом ИУ, которые «заставляет учиться осужденных, подлежащих обязательному обучению, не имеющих 30-ти лет, и не имеющих соответствующего образования;

5) реального получения образования (аттестата) пока «идет срок», т.к. понимают, что другой возможности в жизни может уже не быть.

В школах и УКП в ИУ имеют место проблемы успеваемости и посещаемости обучающимися осужденными. Для решения проблем устранения недостатков в организации общеобразовательного обучения осужденных, необходимо во всех ИУ решить вопросы, связанные с обновлением учебно-материальной базы. Она не только устарела и требует обязательной замены, но на наш взгляд и нуждается в пересмотре сама программа обучения и содержательная часть учебных материалов для осужденных в ИУ с учетом их особенностей и необходимости решения задачи ресоциализации, а не социализации (это для ВК). Кроме того, специально для ИУ УИС необходимо создавать такие учебные материалы, которые можно было бы использовать в образовательно-воспитательном процессе с учетом того, что здесь должны исправляться и подлежать ресоциализации лица, которые имеют отклонения в поведении, придерживаются в организации своей жизнедеятельности в «зоне и на воле» правил криминальной субкультуры, у которых еще не завершена при этом социализация или имела место деформация при ее формировании. Вместе с тем, в ИУ необходимо создавать условия и возможности для занятий осужденных самообразованием, самостоятельной подготовки, заочного и дистанционного обучения. Для реализации данной задачи в ИУ пока еще отсутствует материальная база, однако существующие технологии и технические средства обучения уже позволяют осуществлять обучение, а также проверку знаний учащимися-осужденными без непосредственного присутствия на таких занятиях учителей.

Профессиональная подготовка.

Действующая система профессиональной подготовки осужденных в ИУ в рамках деятельности профессиональных училищ еще осталась и функционирует небезуспешно. В системе УИС ФСИН в настоящее время занимаются профессиональной образовательной деятельностью в рамках начального профессионального образования - профессиональные училища, которые без реально действующей производственной базы (функционирующего производственного предприятия, центра трудовой адаптации либо учебно-производственной (трудовой) мастерской), полноценно решать задачу обучения специальности не смогут. Созданные законодательно только одни центры трудовой адаптации, учебно-производственные (трудовые) и лечебно-производственные (трудовые) мастерские также самостоятельно не смогут решить проблему подготовки кадров по рабочим специальностям, если их деятельность не будет носить системный промышленно-производственный характер на основе контрактов, реализуемых специальными государственными, а также частными структурами. Кроме того, необходимо внесением определенных изменений в Закон РФ «О занятости населения» обязать службы занятости в регионах осуществлять профессиональное обучение осужденных с учетом региональных потребностей и перспектив развития экономической деятельности в территориях. Здесь можно предусмотреть, чтобы работа могла вестись, как в виде подписания индивидуальных контрактов по формуле «обучение – отработка» (либо внесение платы за обучение в случае нарушения контракта), так и в форме проведения найма рабочих ресурсов из числа лиц, освобождающихся из ИУ, непосредственно перед освобождением для проведения обучения с предоставлением оплачиваемой работы, достаточной для содержания семьи.

Общественное воздействие.

Если смотреть реально, то общественники-контролеры, правозащитники, которые бессистемно наведываются в исправительные учреждения, не имеют ни подготовки, ни того ресурса, чтобы оказывать содействие осужденным действенное содействие в исправлении и ресоциализации. Чтобы можно было отмечать реализацию именно на осужденных «общественного воздействия» как основного средства их исправления, необходимо проведение специального обучения этой категории лиц, а также обязательное участие (присутствие) при проведении мероприятий представителей администрации ИУ. Наблюдения показывают, что все лица (общественники), приходящие в ИУ в разовом порядке не имеют полных представлений о системе исполнения наказаний, поведении осужденных, субкультуре, нравах, существующих в их среде, не могут ориентироваться в возможностях избрания наиболее действенных и эффективных форм и методов воздействия, а также не имеют педагогической и психологической подготовки для проведения с ними различных мероприятий. Зачастую самыми предпочтительными формами общественного воздействия на осужденных можно наблюдать следующие: проведение развлекательных мероприятий, разовая помощь благотворительного характера и проведение приемов по личным вопросам. Системные позитивные общественные воздействия с претензией на содействие в исправлении и ресоциализации осужденных это желаемые явления и они осуществляются пока фрагментарно. Однако сотрудники УИС считают, что после принятия Закона РФ от 10 июня 2008 года №76 «Об общественном контроле за местами принудительного содержания», будет только усиление контроля со стороны так называемых общественно-правозащитных наблюдательных советов за деятельностью персонала мест лишения свободы, а реальной помощи они не ожидают. И особенно от реализации таких «контролирующих действий» пострадают центральные регионы, куда легче им добраться, а полем битвы будут телевизионные, радио и печатные средства массовой информации, причем не обойдется без применения «грязных» технологий в этом процессе, т.к. известны имеющиеся связи между заинтересованными силами иностранных служб, криминала и правозащитных организаций. Однако при благоприятных условиях только с течением времени все может войти в приемлемое русло нормальных гражданских отношений между обозначенными структурами.

Таким образом, появляется еще одна законодательно закрепленная форма контроля, а помощь, в которой нуждаются сотрудники и осужденные мест лишения свободы уже сейчас, будет оказываться, возможно, в среднесрочной или долгосрочной перспективе, если будет проведена соответствующая подготовительная работа.

Социальная работа.

Социальная работа с осужденными в УИС ФСИН пока еще не является основным средством исправления, но служит уже, пожалуй, самым новым нормативно оформленным направлением работы по оказанию им содействия в исправлении. В регионах по исправительным учреждениям созданы группы социальной защиты осужденных. В то же время, они еще не стала дополнительным действенным средством, которое способно оказывать содействие в исправлении и ресоциализации осужденных. Численность специалистов по социальной работе недостаточна (всего 1469 чел.). Кроме того, сотрудники групп социальной защиты осужденных в основном решают задачи, связанные только с выполнением технических операций по оказанию содействия осужденным в решении имеющихся социальных проблем (оформление документов: пенсии, документирование, переписка по вопросам трудового и бытового устройства). Вместе с тем работа, направленная на содействие осужденным в приобретении внутренней мотивации на ресоциализацию и ведения образа жизни в соответствии с социально одобряемой в обществе нормой, ведется еще поверхностно. Деятельность лабораторий по социальной работе в УИС для осужденных (они нужны не меньше, чем психологические) еще не организована, а гражданские социальные службы законодательством РФ еще не сориентированы на содействие в решении социальных проблем лиц, освобождающихся из мест лишения свободы.

Другие факторы, учет которых необходим для надлежащего проведения работы по исправлению и ресоциализации осужденных:

- следует окончательно решить вопросы надлежащего материального обеспечения сотрудников УИС, что позволит решить исходящие отсюда вопросы: престижность профессии «сотрудник уголовно-исполнительной системы» (надлежащей государственной поддержки профессия сотрудник УИС - не имеет, а она должна отражаться минимум в материальном вознаграждении за «каторжный» труд и во многих других социально-защитных мерах);

- проблема подбора кадров, первоначального обучения и повышения квалификации сотрудников УИС решена не в полном объеме; негативно отражается вопрос привлечения для обучения в образовательных учреждениях ФСИН лиц, у которых не сформирована мотивация на работу в уголовно-исполнительной системе; отрицательно сказывается приглашение на работу в УИС лиц, не только тех, у которых отсутствует какой-либо опыт работы вообще или службы в армии, а также тех, у которых отсутствуют знания, жизненный опыт, которые могли бы быть опорой сотруднику не только для противодействия осужденным, имеющими навыки организации коммуникаций криминальной субкультуры, негативного манипулирования, притеснений, циничного отношений к ближнему, шантажа, провокаций, но и осуществления воспитательных воздействий на них с целью мотивации на исправление и ресоциализацию.

Все вышеназванные явления показывают, что еще имеют место отдельные негативные явления в организации служебной деятельности персонала УИС и что необходимо принимать определенные меры для их разрешения. Что же делать? Другого ответа на данный вопрос, кроме как: улучшать, прежде всего, положение персонала и устранять основные обозначившиеся причины и условия образовавшихся проблем в сфере исполнения наказаний: заниматься поиском эффективных технологий исправления и ресоциализации осужденных при исполнении уголовных наказаний и их внедрением в практику деятельности исправительных учреждений - не существует.

Почему же надо заниматься «исправлением и ресоциализацией лиц», осужденных за совершенные преступления? Исправлением и ресоциализацией необходимо заниматься потому, что если этим не заниматься, то вследствие криминализации общества до известной степени, в нем наступит такое состояние, когда наступит угроза его безопасности. Многие известные современные криминологи считают, что «сама современная тюрьма создает больше преступности» (Н.Кристи). Здесь, по-видимому, надо полагать, они знают, что в противоборстве между возможностями персонала тюрем и ресурсов, привлекаемых для содействия исправлению осужденных и криминальной субкультурой, чаша весов остается за последней. И лица, единожды усвоившие нормы криминальной субкультуры, уже, как правило, на всю оставшуюся жизнь становятся ее носителями, а усвоенные ими нормы криминальной субкультуры распространяются на все общество, заражая его. Это порой означает, что у таких лиц нет ничего святого, т.е. они идут осознанно, без преодоления психологического барьера на совершение любых преступлений, если это им нужно, даже не смотря на то, что перед ними в качестве жертвы может быть женщина, инвалид, престарелый или ребенок. И главное, что криминальная субкультура тлетворно влияет на «состояние нравственных отношений», которые должны существовать между людьми в обществе. Поэтому воздействие исправительно-ресоциализационного характера и в первоначальный период, и в основной период пребывания осужденных в ИУ, и после освобождения из них на интересующие нас объекты должны быть такими, чтобы максимально было возможно препятствовать воздействию криминальной субкультуры и ее усвоение лицами, находящимися в сфере уголовного судопроизводства.

Какая современная социальная теория положена в основу организации и осуществления «исправления» лиц, совершивших уголовные преступления и отбывающих наказания по приговорам судов?

Российская уголовно-правовая система, наследуя организацию исполнения уголовных наказаний, доставшееся ей после падения социалистического строя, либо в спешке, либо умышленно, перенесла из Исправительно-трудового кодекса РСФСР 1970 года в созданное уже в постсоветское время уголовно-исполнительное законодательство, норму о том, что ее целями является «исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений, как осужденными, так и иными лицами». Законодатель счел необходимым сделать так, как сделал. Сохранена преемственность законодательного строительства. Да и нужно ли нашему обществу исполнение наказаний без «исправления»?

Закрепляя понятие «исправление»в нормах Уголовно-исполнительного кодекса РФ, законодатель, здесь же заложил механизмы применения «основных средств» и практически этим и ограничил основное содержание заявленной деятельности, хотя здесь же идет речь о предупреждении преступлений. Однако механизмы деятельности, связанной с предупреждением совершения новых преступлений и раскрытие ее содержания в УИК РФ 1997 года, отсутствуют. В то же время можно утверждать, что весь действующий законодательно-ведомственный комплекс норм и инструкций исполнения наказаний построен на реализации социальной теории о возможности исправления преступников, раскрытии механизмов организации и осуществления деятельности по исполнению наказания без лишения свободы и в виде лишения свободы.

Теория исправления преступников, которой руководствовался законодатель при принятии Уголовно-исполнительного кодекса России, базируется на современной теории социализации человека. Эта существующая теория говорит о том, что в своем развитии каждый человек должен быть обязательно социализирован, т.е. начиная от рождения, до зрелого возраста он должен усвоить сумму определенных знаний, правил, норм, требований и научиться соблюдать их.

Как известно, американский психолог Т. Парсонс предло­жил термин «социализация» для обозначения того процесса, который проходит человек на протяжении всей жизни, приоб­ретения знаний об обществе и самом себе, развития социаль­ных навыков и умений, интернализации всей его культуры. В связи с этим объективно складывающийся процесс обуслов­лен потребностью общества в своем воспроизводстве и постоян­ном совершенствовании. Человек, в отличие от животного, рождается не готовым для жизни в обществе, и он должен, ес­ли хочет себя реализовать как индивид, пройти процесс очело­вечивания, составными частями которого являются усвоение социального опыта, традиций, приобретение и в необходимых случаях обновление (компенсация) социальной роли и соци­ального статуса.

Социализация, как по содержанию, так и по средствам представляет собой сложный процесс взаимодействия челове­ка с различными факторами, начиная с природы и кончая са­мим собой. Ее осуществляют общество в целом и государство в особенности. Они призваны постоянно в различных формах и на различных уровнях заниматься регулированием этого вза­имодействия. При этом в любых случаях присутствует педаго­гическая деятельность, как организованный целенаправлен­ный процесс, включения образовательно-воспитательными способами различных поколений, слоев населения, индиви­дов в систему усвоения социальных норм, социальных ценностей и социальных ролей. Любое общество и государство стремятся сформировать опре­деленный тип человека, который в наибольшей степени соот­ветствует определенным социальным идеалам. Они заинтересованы в том, чтобы его члены прошли, например, поло-роле­вую (овладение ролями мужчины или женщины), профессио­нальную (компетентное участие в различных сферах экономической деятельности), политическую (становление законопослуш­ных граждан и участие в общест­венной жизни) и иные виды социализации. В то же время каж­дый человек стремится к самоопределению, самоутвержде­нию и самореализации как индивид. Эти задачи и цели не­возможно осуществить без обучения и воспитания вообще, без социального обучения и воспитания. Сейчас во всех странах мира особенно остро стоит вопрос: должно ли исправление преступника быть главной целью уголовного наказания? Или же общество стремится отомстить человеку, совершившему преступление? До сих пор на эти вопросы нет однозначного ответа. В течение всей истории развития западной пенитенциарной теории и практики имело место противостояние сторонников репрессивного подхода к проблеме исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы и гуманистического подхода, в основе которого изначально лежал принцип возможности и необходимости исправления преступников. Указанные подходы нашли своё отражение в ряде пенитенциарных концепций, одни из которых отрицали цель исправления преступников, другие - эту цель выдвигали в качестве основной. Становлению научных основ концепции, нашедшей практическое воплощение в «реинтеграционной» (ресоциализационной) модели исполнения уголовного наказания, способствовал ряд современных философских, социологических, криминологических, уголовно-правовых, психологических теорий американского и западноевропейского происхождения, что отражает характер теоретико-методологической платформы современной пенитенциарной исправительной науки и практики западных стран. Как перед отечественной, так и перед западной пенитенциарной теорией стоит вопрос, на который нет однозначного ответа; должна ли такая цель уголовного наказания преступников, как исправление, признаваться в качестве основной? Международная пенитенциарная практика не дает однозначного ответа.

Одно из распространенных мнений об организации исполнения наказаний в местах лишения свободы связано с тем, что пенитенциарная система должна устрашать преступника, формировать у него страх перед наказанием, что должно сдерживать совершение им повторного преступления (юридическое исправление).

Другой путь - это реализация в пенитенциарной системе социальной ресоциализации, воплощение общечеловеческих ценностей, т.е. собственно исправление заключенного.

Наши рекомендации