Чудеса и притчи

"Чудеса – там, где в них верят, и чем

больше верят, тем чаще они случаются"

Дени Дидро

"Величайшее неопровержимое чудо – это вера людей в чудеса"

Жан Поль

Несомненно, Иисус обладал необычными психическими силами и использовал слабость толпы к чудесам. Какое-то оккультное воздействие на физический план с целью сотворить чудо – это удел дешёвых колдунов и жуликов. Ничего действительно необычного в чудесах Иисуса нет. Бумага стерпит всё.

Для примера берём хождение Христа по воде. Ну и что тут такого необычного и великого? Древняя легенда гласит, что однажды мудрец встретил йога на берегу реки и спросил его: "Чему ты научился за свою жизнь?" Йог ответил: "Я могу по воде перейти на другой берег". Мудрец покачал головой: "Ты потратил столько лет на то, что доступно каждому, уплатившему несколько грошей лодочнику".

Особо застревать внимание на "чудесах" не будем. В мировых мифологиях можно найти чудеса с гораздо большим размахом воображения, чем библейские. Для примера почитайте 12 подвигов Геракла из греческой мифологии. Что касается евангелия, то для человека думающего чудеса Иисуса типа кормежки пятитысячной толпы несколькими хлебами – лишнее подтверждение ложности евангелий, пытающихся таким образом доказать краплеными картами божественное происхождение Иисуса Иосифовича-Иеговича.

О притчах. Приведем только две из них. Остальные оценивать смысла не имеет. Все они тяжеловесны, многословны, примитивны, запутаны, малохудожественны – плод мрачного раздраженного сознания. Что интересно, смысл притч Иисус говорил только своим ученикам, а толпе ничего не рассказывал: "Без притчи же не говорил им, а ученикам наедине изъяснял всё" (Мк., 4:34).

В известной притче о плевелах на поле Христос приравнивает верующих в него и угодных богу (то есть Христу, естественно) к пшенице, а неверующих – к плевелам, то есть сорнякам. И как после жатвы плевелы отделаются от зерна и предаются сожжению, те "будут сожжены при кончине века сего" грешники. "Пошлет Сын Человеческий голов своих, и соберут из царства его все соблазны и делающих беззаконие, и ввергнут их в печъ огненную." Под плевелами, как легко догадаться, Христос имел в виду всех тех, кто не уверовал в него. Иисус изошел своей ядовитой слюной, посылая "неверных" в ад. И это говорит тот, о ком христиане говорят, что бог – это любовь. Hо если это любовь, то что же такое ненависть в христианском понимании?

Расскажем еще одну христову притчу про царствие небесное. Оказывается, царствие небесное сродни винограднику, где Хозяин будет нанимать на работу одного в шесть, другого в девять и третьего в одиннадцать часов, а платить всем одинаково, потому что Хозяину так хочется.

Об исцелениях. "Женщина Хананеянка причала Ему: "Помилуй меня, господи, сын Давидов". Дочь моя жестоко беснуется". Он не отвечал ей. Ученики его просили его: "Отпусти ее, потому что ходит за нами и кричит". Он отвечает: "Я послан ТОЛЬКО к погибшим овцам Израилевым". А она, подошедши, кланялась ему и говорила: "Господи, помоги мне!". Иисус говорит: "Нехорошо взять у детей хлеб и бросить его ПСАМ". Она отвечает: "Так, господи! Но и псы едят крохи, которые падают со стол господ их". Тогда Иисус сказал ей: "Велика вера твоя. Да будет тебе по желанию твоему". И исцелилась дочь её" (Мф. 15:22-28).

Христианские толкователи пытаются перетолковать это безобразие Иисуса: мол, проверял ее веру. Проверять не надо было. Женщина со своей просьбой и так уже успела надоесть ученикам. Иисуса, эту подлинную гадость, она называет господом, просит помиловать её. Неужели ему этого мало? Неужели надо еще унизить женщину? Мать, чтобы спасти дитя, готова была выдержать любые издевательства. Иисус говорит: "Велика вера твоя". И в чем же велика вера этой женщины на взгляд шовиниста Христа? Ему понравилось, что женщина признала свое унижение, признала и поверила, что она подобна псам и просит всего-лишь о крохах с еврейского стола. Пожалуй, такой женщине можно кинуть кость со стола Израилева.

Из этого ясно видно, что для Иисуса другие народы равнозначны псам. Как бы не выкручивались толкователи Иисуса, у него евреи – сыны бога, а остальные народы – псы. При этом даже "погибшие овцы дома Израилева" по сравнению с неевреями – господа. А ведь христиан слова Иисуса не оскорбляют, не унижают. Напротив, они причисляют себя к сынам Израиля, ибо верят в него. Следовательно, записывают себя в ряды "погибших овец Израилевых". С поправкой – их церковь – это новый Израиль, они – как бы новые израэлиты. Кто христианин, тот по уши увяз в еврействе.

В другом случае привели к Иисусу глухого косноязычного человека с просьбой вылечить его. Знаете, что сделал Иисус? Оцените его технологию: "Вложил персты свои в уши ему и, ПЛЮНУВ, коснулся языка его". После этого пациент выздоровел (Мк., 7:32-35).

В городе Вифсаиде к нему привели слепого и попросили исцелить его. "Он взяв слепого за руку, вывел его вон из селения и, ПЛЮНУВ ЕМУ НА ГЛАЗА, возложил на него руки". Слепой прозрел (Мк., 8:22-25).

Ещё в одном случае Иисус, увидев слепого, "ПЛЮНУЛ на землю, сделал брение из плюновения и помазал брением глаза слепому". После этого он послал человека умыться в купальне, после чего слепой прозрел (Ин., 9:1-7). Он бы еще кому-нибудь на голову помочился или заставил бы своё дерьмо съесть. Ну, хоть этого нет.

Образцового целителя из Иисуса не получалось, но я истинно-истинно верую, что он очень старался! "Но тем более распространялась молва о нем, и великое множество народа стекалось к нему – слушать и врачеваться у него от болезней своих". Отгадайте, что делал Иисус? "Уходил в пустынные места и молился" (Лк., 5:15-16). На фоне таких примеров заезженный тезис "о любви к ближнему" получает зубодробительный удар.

Христианские богословы утверждают, что все рукотворные чудеса были характерны исключительно для язычества. Что, мол, христианская церковь не опускается до мошенничества. Опровергнуть это несложно. Известно огромное количество мистификаций с древними реликвиями типа "щепок креста, на котором распяли спасателя", при помощи которых попы собирали огромные пожертвования от легковерной паствы.

Изобретение культа реликвий приписывается матери римского императора Константина Елене. Церковь присвоила ей титул "святая". По возвращении из Палестины она привезла множество драгоценных "святынь", которые после этого стали стремительно множиться, что давало немалый доход торгующим ими.

Но "поставил на поток" и придал особый размах торговле священными реликвиями папа Пасхалий I (817-824 гг). Его, кстати, тоже нарекли "святым". Он начал свою деятельность в этой области с того, что по велению свыше "обнаружил" мощи "святой" Цецилии, поклонение которым принесло приличный доход. Трюк был избит, но ему поверили. Предварительно Пасхалий приказал реставрировать церковь Цецилии и богато разукрасить её. Одновременно на главном алтаре была поставлена рака для не найденных еще к тому времени мощей. Видимо, интуиция подсказывала верховному священнослужителю, что они вскоре разыщутся. И точно – все шло по задуманному сценарию.

Однажды во время заутрени папа притворился, что впал в летаргический сон. Когда же он очнулся, то поведал собравшимся, что во сне к нему явилась святая и сказала: "Осквернившие себя священники и папы-святотатцы уже искали мои смертные останки, но господу было угодно за тобой одним сохранить право обрести их". После этого "святая" Цецилия указала папе на одно из мест на кладбище Претекста. После такого заявления все дружно отправились на кладбище и папа собственноручно выкопал мощи святой. Правда, ноги "святой" еще хранили на себе свежие следы крови, но вслух никто не выразил сомнений.

У него было немало последователей. Дело было поставлено на широкую ногу. Огромные прибыли привлекли алчных монахов, и вскоре большинство монастырей превратились в фабрики реликвий. Уж, во всяком случае, эти лавчонки никогда не испытывали недостатка в ассортименте. Продавцы без особого труда удовлетворяли любой спрос. Изъявлял ли кто-нибудь желание приобрести зуб "святой" Бригитты, ноготь "святого" Павла, кость любого апостола или мученика – всё было к услугам потребителя. Вопрос сводился лишь к цене.

"Животворящий крест господень" тоже был ходким товаром. Если бы собрать все стружки с этого креста, которые раздавали верующим в память о смертных муках Иисуса, ими можно было бы отопить немало жилищ в самую суровую зиму. Церковь никогда не гнушалась прибрать к рукам деньги и имущество пасомых. Время от времени для этого возникали удобные поводы. Один из таких периодов наступил к концу первого тысячелетия христианской эры. Вот как описывает этот период Лео Таксиль в книге "Священный вертёп", глава 1, "Суеверия".

"Окончания Х века во всем христианском мире ждали с трепетом. Многочисленные пророчества связывали с этой датой конец света и наступление Стр-р-р-ашного Суда. Духовенство, естественно, пыталось извлечь из этого всяческие выгоды.

На пороге близкой и неизбежной кончины люди заботились исключительно о будущей загробной жизни, о покаянии, способном умилостивить праведного судью. Самые отъявленные скряги отдавали церкви свои богатства, а священники со своей стороны всячески убеждали паству избавиться от бремени губительных земных благ, которые, как сказано в евангелии, являются главным препятствием на пути в рай.

Когда страшный год миновал и ничего не случилось, многие почувствовали себя оставшимися в дураках и горько пожалели о безрассудном страхе, побудившем их отдать все добро церквам и монастырям. Но было поздно! Клир никогда не отдает назад того, что, пусть даже по ошибке, попало в его карман. Напротив, ремесло духовенства как раз и заключается в том, чтобы околпачивать недалеких людей, готовых верить самым абсурдным пророчествам".

Итоги

"Если ты шипы посеешь, виноград не соберёшь!"

Ас-Самарканди

Радость от созерцания красоты мира христианство отравило проповедями о мученичестве, самоотречении, самоуничтожении личности.

Во всех древних религиях были свои спасители. Но они выступали в поучительных мифах. Христианство эту идею использовало для самозванца. Произошло переплетение арийского начала с дегенеративной проповедью обрезанного еврея.

Зачатие новой жизни трактовалось как грех, унаследованный от Адама и Евы. И тем самым выносился приговор жизни.

Когда русский народ сейчас планомерно уничтожают, то он, пропитанный насквозь христианской моралью, продолжает говорить: нет ни русского, ни иудея, ни эллина, а есть хорошие и нехорошие люди. И так до тех пор, пока не истребится последний христовый раб.

Христиане – пораженцы. "Если Россия погибнет, она воссияет на небесах" – это их кредо, продиктованное примером и заветами Иисуса. Подлинная жизнь начинается для них после смерти. С ними только могилу себе копать.

Для христианина веселье, радость – грех, а печаль, тоска, мука – радость. Оттого, что жизнь для них – это проклятье, якобы на которое обрек иудохристианский бог всех потомков Адама. Жизнь для христианина – юдоль скорби и мук, соблазнов и греха, проклятье и пленница духа.

Христианство и жизнь несовместимы.

Следуя заветам Христа, человек должен был видеть в своих домашних – худших врагов. Отказ от хозяйственной жизни, от заботы о завтрашнем дне, от познания мира и себя самого, от обезпеченности диктовался как идеал, как путь спасения от первородного греха.

Выдвигалось параноидальное требование не противиться злому, благословить тех, кто приносит страдания и унижения.

Христиане объявили фантазии о жизни после смерти имеющими более весомую ценность, чем реальная жизнь.

Реальные знания о Мире подменялись слепой верой в Христа, жизнь которого не подкреплена ничем достойным, кроме дешевых "чудес" и разлагающей морали. Необходимо было уверовать, что Иисус был богом, сыном бога и третьей частью бога одновременно.

Сильные, волевые, справедливые, умные, честные, искренние, властные, работящие, радостные, сексуальные люди, получающие удовольствие от жизни – это не христианские герои. Христианство таких ненавидит. Христианство вообще ненавидит и стремится погасить в человеке всё самое сильное.

Всё естественное, волевое, жизненное и земное христианство хочет вытравить в душе верующего.

Уроды и всю жизнь мучавшиеся, страдающие, живущие в дерьме (и вывозившиеся в нем добровольно) – вот христианский идеал человека.

Честность, искренность, прямота, простота и красота речи, ум – не качества Иисуса. Двуличие, стремление к садомазохизму и дешёвой славе, невоздержанность, стремление привить свое уродство последователям – вот характер Иисуса.

Наши рекомендации