Князь тверской и потом великий князь владимирский

сын Ярослава III Ярославича, князя тверского и великого князя владимирского, от второго бракас Ксенией Юрьевной (Георгиевной), княжной тарусской (см. 113), причтенной православною церковью к лику святых.

Родился в г. Твери уже по смерти отца осенью 1272 г.; заложил в Твери, на месте Космодемьянской церкви, нынешний Cnaco-Преображенский собор, в 1285 г., а совершенно отстроил и освятил его в 1290 г.; воевал с великим князем Андреем Александровичем (см. 19) и принудил его заключить мирный договор в Кашине в 1292 г.;

ездил в Орду и одними приготовлениями к сильному отпору спас Тверь от нашествия татар Дюденевых в 1293 г.; посредничеством своим прекратил усобицу сыновей Невского, Дмитрия и Андрея, в 1294 г.; защитил Переславль от покушений Андреевых и укрепился договором с новгородцами в 1295 г.; срубил «город» (укрепление). в Зубцове в 1297 г.; чуть не погиб с княгиней своей в пожаре тверского дворца, а потом был отчаянно болен в 1298 г.; присутствовал на дмитровском съезде князей, но «не докончал» (не умирился) ни с Переславлем, ни с Москвой, в 1301 г.; явился миротворцем на переславльском съезде князей в 1303 г.; по смерти великого князя Андрея поехал в Орду судиться с племянником, князем Юрием Даниловичем московским, и в его отсутствие наместники тверские выгнаны из Новгорода, а рать тверская разбита под Переславлем-Залесским в 1304 г.; возвратившись из Орды с ярлыком на великокняжение, приступал безуспешно к Москве! Юриевой в 1305 г.;

сел на стол новгородский 6 июля, но отбит! из-под Москвы Юриевой 25 августа 1308 г.; занял войском хлебный Торжок и тем смирил бушевавший Новгород в 1312 г.; с 500 гривен, уплаченными новгородцами, отправился в Орду вместе с св. Петром, митрополитом московским, в 1313 г.; возвратившись из Орды, разбил новгородцев 10 февраля под Торжком, но при! вторичном наступлении к Новгороду едва не погиб со всей ратью в дремучих лесах новгородских в 1316 г.; отвергнул мирные предложения новгородцев и воевал с Москвой в 1317 г.; разбив на голову рать московскую у Бортнова (в 40 верстах от г. Твери), захватил тут в плен между прочими жену Юриеву, Кончаку, сестру ордынского хана Узбека, 22 декабря 1318 г.; вытребованный Узбеком к ответу по подозрениям в отравлении скоропостижно умершей Кончаки (см. 5), поехал в Орду 5 августа и там по приговору! вельмож ханских замучен 22 ноября 1319 г.

Тело его, привезенное из Орды, положено первоначально в московской церкви Спаса на Бору, потом погребено в тверском Спасо-Преображенеком coборе 6 сентября 1320 г., здесь найдено нетленным в 1655 г. и здесь же находится мощами под изваянной сенью в раке, обложенной серебром, с 1747 г.

Святой князь Михаил тверской был женат княжне Анне Дмитриевне ростовской, также признанной святок (см. 28), от брака с которой имел четырех сыновей, в том числе Дмитрия (см. 73), Александра (см. 10), впоследствии велики князей, и дочь.

http://www.bibliotekar.ru/hmyrov/index.htm

Великая княгиня “всея Руси”

«Мало кому известно в Россииимя великой княгини Владимирской и Тверской Ксении Юрьевны, или, как ее именовали летописцы, княгини Оксиньи.Скудный материал летописей, принижение роли и значения Твери в истории России, начиная с XVI в. и до сегодняшнего дня, привели к тому, что российскому читателю не известны имена не только женщин Тверского княжеского двора, но и великого князя Михаила Ярославича Тверского и его потомков.

А между тем великая княгиня Ксения пользовалась высоким авторитетом среди современников, о чем сообщают летописные и литературные источники1. Так, например, в 1304 г. сам митрополит Максим (ум. 1305 г.), по свидетельству автора Жития Михаила Тверского2, ссылался на мнение княгини Ксении, когда пытался примирить московского князя Юрия Даниловича с князем Михаилом. Удерживая князя Юрия от незаконных притязаний на велико-княжеский престол, митрополит обещал ему “съ великою княгинею Оксинiею, матерiю великого князя Михаила, чего въсхочешь изъ отчины вашея, то ти дастъ”3.

Социальное происхождение княгини Ксении неизвестно. Большинство историков считают ее дочерью какого-то новгородского боярина, так истолковывая сообщения летописцев о женитьбе в 1265 г. в Новгороде великого князя Ярослава: “поя за ся Юрьеву дщерь Михайловичя”4. По другой версии - Ксения дочь князя Юрия Михайловича Тарусского, внучка князя Михаила Черниговского. Происхождение двух версий связано, вероятно, с исследованием Н.М. Карамзина, который в “Истории государства Российского”5 указал, что среди тех, кто мог быть отцом невесты, в тот период был один только князь с именем Юрий Михайлович - это князь Тарусский. Однако здесь же историк отметил, что в летописной статье нет титула “князь”.

Далее Карамзин привел “баснословное” предание о браке князя Ярослава Ярославича и Ксении, первоисточником которого считается литературное произведение второй половины XVII столетия6. Согласно легенде, Ксения, подобно великой княгине Ольге, отличаясь красотой и умом, была не знатного рода, а дочерью пономаря Афанасия из села Едимоново. Несомненно, в этой повести наивная попытка оправдать выбор великого князя Божественным предназначением жениха и невесты, о чем свидетельствует таинственный сон Ярослава и Ксении накануне их встречи. По мнению Т. Манухиной, автора книги “Святая благоверная княгиня Анна Кашинская”, в основе “Повести о Тверском Отроче монастыре” лежат отголоски событий свадьбы тверского князя, которая показалась современникам необычной и породила толки: “Что-то об этом брачном союзе в народной памяти сохранилось загадочное: не то Ярослав Ярославич отбил в Новгороде чужую невесту, не то самый выбор боярской дочери-новгородки не соответствовал представлению тверитян XIII века о браке великого князя Владимирского и Тверского, старшего из всех Рюриковичей” 7.

Предполагая, что Ксения родом из Новгорода, древнейшего центра русской культуры, можно с уверенностью сказать, что она была высокообразованным для своего времени человеком. Сведения новгородских берестяных грамот и других документов говорят не только о высокой грамотности и культуре женщин привилегированного сословия Новгорода, но и о решении ими своей личной судьбы. О степени образования княгини Ксении можно судить косвенно на основании ее деятельности и результатов воспитания князя Михаила, который родился зимой 1271/72 г. после смерти отца8.

Ксения нарекла сына именем Михаил, несмотря на то, что у тверского князя от первого брака был сын с таким именем. Михаил в переводе с древнееврейского означает “кто как Бог”, а князь, как известно, согласно церковной иерархии - наместник Бога на земле. В небесные покровители будущему князю-воину был выбран архангел Михаил, вождь небесного воинства, ставший на Руси символом воинской мощи. Архангел Михаил был небесным покровителем Киева. Как пишет Н.С. Борисов, “значение культа Михаила архангела, победителя сатаны, спасителя праведных, возросло в эпоху усобиц и иноплеменного “томления”. По преданию, Михаил с огненным мечом в руках остановил полчища Батыя, направлявшиеся к Новгороду”9. И кто знает, не мечтала ли великая княгиня, новгородка по крови, о том, что именно ее сын объединит русичей.

Имя князя Михаила после известия о его рождении появилось на страницах летописей в 1285 г., когда в Твери на месте церкви “Козмы и Демьяна” был заложен первый в Северо-Восточной Руси после монгольского нашествия каменный храм во имя Святого Спаса. Участниками события летописцы назвали: князя Михаила Ярославича, его мать Ксению и епископа Симеона10. 1285 год - рубежный для тверского князя: год его совершеннолетия, а значит, и времени вступления на княжеский престол. Видимо, к этому событию и было приурочено строительство храма в Твери, возвестившее об экономической мощи Тверского княжества, с одной стороны, а названием храма, перекликавшимся с главным собором Переяславля, - к появлению на политической арене нового князя - Михаила Ярославича Тверского.

Окончание строительства и освящение Спасо-Преображенского собора в 1290 г., женитьба Михаила в 1294 г., обряд “пострига волос” первенца князя в 1302 г. в день тезоименитства тверского князя - 8 ноября, все это лишний раз подчеркивало имя Михаила Ярославича. Кроме того, всех, кто прибывал в Тверь, на берегу Волги встречала церковь архангела Михаила, построенная тверским тысяцким Михаилом Шетеном в честь своего да и княжеского патрона на рубеже XIII - XIV вв.11.

В первые годы правления князь Михаил Ярославич зарекомендовал себя как смелый и решительный защитник Отечества, принявший боевое крещение в августе 1285 г. в совместных действиях тверских, московских, волоколамских, новоторжских, дмитровских, зубцовских и ржевских отрядов против литовских войск, вторгшихся в волость тверского епископа. Ксения могла гордиться сыном: Михаил с честью выдержал выпавшее на его долю испытание, воистину став князем-воином. Кроме того, без поддержки великого князя Дмитрия Александровича он, по сути, возглавил объединенное войско русичей против неприятеля и вышел победителем. Последствия политики Тверского княжеского дома и противодействие Твери великому князю сказались уже в 1293 г. во время нашествия Дюденя, когда русичи стали стекаться в Тверь искать защиты от монголов. Тверь, по словам Борисова, стала общерусским центром сопротивления “Дюденевой рати”12.

В 1294 г. великая княгиня Ксения женила Михаила Ярославича на дочери ростовского князя Дмитрия Борисовича, княжне Анне. Конечно, брак был династическим: он должен был примирить Тверское княжество с воинственным соседом. Но не будем забывать и о личных достоинствах княжны Анны (в семье ростовского князя было три или четыре дочери), которыми она, несомненно, обладала и на которые обратила внимание княгиня Ксения при выборе жены для своего сына, будущего великого князя, ибо, как пишет А.В. Чернышов: “Высокий престиж княжеского рода во многом определялся репутацией его женской половины”13.

Вероятно, после свадьбы Михаила Ярославича, свидетельствующей о зрелости князя, или в 1305 г., когда Михаил вступил на Владимирский стол14, Ксения ушла в монастырь, приняв в постриге имя Мария. Но, как видно из летописей, от дел она не устранилась. И хотя нет прямых доказательств, Т. Манухина, анализируя взаимоотношения княгини Ксении и Михаила Ярославича, считает, что “в 1305 г., после смерти митрополита Максима, мать и сын сообща стоят за кандидатуру в митрополиты всей Руси своего тверского ставленника - Геронтия”15. Историки по-разному оценивают поступок князя Михаила Тверского: одни считают попытку выставить собственного кандидата на митрополичью кафедру политической дерзостью великого князя, другие - героической смелостью. По мнению Е.Е. Голубинского, бесспорно одно: “Мысль обратиться к содействию митрополитов в государственной борьбе принадлежала собственно Твери”16.

Как считает Т. Манухина, Ксения передала сыну “и чисто новгородскую черту - склонность хранить и защищать свои законные права, убежденность в том, что законное право неотъемлемо”17. И Михаил был верен этому принципу: не посягая на чужое, он свято защищал свое Отечество. Однако при монголах никакого “права” у князей уже не было. Вспомним слова В.О. Ключевского: “На стороне тверских князей были право старшинства и личные доблести, средства юридические и нравственные; на стороне московских были деньги и умение пользоваться обстоятельствами, средства материальные и практические, а тогда Русь переживала время, когда последние средства были действительнее первых”18.

Оклеветанный великим князем Юрием Московским, князь Михаил Ярославич Тверской сложил свою голову в Орде 22 ноября 1318 г. У него был выбор: спасти свою жизнь бегством ценой гибели подданных и разорением княжества или погибнуть самому и тем самым спасти свое Отечество. Он выбрал последнее. И этот подвиг отечестволюбия зафиксировали летописцы, так передавая слова тверского князя, записанные автором его Жития: “видите, чада моя, яко не требуеть васъ царь дhтей моихъ, ни иного котораго, развiе мене, но моея главы хощеть: аще бо азъ гдh уклонюся, то вотчина моя вся въ полону будеть и множество христiянъ избiени будуть; аще ли послh того умрети же ми есть, то лучши ми есть нынh положити душю свою за многыя душа”19.

Высокий патриотизм князя Михаила Тверского, без сомнения, был взращен его духовными наставниками, среди которых видное место занимает его мать - княгиня Ксения. Автор Жития св. Михаила Тверского назвал княгиню “премудрой”, “блаженной”, “преподобной” и подчеркнул ее участие в воспитании сына “в страхе Господнем” и обучении “святым книгам и всякой премудрости”. А то, что Михаил Ярославич был обучен грамоте, видно из повествования о последних днях его жизни, когда он в Орде неоднократно читал Псалтырь20.

Скорее всего, в доме тверского князя была своя личная библиотека. Сам факт, что в Твери знали Хронику Георгия Амартола, тверской список которой был составлен на рубеже XIII - XIV вв., говорит о высокой степени образованности членов княжеского дома. Возможно, заказчиком списка была сама княгиня Ксения, хорошо понимавшая необходимость продолжения культурных традиций Византии и Киевской Руси в период объединения русских земель. Недаром в выходной миниатюре Хроники мы видим главных действующих лиц Тверского княжеского дома - князя Михаила и княгиню Ксению, предстоящих перед Спасом на фоне Тверского кремля. Тверь в сознании русичей должна была занять место Киева - символа былого могущества Руси. Поэтому в Твери уже в этот период было положено начало тверскому летописанию, у истоков которого стояли еп. Симеон и княгиня Ксения.

Роль великой княгини Ксении в упрочении Тверского княжества еще не оценена историками, которые, тем не менее, признают, что в период малолетства князя Михаила на тверскую политику кроме бояр “могли оказывать влияние также и епископ Симеон и княгиня Оксинья”21. Кроме того, стараниями Ксении и владыки Симеона в Твери был погребен великий князь Владимирский и Тверской - Ярослав Ярославич (в схиме - Афанасий). При жизни Ксении в городе были построены два Афанасьевских монастыря, свидетельствующих о почитании памяти князя в Твери. С точки зрения В.А. Кучкина, в конце 1305 г. или начале 1306 г. в Твери был создан самый ранний агиографический памятник - Житие княжны Софьи, дочери княгини Ксении и князя Ярослава22.

Почитание княгини в Твери началось, вероятно, сразу после ее смерти в 1312 г. или непосредственно после гибели князя Михаила Ярославича в 1318 г. Образ княгини Ксении писали иконописцы на иконах и фресках не только в тверских соборах, но и, например, в храме Христа Спасителя в Москве. Ей посвящены стихиры в службе Михаилу Ярославичу: “Ливанскую ли гору наречемъ тя, богомудрая Ксенiя, или Fисонскую рhку, добрhиши сапфира и камене честнаго Михаила рождшую, имъ же просвhтися русская страна, и молишися о насъ ко Господу”23. В феврале 2003 г. иноком Валаамского подворья написан новый образ преподобной Ксении Тверской. В настоящее время московская журналистка А. Прутцкова работает над житием и службой святой благоверной княгине Ксении. В Тарусе готовится проект постройки часовни в память великой княгини Ксении Юрьевны. В Твери память незаслуженно забытой на Руси великой княгини Владимирской и Тверской Ксении отмечается 24 января (ст. ст.) в день ее тезоименитства.

Галина Гадалова

________________

1 Конявская Е.Л. Великая княгиня Ксения: свидетельства и интерпретации XIV-XV вв. // Честному и грозному Ивану Василевичу: К 70-летию Ивана Васильевича Лёвочкина: Сб. ст. М., 2004. С. 30 - 34.

2 См.: Кучкин В.А. Повести о Михаиле Тверском. М., 1974.

3 ПСРЛ. СПб., 1851. Т. 5. С. 207 (6827 г.).

4 ПСРЛ. СПб., 1913. Т. 18. С. 72 (6772 г.).

5 Карамзин Н.М. История государства Российского. СПб., 1817. Т. 4. С. 90 - 91, 335.

6 Семячко С.А. Повесть о Тверском Отроче монастыре. Спб., 1994.

7 Манухина Т. Святая благоверная княгиня Анна Кашинская. Париж, 1954. С. 56 - 57.

8 ПСРЛ. Т. 18. С. 74 (6779 г.).

9 Борисов Н.С. Русская Церковь в политической борьбе XIV - XV веков. М., 1986. С. 62.

10 ПСРЛ. Т. 18. С. 81 (6793 г.).

11 Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточной Руси. М., 1962. Т. 2. С. 145.

12 Борисов Н.С. Русская Церковь в политической борьбе XIV - XV веков. С. 40.

13 Чернышов А.В. Очерки по истории Тверского княжества XIII - XV вв. Тверь, 1996. С. 221 - 222.

14 Конявская Е.Л. Великая княгиня Ксения: свидетельства и интерпретации XIV - XV вв. С. 30 - 34.

15 Манухина Т. Святая благоверная княгиня Анна Кашинская. С. 59.

16 Голубинский Е.Е. История Русской Церкви. М., 1900. Т. 2, ч. 1. С. 101.

17 Манухина Т. Святая благоверная княгиня Анна Кашинская. С. 59.

18 Ключевский В.О. Русская история. М., 1993. Кн. 1. С. 343 - 344.

19 ПСРЛ. Т. 5. С. 210 (6827 г.).

20 Там же. С. 211, 213 (6827 г.).

21 Клюг Э. Княжество Тверское (1247 - 1485 гг.). Тверь, 1994. С. 92, прим. 118.

22 Кучкин В.А. Когда было написано Житие Софьи Ярославны Тверской ? // Мир житий: Сб. М., 2002. С. 114.

23 См.: Димитрий (Самбикин Д.И.), архиеп. Тверский патерик: Краткие сведения о тверских местночтимых святых. Казань, 1907. С. 21.

http://www.tveved.nm.ru/05-7/history.htm

Нашел на форуме: «Наткнулась сегодня на статью Галины Сергеевны Гадаловой в "Тверских ведомостях" аж двухлетней давности (http://tveved.nm.ru/05-7/book2.htm).
Порадовалась, что предложение из статьи "В настоящее время московская журналистка А. Прутцкова работает над житием и службой святой благоверной княгине Ксении" уже можно заменить на "В настоящее время написаны житие, акафист и служба святой благоверной княгине Ксении"».

Г. С. Гадалова пишет:

«…Авторы текстов — мы с мужем. Автор иконы (на самом деле, это часть иконы «Собор святых Ксений» (преподобная Ксения, благоверная княгиня Ксения, блаженная Ксения Петербургская, новомученицы Ксения Радунь и Ксения Черлина-Браиловская)) — иконописец Валентина, бывшая прихожанка московского подворья Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, а ныне инокиня…»

http://pruttskova.livejournal.com/52484.html?mode=reply

Примечание составителя: Икона «Собор святых Ксений» в сети на сайтах еще не выложена.

Князь тверской и потом великий князь владимирский - student2.ru

Святые Ксения Тверская и Великий князь Михаил Тверской

Князь тверской и потом великий князь владимирский - student2.ru

Князь тверской и потом великий князь владимирский - student2.ru

№ 6. Святая старица Ксения Красавина

Газета Золотое кольцо. Дата: 28.08.2003 Автор: Николай СМИРНОВ.

«На могиле старицы

Князь тверской и потом великий князь владимирский - student2.ru За минувшие полвека многие села и деревни исчезли с лица Земли, затянулись заброшенные кладбища, не найти там теперь могил наших прадедов, а вот место последнего упокоения мышкинской старицы Ксении Красавиной в селе Архангельском всегда ухожено. Кто ухаживает? Так точно мы и не узнали. В этом есть что-то таинственное. Сюда тропинка не зарастает. То прихожане из Мышкина на автобусе приедут. То какой-нибудь старичок из Питера прямо на могилке, дожидаясь некоузского поезда, заночует. На вопрос: почему он здесь? - кратко ответит, что старице он обязан всей своей судьбой.
Подробно о долгой жизни Ксении Красавиной, или Аксиньюшки, как ее попросту называли местные жители, уже рассказывало «ЗК». Напомним, что к ней за советом в трудные послереволюционные годы шли крестьяне не только из родного, Мышкинского, но и из соседних районов. Приезжали сюда и из Тверской губернии. В рассказах местных жителей документально зафиксировано, кому какие она давала советы. Например, не советовала уезжать в Ленинград, предрекая, что там скоро по небу полетят железные птицы, то есть начнется война. Исцеляла, девушкам предрекала суженого, вдовью участь или безбрачие: «Твой-то женишок завалился за мешок!» Подсказывала, какую скотину завести в хозяйстве, чтобы пережить голод.
Ее арестовали. Держали в Рыбинске в тюрьме, но, убедившись, что эта полуслепая, полуглухая старуха - человек Божий, отпустили. Это по тридцатым годам, когда к концу «безбожной» пятилетки намечено было сделать всю страну атеистической, случай редкий.
В девятнадцать лет Ксения ушла в лес спасать душу и тело. В землянке неподалеку от Рудиной слободки прожила тридцать лет, питаясь чем придется. Там ее дважды посещал Иоанн Кронштадтский, одобривший ее жизнь и благословивший на подвиг.
И вот мы в Архангельском, что стоит прямо у большой дороги Мышкин - Некоуз. Долго ходим по центральной тропке заросшего черемухой кладбища в поисках надгробия. Так бы, наверное, и не нашли, если бы не Раиса Михайловна Смирнова, наша однофамилица. Она прожила в Архангельском большую часть своей жизни. Провела нас к обычной железной оградке, в ней - старинный чугунный крест с надписью: «Да будет, Господи, воля Твоя».
Таких крестов, говорит Раиса Михайловна, на этом кладбище находили много. После революции все богатые надгробия повалили, из памятников белого мрамора выложили фундамент дома, в котором сначала была пожарка, а теперь - библиотека. А кресты так и валялись за ненадобностью. Один из них и поставили на могилу Красавиной, на смену выкрашенному в голубой цвет деревянному. Он здесь же, прислонен к углу ограды.
Тут, у этой могилы, вспоминается рассказ мышкинца Виктора Журавлева о том, как хоронили Аксиньюшку. Гроб ей сделали особый, из отборного толстого теса. И ее бесстрашное по тридцатым годам пророчество, что в России в будущем снова возрастет православная вера и править будет «царь из княжеского рода».
За могилкой, сразу видно, ухаживают: посажены цветы, сорняки выполоты, заботливой рукой поставлен в пластиковой бутылке букет гладиолусов. А совсем недавно на старинном кресте появились табличка с надписью: «Ксения Степановна Красавина. 1842 - 1940» - и фотография. Под лучами августовского солнца сурово смотрит старица через кладбище прямо в сторону села и храма. Опять удивляемся: как за столько лет ее могилка не затерялась, ведь раньше здесь и надписи не было, и многие местные жители даже не знали, где Аксиньюшка похоронена. До последнего времени ходила сюда одна старушка, а в этом году что-то ее не видно. Может, и умерла, продолжает свой рассказ Раиса Михайловна.
Самой Смирновой уже 78 лет, и больше пятидесяти из них она работает библиотекарем в архангельской библиотеке. Она - ее основательница и хранит формуляры читателей, которые посещали книгохранилище за все долгие годы ее работы.
Раиса Михайловна вспоминает 50 - 60-е годы, когда церковь была действующей. В то уже далекое время в Арханине - так называют село местные жители - было 17 домов, среди них - клуб, магазин, почта, сельсовет, медпункт, школа с интернатом. Правда, в двухэтажном старинном доме, укрывшемся в тени берез, всегда было немного учеников, хотя ходили сюда не только местные ребятишки, но и из соседних деревень. Они и посадили аллею вокруг школы. Теперь эти березы уже переросли здание.
Дети объедали всю черемуху в округе, едва она успевала созревать, и даже на кладбище черемуховые деревца оставались без ягод. Любимым местом купания была речка Ломиха, сама по себе мелкая, но с множеством омутов. Были у Ломихи свои предания, будто бы в одном из омутов, перебираясь к месту жительства в деревню Поповку, утонул поп Пахом. С тех пор этот омут и окрестили Пахомом. В нем никто не купался. Были другие омуты, каждый со своим именем: Бутылка, Керосинка, а мелкие места назывались мельчинками.
Теперь купаться в Бутылке и лакомиться уже перезревшей черемухой некому - в Архангельском осталось всего два дома. В них доживают свой век старики. Стоит еще несколько казенных строений. Учителя в школу, как и ученики, ездят из соседних деревень.
С кладбища мы по мощенной булыжником дороге вернулись в обезлюдевшее село. Прямо у дома Раисы Михайловны седеет прогал в улице, заросший иван-чаем и крапивой, там раньше стоял просторный деревянный дом. Здесь жили учителя, уехавшие по назначению в другое село. А дом разобрали на дрова, потому что некому в нем стало жить. Мы пробираемся сквозь заросли иван-чая и вдруг обнаруживаем одичавшую черную смородину, мелкую, но очень сладкую. А вот и яблоня. Яблочки на ней мелкие и горькие, но мы все же набиваем ими карманы - память о земле Ксении Красавиной.
Выбрались из плена иван-чая, вышли на дорогу. Вот и полуразрушенный храм Михаила Архангела, один из древнейших в Мышкинском районе. Он одинокой свечой рвется в серое суровое небо. Сквозь выбитые, зарешеченные окна различим внутренний сумрак. Рушится придел, но на его стене, слева от входа, еще различима барельефная икона Божией Матери. Ветер с тоскливым скрипом двигает ржавую створку главных врат. За ним - разрушенная внутренность храма: не осталось следа от широкой лестницы, с потолка угрожающе нависли балки. Но кое-где среди отбитой штукатурки уцелели яркие пятна фресок.
Есть и другой вход, в зимнюю половину, сюда еще в недавнее время забирались, выносили доски, кирпичи, но мы зайти внутрь не решились. Это дело опасное, как предупреждают местные жители. Может произойти обвал. Теперь храм, посвященный воеводе небесного крылатого воинства Михаилу Архангелу, стал приютом для ласточек, которыми, по поверью, становятся души мертвых. Ласточки с криком летают вокруг, видимо, перед дождем, а может, потому, что их спокойствие нарушили мы, души живые.
Внезапно действительно начинается сильный дождь, и мы, даже не осмотрев школу, едва успеваем добежать до автомобиля. Отъезжаем - с полуразрушенной колокольни вслед нам глядят три аиста. Почему в последнее десятилетие они облюбовали именно это место на мышкинской земле? Недавно Раиса Михайловна угощала их конфетами. Впечатление грустное, уводящее от современной суеты. И все-таки сюда едут и едут люди из разных мест Руси, и уже ходят в местных церковных кругах разговоры о том, что в будущем подвижница Ксения Красавина будет причислена к лику святых.»

В память о старице

21 января - день памяти известного святого Паисия Угличского, преставившегося в 1504 году. В этот день в Мышкине почтили его память, отслужив в Никольском соборе службу.
В НЕЙ приняло участие духовенство из Ярославля, Тутаева, Некоузского района. Приехал известный в нашей области архимандрит Вениамин. И причины для такого собрания были. Уже год, как прихожане в Мышкине готовились к вечеру, посвященному памяти подвижницы Ксении Красавиной, умершей в 1940 году. В последнее время собрано немало разных материалов, рассказывающих о духовном подвиге крестьянской дочери из мышкинской деревни Ларионовская. Кстати, многие публикации впервые увидели свет в нашей газете «Золотое кольцо».
Духовенство и люди, слышавшие рассказы о старице еще от своих родителей, собрались в районной библиотеке. Среди выступавших было много и молодых людей. Так, Андрей Бондарцев рассказал о том, как нынешним летом приводили в порядок храм Михаила Архангела, где когда-то молилась старица. Было показано немало старинных фотографий. Местный благочинный отец Александр высказал просьбу в адрес руководства Ярославской епархии, чтобы там было рассмотрено ходатайство прихожан о канонизации подвижницы. А архимандрит Вениамин сказал, что своим духовным подвигом старица Ксения Красавина не уступает прославленной святой Ксении Петербургской.

Сайт ярославской Епархии.

http://www.yareparhia.ru/index.php?name

«Пророчествовала о будущем служении о. Космы и блаженная старица Ксения (Красавина Ксения Степановна), жившая неподалеку от деревни Дуплино. Ее открытые голубые глаза ничего не видели, но сердце было зрячим. Поэтому возле ее дома в селе Ларионовка всегда было много людей, желавших получить ее духовный совет. Родилась она в Мышкинском уезде, ее все знали и любили за доброту и мудрость. Около тридцати лет она прожила в землянке, как затворница, питаясь сухариками, а когда их не было, теребила мох и ела его.

Жаждущие ее помощи приезжали за ней из разных мест и увозили к себе пожить, чтобы многие люди имели возможность получить духовную поддержку блаженной старицы. За это гонители веры ненавидели ее, преследовали, сажали в застенки, где она претерпела издевательства и поношения. Однажды тюремные начальники, глумясь над ее святостью, подали ей жареную ворону: "Вот мы курочку тебе приготовили". Старица ответила им: "Ворона летала, летала и Ксении на тарелочку попала. Кушайте сами".

Умерла блаженная старица Ксения 14 августа 1940 г., не дожив два года до ста лет.

Веря в молитву праведницы, многие люди приходили во время войны и приходят по сей день на ее могилку получить помощь свыше.

Виктор Мамонтов «Пустынный житель
(Жизнеописание старца Космы)

http://favor2.chat.ru/dnevn33vm.htm

Наши рекомендации