Шпы, в Науке Абсолютного, в Священном Писании Йоги, в диалоге Господа Кришны и Арджуны, заканчивается третья глава, озаглавленная “Йога Действия, Карма Йога”.

ГЛАВА V

ОБЗОР ПЯТОЙ ГЛАВЫ УЧЕНИЯ

Стихи 1—3. Освобождение достигается и через действие, и через самоотречение, но путь действия выше, даже несмотря на то, что самоотречение приносит без труда освобождение от пут.

Стихи 4—10. Мудрые не считают два пути раздельными. Видящий Истину видит их оба как один; ибо трудно придти к самоотречению без Единения с Божественным, которое также приносит освобождение от пут действия.

Стихи 11—13. Человек, утвердившийся в Божественном Единении, совершает действия на уровне чувств, ума и интеллекта для очищения своей души. Пребывая внутри себя в состоянии блаженства, он не вовлечен в действие и его плоды.

Стихи 14—16. На самом деле авторство действия не принадлежат деятелю. Всякое действие совершается силой природы. В период невежества деятель присваивает авторство действия и становится привязанным к его плодам. Знание несет свет Истины и рассеивает мрак невежества.

Стихи 17—21. Утвердившись в этом знании, полностью очистившись, в состоянии глубокого спокойствия, человек живет вечной свободой в непрестанном блаженстве Божественного Единения.

Стихи 22—23. Удовольствия чувств — источники скорби; просветленный человек не услаждается ими. Способность не поддаваться возбуждению желания и гнева — критерий отличия человека, достигшего Единения.

Стих 24. Счастливый в высшем “Я”, освобожденный от желания и гнева, человек находит неизменную свободу в космическом сознании, и поднимается к вечному покою в сознании Бога.

Стихи 25—29. Принцип самоотречения включает в себя ту же высоту человеческого совершенства, которая достигается путем действия.

Во второй главе Господь Кришна просветил Арджуну по поводу Сан-кхьи и Йоги, так чтобы ему были ясны тленные и нетленные аспекты жизни и он, таким образом, отбрасывая свое неведение о природе жизни и ее отношениях с полем действия, познал свою истинную божественную природу в вечной свободе.

Вдохновляющие слова Господа создали в уме Арджуны побуждение следовать им. Третья глава раскрыла практику Карма Йоги, действия в состоянии Единения с Божественным, или действия, совершаемого для того, чтобы сделать это Божественное Единение постоянным, возвышая таким образом достоинство деятеля и действия.'

Продолжая учение в четвертой главе Господь Кришна дал Арджуне более глубокое понимание взаимоотношений “я” человека с полем действия, разъясняя ему состояние разделенности, которое естественно существует между внутренним Бытием и внешней фазой жизни в деятельности. Это дало ему проникновение в реальность жизни и деятельности и раскрыло ему, что внутреннее Бытие совершенно независимо от действия. Арджуна, кроме того, понял, что деятельность не принадлежит тому, что в сущности есть жизнь — Бытию в вечной свободе.

Четвертая глава была названа “Йога Знания об Отречении от Действия”. Заглавие значимо. Оно говорит нам, что в соответствии с этим учением Йога, или Единение, достигается через знание об отречении, через знание о высшем “Я” как совершенно отделенном от деятельности. Оно утверждает, что состояние отречения естественно на обоих уровнях — космической и индивидуальной жизни: на космическом уровне Бор остается невовлеченным в деятельность созидания и эволюции; на уровне индивидуальной жизни высшее “Я” остается невовлеченным в деятельность. Естественное состояние отречения — это истинная основа всякой жизни, и подобающее знание этого несет свободу от зависимости. В этом суть учения четвертой главы.

Может показаться, что четвертая глава подвергла сомнению доктрину Карма Йоги, преподанную в третьей главе. На самом деле это не так. Если бы эта глава провозглашала просветление через отречение от действия, тогда она была бы противопоставлена принципу Карма Йоги. Но она провозглашает просветление через знание об отречении от действия. Отсюда ясно, что принцип отречения нужно лишь понять; его не нужно применять на практике. Состояние отречения — создается через Карма Йогу (IV, 41); не существует способа применения отречения на практике. Здесь превозносится знание об отречении, а не практика отречения.

Когда мы утверждаем, что отречение не нужно применять на практике, мы сознаем, что есть отшельнический образ жизни. Но отречение отшельника — это отречение от поверхностных вещей, и уместно только при определенном образе жизни; само по себе оно не является дорогой к Богу. Не практика отречения, но знание о нем помогает на Пути к Богу.

Знание об отречении, изложенное в четвертой главе, необходимо как тем, кто на пути Карма Йоги, так и тем, кто на пути Санкхьи. Состояние отречения испытывают на обоих путях, пока интеллекту не станет понятно значение этого опыта, сомнения останутся и будут тормозить дальнейший прогресс.

И Карма Йога, и Санкхья начинаются на общей основе Трансцендентальной Медитации. Это ведет непосредственно к трансцендентальному Самосознанию, где даже самая утонченная область мысли была отвергнута и остается только высшее “Я” в Своем чистом состоянии Бытия (стих 2). Это состояние полного отречения, но достигается оно только во время медитации; оно не постоянно. Благодаря регулярной и продолжительной практике медитации, чередующейся с активностью — умственной активностью на пути Санкхьи и физической активностью на пути Карма Йоги, — трансцендентальное Самосознание развивается в космическое сознание, в котором человек ощущает высшее “Я” как обособленное от деятельности и переживает в своей повседневной жизни естественное отречение. Состояние отреченности стало постоянным. Это состояние космического сознания развивается дальше, так что разделен-ность высшего “Я” и деятельности, которая явила совершенное состояние отречения, растворяется в конечном Единстве сознания Бога. Состояние, в котором эта разделенность нашла свое разрешение, казалось бы, вне пределов отречения, но на самом деле это отречение в своем высшем совершенстве. Теперь не остается ничего, кроме чистой жизни. Четвертая глава показывает принцип отречения в каждом из этих состояний: трансцендентального сознания, космического сознания и сознания Бога.

Знание, данное в этой главе, обогатило учения о путях Санкхья и Карма Йоги, изложенные во второй и третьей главах. Оно безмолвно утвердило состояние отречения как общую основу, общую веху и общую цель на обоих путях. Пятая глава, используя знание, данное в четвертой главе, недвусмысленно ставит Санкхья и Карма Йогу вместе, представляя их как равно полезные, для того, чтобы привнести вечную свободу в средоточие каждой деятельности.

Она утверждает философию Йоги, или Божественного Единения, через отречение от действия. Можно бы ожидать, что это противоречит философии Йоги через действие, Карма Йоги. Но основная мысль Господа столь великолепна, что она не только не кажется противоречащей Карма Йоге, но преуспевает в том, чтобы свести воедино Карма Йогу и Санкхью. Она чудесно ставит обе на тот же уровень отречения, показывая, что принципы этих двух путей находятся в тесной близости, она использует и ту, и другую, чтобы одновременно развить новую философию Йоги: Йогу отречения.

Отречение как таковое — это просто состояние утраты. Йога отречения, таким образом, означает Йога утраты: Единение через утрату. Великолепие речи Господа именно в том, что утрата становится средством для совершенствования — отречение выступает вперед, чтобы спасти жизнь и даровать ей осуществление.

Без философии отречения философия действия всегда останется неполной, потому что отречение от действия прямо противоположно совершению действия. Так же, как разделенность противопоставлена Единению, так и отречение от действия противопоставлено Йоге действия. Пока эти две крайности, Единение и отречение не приняты во внимание, философия будет неполной.

Философия отречения — это не просто дополнение к философии действия и даже не существенная часть этой философии. Она действительно может считаться полной философией действия сама по себе. Философия отречения настолько полна, что, оставаясь строго в пределах отречения, без какой бы то ни было необходимости рассматривать область действия, она способна подтвердить философию действия. Вся философия Карма Йоги может быть объяснена через эту философию отречения, потому что основа Карма Йоги — трансцендентальное сознание. И поскольку путь к трансцендентальному сознанию лежит через уход ума из поля внешнего опыта, не имеет значения, рассматриваем ли мы процесс достижения трансцендентального сознания с точки зрения деятельности по направлению к Трансцендентному, или с точки зрения деятельности, выводящей из области внешнего опыта. Первое выражало бы принцип в терминах Карма Йоги, второе — в терминах отречения. Но не следует терять из виду, что отречение не предполагает никакой практики. Практический аспект философии отречения следует искать в техниках Санкхьи и Карма Йоги. Доктрина отречения не дает независимой практики, и поэтому отречение само по себе не путь; оно представляет собой теорию, основанную на практиках других путей.

Поскольку принцип действия был изложен в третьей главе, а знание об отречении — в главе четвертой, глава пятая теперь излагает сочетаемость обоих. Удивительно, что она делает это с точки зрения отречения, которое абстрактно, а не действия, которое конкретно. Соединяя две крайности действия и отречения, она объединяет два различных пути — Йоги и Санкхьи — и тем самым выражает полную философию целостной жизни. Она призывает каждого: “Приходи любым путем, и свобода будет твоей”.

Вот что делает “Бхагавад—Гиту” Священным Писанием Божественного Единения. Она с легкостью провозглашает и Йогу действия, и Йогу отречения от действия. Это совершенство речи, срывающейся с губ Йогиш-вары, Кришны, Владыки Йогов всех времен.

В данной главе гармонизируются и соединяются самые крайние противоречия. Она представляет состояние вечной свободы в божественном сознании на уровне действия, основанного на отречении. Более того, она утверждает необходимость достижения божественного сознания ради успешной деятельности в повседневной жизни, и в то же время подчеркивает потребность в деятельности, чтобы достичь божественного сознания. Приводя в гармонию материальный и духовный аспекты жизни, она открывает человеку путь и к успеху, и к спасению, независимо от возраста и образа жизни (домохозяина или отшельника). Она позволяет любому человеку прославить свой мир светом Божественного — а также придти к божественной свободе наиболее естественным образом через повседневную жизнедеятельность.

Неисчерпаемая мудрость содержится в двадцати девяти стихах этой главы. Она стоит как маяк не только для того, кто несчастен и смущен, но и для ищущих, и даже для тех, кто хорошо продвинулся по пути.

Стих 1

Арджуна сказал:

Ты восхваляешь, О Кришна, отречение от действия, и Йогу (действия) одновременно. Скажи мне окончательно, что есть лучшее из этих двух.

Вот доказательство того, что Господь сказал: “Даже мудрые озадачены” проблемой действия и бездействия. До сих пор всеми своими высказываниями Арджуна показал себя мудрым, великим провидцем, обладающим знанием дхармы2. Он не будет действовать, пока не будет уверен во всех скрытых значениях его действия.

Это третий вопрос3 в том же духе, который Арджуна задал о лучшем ходе действия, которому он мог бы следовать ради своего собственного блага и блага других. Эти повторные вопросы возникают из его искреннего желания узнать Истину; они под стать безупречному характеру и естественно вытекают из состояния того, кто ищет Истину4 и смиренно подчинил себя своему учителю5.

Если бы не эти вопросы Арджуны, великая мудрость этой главы и следующей осталась бы нераскрытой, а беседа Господа оказалась бы неполной. По этой причине все, кто ищет Истину, будут всегда в долгу перед Арджуной. Комментаторы, изобразившие его как сбитого с толку, упустили глубину его понимания. Арджуна задает глубокие вопросы снова и снова, потому что, будучи практическим человеком великого ума, он ничего не хочет принимать на веру. Он хочет, чтобы Господь изложил ему весь план в мельчайших подробностях, потому что знает, что любая, самая маленькая, ошибка с его стороны нанесет ущерб судьбам многих грядущих поколений.

Господь сказал: “Непостижим ход действия”6. Когда такова природа действия, в любом его изложении могут быть бесчисленные изъяны, может быть бесчисленное число взглядов на одну и ту же ситуацию. Вот почему, чтобы разрешить загадку действия на все времена, Господь сказал Арджуне: “Я растолкую тебе то действие, зная которое, ты будешь освобожден от зла”7. Затем Он изложил Арджуне ту вечную мудрость8, которая представляет собой разрешение всех проблем действия и поведения для всех людей любых возрастов.

Господь выступает в защиту действия с того уровня жизни, где ум утвердился в состоянии свободы. Это состояние может переживаться без трудностей, но описать его адекватно словами трудно. Поэтому-то Господь просил Арджуну “быть без трех гун”1. Тогда он действительно пришел бы к опыту состояния непривязанности, описанного для него учением Санкхьи2. Ученику можно указать путь, которым следует идти, но тяжело дать ему определенную картину того состояния, потому что оно лежит в области, которая выходит за пределы всякой речи.

Поскольку сама природа действия в свободе включает состояния действия, бездействия и отречения от действия одновременно, Господь в Своем объяснении вынужден иногда говорить с точки зрения действия, а иногда с точки зрения бездействия — иногда о Йоге действия, а иногда об отречении от действия. Именно потребность проявить эти противопоставленные утверждения породила этот вопрос Арджуны. Он не вытекает из какой-либо несостоятельности его понимания.

Непосредственную причину вопроса можно найти в двух выражениях в конце четвертой главы: “отрекся от действия, благодаря Йоге” (стих 41) и “обратись к Йоге” (стих 42). Первое представляет Йогу как средство для отречения, второе делает ударение на практике Йоги после получения знания об отречении. В одном утверждении Йога — это средство, а отречение — цель; в другом отречение — средство, а Йога — цель. Заметив это видимое противоречие, Арджуна поднимает вопрос, с которого начинается эта глава. Его вопрос вызвал поток великой мудрости Господа, и не только до сих пор являет суть учения Господа, но и дает дополнительный импульс предмету беседы Господа.

Стих 2

Благословенный Господь сказал:

И отречение, и Йога действия ведут к высшему благу. Но из двух Йога действия выше отречения от действия.

“Отречение от действия” (Саньяса) может быть интерпретирована четырьмя способами. Согласно первому и наиболее обычному пониманию человек отделяет себя от деятельности мирской жизни. Согласно второму—он обращается к практике Трансцендентальной Медитации', чтобы отказаться даже от самого утонченного состояния мысли и, таким образом, достичь Самосознания. Эта вся забота Саньясы — отречение от всего в поле относительности и отделенность от всех аспектов жизни, грубых и тонких. Согласно третьему, занимаясь деятельностью после достижения трансцендентального сознания, человек поднимается к космическому сознанию, в котором он испытывает высшее “Я” как полностью отделенное от деятельности. Так он приходит к состоянию жизни в совершенном отречении. В соответствии с четвертым, занимаясь деятельностью тончайшего свойства, преданностью, он поднимается до сознания Бога, где состояние отречения, испытанное в космическом сознании как отделенность высшего “Я” от деятельности, превращается в живую связь, чтобы объединить высшее “Я” и деятельность. Они сливаются в Единстве сознания Бога2.

“Йога действия” была определена в третьей главе3. Когда ум удалился из области действия и достиг состояния трансцендентального Самосознания, он снова возвращается в поле деятельности. Как только ум возвращается, Самосознание, влившееся в его природу, позволяет трансцендентальному Бытию стать согласованным с полем деятельности. Такое внесение Божественного в мир — цель Карма Йоги. Оно достигает зрелости в состоянии космического сознания, и находит свое осуществление в сознании Бога.

В состоянии космического сознания высшее “Я” осознается как отделенное от деятельности, и это делает отречение живой реальностью повседневной жизни, принося благословение вечном свободы. Таким образом, мы обнаруживаем, что Саньяса и Карма Йога существуют параллельно. Господь говорит: “из двух Йога действия выше Йоги отречения”, потому что процесс отречения — процесс утраты, а процесс Йоги, или Единения — процесс обретения; и обретение более приемлемо для ума, чем потеря, тем более, когда в процессе Единения, ум в каждый момент испытывает возрастающее очарование. Таким образом, ясно, что заниматься процессом обретения Божественного Единения для ума легче, чем заниматься процессом отречения от мира. Вот что делает Карма Йогу высшей по отношению к Саньясе. Более того, Карма Йога автоматически приводит к состоянию отречения. Когда ум устремляется к Трансцендентному, состоянию Божественного Единения, он автоматически отказывается от мира, одновременно вырабатывая состояние отречения. Рассмотренная с этой точки зрения, Карма Йога является причиной отречения. Это само по себе достаточная причина для Господа, чтобы сказать, что “Йога действия выше отречения от действия”, даже хотя обе они, протекая одновременно и параллельно, “ведут к высшему благу”.

Следующий стих рассматривает истинного саньяси, человека, утвердившегося в состоянии отречения.

Стих 3

Знай, что тот вечно человек отречения, кто не ведает ни ненависти, ни желания;

свободный от парных противоположностей, он легко освобождается от пут, О силънорукий.

В этом стихе Господь выявляет основные качества “человека отречения”, саньяси. Он свободен от желания, хотя и в то же время он ничего не отвергает; он принимает жизнь легко, так, она приходит, не создавая никаких напряжений. Его жизнь течет свободно, в гармонии с законами природы, управляемыми Космическим Законом'.

Такое беззаботное состояние жизни в свободе возможно только когда человек удовлетворен. А удовлетворенность возможна только когда ум утвердился в сознании-блаженстве, в состоянии трансцендентального Абсолюта, поскольку в относительном поле нет счастья столь значительного, чтобы оно могло окончательно удовлетворить жажду ума к наслаждению.

Обретя постоянное состояние трансцендентального сознания, человек освобожден от пут и живет жизнью в вечной свободе космического сознания. В этом состоянии он переживает вечное Бытие как полностью отделенное от поля деятельности. Это состояние совершенной отрешенности, или Саньяса, описанная Господом как свобода “от парных противоположностей”. Такая свобода преобладает в трансцендентальном сознании, космическом сознании и сознании Бога.

Слово “легко” очень значимо. Свободу от пут “легко” обрести, поднявшись над парными противоположностями к состоянию Бытия, поднявшись к тому состоянию Саньясы, тому состоянию разделенности, которое естественно существует между Бытием и деятельностью. Состояние свободы от пут может быть достигнуто и через мудрость Санкхьи, и через практику Йоги, как показано в следующем стихе.

Стих 4

Невежественные, а не мудрые говорят о пути знания (Санкхья) и пути действия (Йога) как о различных. Тот, кто должным образом утвердился хотя бы на одном, получает плоды обоих.

Учение Санкхьи обнаруживает разделенность, которая существует между нетленным и тленным аспектами жизни, между Бытием и деятельностью. Практика Йоги, привнося Бытие в непосредственный опыт, также обнаруживает разделенность Бытия и деятельности. Вот каким образом Санкхья и Йога ведут к свободе от пут.

Фраза “должным образом утвердился” важна для правильного понимания учения этого стиха. Чтобы быть “должным образом утвердившимся” в учении Санкхьи или Йоги, и понимание, и опыт жизненно важны. И Санкхья, и Йога — каждая самодостаточна, чтобы принести освобождение. Поэтому не важно, одной или другой придать первостепенное значение.

“Мудрые” — те, кто поднялся до состояния свободы. Они не видят разницы между Санкхьей и Йогой не только потому, что обе ведут к той же цели, но и потому, что основная черта обеих — одна и та же практика Трансцендентальной Медитации. Единственное различие в том, что на пути Карма Йоги Трансцендентальная Медитация перемежается с деятельностью на уровне чувств, а на пути Санкхьи — с умственной деятельностью. Если бы не это маленькое различие, Санкхья и Йога — одно и то же. Вот почему мудрые не считают их разными'.

Этот стих и следующие представляют всю цель пятой главы, которая заключается в том, чтобы поместить Йогу и Санкхью на то же основание, когда речь идет об их результатах.

Стих 5

Состояние, достигаемое людьми на пути знания, достигается также теми, кто на пути действия. Тот, кто видит, что Санкхья и Йога — одно, поистине, тот видит.

Это стих, который обещает освобождение для обоих образов жизни — и домохозяина, и отшельника. Он утверждает основное единство Санкхьи и Йоги. Вечное освобождение — их общая цель, и видящий Истину видит, что это так.

Очевидно, что путь Санкхьи не применим для жизни домохозяина, а путь Карма Йоги приемлем. Но Господь Кришна говорит здесь, что разница между двумя путями исчезает, когда достигнута цель. Только неразвитый интеллект сосредотачивается на различиях между ними. Мудрый человек обращается к тому, либо к другому и достигает цели. Он не тратит свое время и энергию на внимательное исследование отличии.

Стих показывает, что Санкхья и Йога призваны давать удовлетворение разным типам людей. Но что касается их цели, они одно и то же.

Это понимание вопроса находит дальнейшее подтверждение в стихах 24 и 25, описывающими достижение вечной свободы через Йогу и Сан-кхью соответственно, и в стихе 21, который говорит о достижении безмерного счастья обоими путями.

Более того, изучая детали пути знания и пути действия, человек находит, что даже сами пути в основном одно и то же. Единый процесс Трансцендентальной Медитации приносит осуществление им обоим1. Вот почему “тот, кто видит, что Санкхья и Йога — одно, поистине, тот видит”.

Два пути начинаются и развиваются на общей основе Трансцендентальной Медитации, и по мере того, как они продвигаются, оба дают начало тому же опыту отречения в космическом сознании. Но, достигнув общей вехи в этом непосредственном познании отделенности Бытия от деятельности, они все еще не достигли своей конечной цели. Для полного осуществления они должны продвинуться дальше, чтобы слиться в единой цели, в великом Единстве в сознании Бога.

Пятая глава сосредотачивается в основном на опыте отречения, общем для обоих путей, глава шестая даст подробное описание общей для них практики Трансцендентальной Медитации и главы с седьмой по двенадцатую раскроют природу их конечной цели — сознания Бога — равно как и путь к нему.

Стих 6

Отречения в самом деле трудно достичь без Йоги, О сильнорукий.

Мудрец, сосредоточенный на Йоге,

приходит к Брахману без долгого промедления.

Этот стих вполне разъясняет, что состояния отречения “в самом деле трудно достичь,” что отделенность Бытия от деятельности трудно постичь, пока ум не утвердился прочно в Бытии.

Здесь слово “Йога” не означает ни Карма Йоги, ни практики достижения трансцендентального сознания'; оно означает само состояние Единения, трансцендентальное сознание.

Состояние Брахмана, которое является полнотой относительного и Абсолютного вместе взятых, лучше всего воспринимается на уровне Единения, ставшего постоянным, трансцендентального сознания, ставшего постоянным. Это состояние космического сознания дает опыт Саньясы, обособленности высшего “Я” от деятельности; разделенность относительного и Абсолютного здесь становится живой реальностью.

Господь ссылается на этот процесс становления постоянного Единения, когда Он говорит: “без долгого промедления”. Это потому, что состояние Единения, или трансцендентальное сознание, будучи блаженствующим по своей природе, заманчиво для ума. Ум приходит к нему, привлекаемый своей собственной природой, которая всегда хочет наслаждаться больше. Таким образом, достижение Единения становится легким, при отсутствии сопротивления2.

Естественный процесс достижения этого состояния нужно только чередовать с естественной деятельностью повседневной жизни, чтобы привести его к постоянству. Так, ясно, что весь процесс — естественен; вот почему он не занимает много времени.

Человек, достигший космического сознания, всегда утвержден в высшем “Я”, даже в то время, когда занят деятельностью. Это состояние сознания — зрелое состояние Саньясы, состояние полной непривязанности высшего “Я” к деятельности даже в то время, когда деятельность продолжается в относительной области жизни. Такая полная непривязанность невозможна, пока ум не утвердится в вечной удовлетворенности. Постоянная практика достижения Йоги, или Единения с божественным сознанием, приводит ум к состоянию, которое дает вечную удовлетворенность, тем самым утверждая естественное состояние Саньясы, или отречения.

По мере роста в направлении космического сознания, удовлетворенность растет; и с ростом внутренней удовлетворенности восприятие разделенности Бытия и деятельности возрастает, пока ум не укоренится и природе Бытия. Этим он достиг космического сознания. Показывая трудность достижения отречения без Йоги, Господь указывает, что просто подняться к состоянию, где Йога и Саньяса станут повседневной привычкой жизни.

Этот стих поет славу Единению. Оно — основа подлинного отречения и дает начало состоянию Брахмана в повседневной жизни человека.

Следующий стих показывает, как посредством этого Единения человек поднимается над сковывающим влиянием действия и живет жизнью вечной свободы.

Стих 7

Сосредоточенный на Йоге, чистый духом, тот, кто полностью овладел собой и обуздал чувства, чье “я” стало высшим “Я” всех существ, тот не вовлечен, даже когда он действует.

Здесь, как и в предыдущем стихе, слово Йога не означает ни Карма Йоги, ни практики трансценденции; оно употреблено в смысле Единства ума с Бытием.

“Сосредоточенный на Йоге”: тот, кто никогда не находится вне высшего “Я”, бодрствует ли он, видит ли сны, или в состоянии глубокого сна. Такой человек утвердился в себе, и никакой опыт относительности не способен затемнить его статус абсолютного Бытия.

“Чистый духом”: тот, кто достиг состояния Бытия, абсолютного сознания, которое всегда тождественно себе в вечной чистоте, и кто утвердил это состояние в самой природе своего ума. Действие — это пелена, скрывающая эту сущностную природу высшего “Я”. Медитация — это процесс погружения сквозь все тонкие уровни деятельности; выйдя за тончайший уровень, ум достигает состояния чистого Бытия. Когда ум, будучи Тем, возвращается в область деятельности, говорят, что высшее “Я” сияет в Своей чистоте. Когда, благодаря постоянной практике, достигнуто полное объединение высшего “Я” с умом, чистый статус Бытия, достигнутый умом, никоим образом не затемняется, даже хотя ум занимается деятельностью в относительном поле. Это состояние космического сознания, в котором высшее “Я” полностью отделило Себя от области деятельности. В этом состоянии, где абсолютное Бытие и относительный мир деятельности переживаются одновременно, говорят, что “я” навсегда свободно от всякой скверны; оно достигло абсолютной чистоты.

“Тот, кто полностью овладел собой”. “Я” имеет два оттенка значения — низшее “я” и высшее “Я”. Низшее “я” — это тот аспект личности, который имеет дело только с относительным аспектом существования. Оно включает в себя ум, который мыслит, интеллект, который принимает решения, и “эго”, которое ощущает. Это низшее “я” функционирует только в относительных состояниях существования: бодрствовании, сновидениях и глубоком сне. Оставаясь всегда в пределах поля относительности, оно не имеет возможности испытать истинную свободу абсолютного Бытия. Вот почему оно находится в сфере зависимости. Высшее “Я” — это тот аспект личности, который никогда не изменяется, абсолютное Бытие — самая основа всего поля относительности, включая низшее “я”.

Человек, который хочет овладеть собой, должен сначала подчинить низшее “я” и затем свое высшее “Я”. Овладение низшим “я” означает выведение ума (ума, интеллекта, эго) из грубых областей существования во все более тонкие области, пока не выйдет за пределы тончайшего уровня относительного существования и не достигнет в божественном сознании трансцендентального абсолютного непроявленного Бытия. Это лишает низшее “я” его индивидуальности, связанной временем, пространством и причинностью, и освобождает его в состоянии универсального существования.

Когда высшее “Я” подчинило себе низшее “я” и таким образом высшее “Я” приняло его всецело, тогда они становятся одним. И тогда развивается состояние, в котором каждое из них обнаруживается в рамках другого в полном согласии существования. Когда божественное сознание трансцендентального абсолютного Бытия находится в сосуществовании с умом в относительном существовании, в поле времени, пространства и причинности, тогда можно говорить о том, что овладение высшим “Я” свершилось. Абсолютное оказалось как бы выведенным из трансцендентального поля существования, чтобы обслуживать и поддерживать поле относительности. Вечно неизменное привнесено и среду жизни вечно изменяющегося. Относительные состояния существования — бодрствование, сновидения и глубокий сон — проникнуты абсолютным состоянием Бытия. Поле зависимости проникнуто вечной свободой, Единство божественной природы переживается в сложности многообразного творения. Это дает человеку возможность жить жизнью вечной свободы в мире преходящего существования. Так господин высшего “Я”, наслаждаясь всем полем относительности, живет жизнью абсолютного Бытия в божественном сознании.

Интересно исследовать, как процесс Трансцендентальной Медитации добивается овладения и низшим “я”, и высшим “Я”. Ход медитации, направленный внутрь, ведет человека к состоянию, в котором ум, освобожденный от индивидуальности, подчиняет себя высшему “Я”. Это владение низшим “я”. Направленный вовне ход медитации выявляет ум, проникнутый Бытием. В результате постоянной практики ум переживает тогда состояние абсолютного Бытия во всех областях относительной жизни. Это владение высшим “Я”.

Таким образом, владение низшим “я” и высшим “Я” достигается посредством направленного внутрь и вовне хода единой техники Трансцендентальной Медитации.

“Обуздал чувства”: имеет власть над ними. На самом деле чувства всегда под контролем "ума. Всякий знает, что глаза увидят, только если и только когда человек захочет увидеть. Если он не хочет видеть, он не будет, даже с открытыми глазами. Поэтому кажется, что победа над чувствами не имеет очевидного смысла. Внутренний смысл этого выражения в том, что, когда Бытие впервые начинает вливаться в природу ума, ум становится как бы опьяненным чувством самодостаточности. Когда ум в этом состоянии действует через чувства, он ведет себя довольно-таки беззаботно, и можно подумать, что это сродни безразличию.

В более развитом состоянии просветления это особое чувство безразличия уменьшается и поведение ума становится естественным. Активность во внешней сфере жизни приходит в гармонию с естественным состоянием внутренней тишины. Деятельность продолжается как результат координации между умом и органами действия. В то же время координация между умом и органами восприятия позволяет чувствам запоминать ощущения. С проникновением Бытия в ум органы восприятия, занятые процессом восприятия, не отмечают глубоких впечатлений опыта. Впечатлений, которые они получают, вполне достаточно, чтобы позволить им испытывать ощущения, но они недостаточно глубоки, чтобы образовать семя будущих желаний. Это происходит все более и более эффективно по мере того, как ум все более устанавливается в Бытии. Такова, следовательно, внутренняя механика овладения чувствами.

Настоящее завоевание — где враг перестает быть врагом; его оставляют свободным действовать, как он хочет, но не в атакующей позиции или приносящей какой-либо вред. Завоевание чувств достигается полностью через овладение высшим “Я”, так что чувствам оставляют свободу функционировать и, несмотря на все ощущения относительного поля, жизнь прочно утверждается в вечной свободе божественного сознания.

Раз высшее “Я” ощущается как отделенное от чувств и их деятельности в состоянии космического сознания, человек, с одной стороны, видит внутри себя состояние безграничного Бытия, а с другой стороны — вовлеченность в мир форм и явлений. Он видит, что каждое живое существо поддерживается тем Бытием, которое есть его собственное высшее “Я”.

Таким образом, он естественно ощущает свое высшее “Я” как “высшее “Я” всех существ”, и в этом состоянии он “не вовлечен, даже когда он действует”.

Эта невовлеченность может быть понята с другой точки зрения. Свет лампы невидим при свете Солнца. Великолепие капли не воздействует на великолепие океана. Радость действия не оставляет устойчивого впечатления в блаженстве космического сознания. Поэтому, как только человек утвердился в этом состоянии, он естественно наслаждается столь великой полнотой Бытия, что он никогда не ощущает, что он вне Его. Для него действие не влечет за собой выхода из высшего “Я”; поистине нет никакой возможности, что он это сделает. Вот почему Господь говорит, что “он не вовлечен, даже когда он действует”. Он прочно укрепился в космическом существовании, которое, хотя и является основой всякого действия, не активно. Для него все как бы происходит само собой. Это состояние описано в двух следующих стихах.

Стихи 8 и 9

Тот, кто в Единении с Божественным и кто знает Истину, будет утверждать: “Я не действую вовсе”. Когда он видит, слышит, осязает, обоняет, ест, гуляет, спит, дышит, говорит, отпускает, берет, и даже когда открывает и закрывает глаза, он просто считает, что это чувства взаимодействуют с объектами чувств.

“Тот, кто в Единении с Божественным”: божественная природа полностью отделена от поля деятельности. Когда это осознано, высшее “Я” ощущается им как не зависимое от деятельности. Тогда учение этого стиха становится живой реальностью повседневной жизни.

“Тот ... кто знает Истину” — тот, кто знает, что жизнь имеет два аспекта, относительный и абсолютный, и что поле относительной жизни управляется тремя Гунами'. Он знает благодаря пониманию и опыту, что высшее “Я” отделено от области действия. Это основное знание о высшем “Я” и о природе деятельности создает положение в уме, когда реализовавшийся человек автоматически утверждается в истине выражения “Я не действую вовсе”. Дело не в том, что он искусственно придерживается этой мысли, но в том, что сама структура его ума основана на этой естественной непривязанности. Он живет этим состоянием. Для него непривязанность — это живая реальность в повседневной жизни. Он действует и испытывает ощущения, используя свои чувства, но внутри себя он упрочен в Бытии. Он живет полнотой Бытия, в то же время будучи полностью занят в области чувств. Он живет двояко: стабильность неизменного Бытия составляет внутреннее ядро его жизни, а на периферии находится деятельность на сенсорном уровне — чувства заняты ощущением их объектов2. Вот что имеет в виду Господь, когда Он говорит: “чувства взаимодействуют с объектами чувств”.

Эти два стиха развивают идею, выраженную в предыдущем. Когда, благодаря практике Трансцендентальной Медитации, космическое сознание было достигнуто, индивидуальное эго расширилось до космического статуса, ум

Наши рекомендации