VII. Составление служебных документов и ведение деловой переписки 7 страница

Сознаю, что нарушение Присяги несовместимо с дальнейшим пребыванием в органах прокуратуры1.

Во многом аналогичными по своему содержанию являются при­сяги сотрудников других правоохранительных органов.

Порядок производства следственных действий обстоятельно регла­ментируется соответствующими нормами УПК РФ, содержащими указания на те процессуальные документы, в которые должны об­лекаться следственные действия и их результаты (ч. 6 УПК РФ).

1 Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» от 17 января 1992 г. (в ред. от 28 ноября 2009 г.) // Российская газета. 2009. 2 декабря.



II. Прикладная этика

В основе производства любого следственного действия лежат принципы уголовного процесса (ст. 7—19 УПК РФ), наполненные, как мы уже отмечали, не только правовым, но и нравственным содер­жанием. Среди них особо выделяется закрепленный в ст. 9 УПК РФ принцип «уважение чести и достоинства личности»1. Законодатель в ст. 164 УПК РФ, посвященной общим правилам производства следственных действий, указывает, в частности, на недопустимость: а) производства таких действий в ночное время, т.е. с 22.00 вечера до 6.00; в) применения при производстве следственных действий насилия, угроз и иных незаконных мер, создания опасности для жизни и здоровья участвующих в нем лиц.

Если производство следственного действия сопряжено с огра­ничением конституционных прав человека, то оно допустимо толь­ко на основании судебного решения (ч. 2 ст. 29 и ст. 165 УПК РФ). Нравственное содержание общих правовых положений конкретизи­руется законодателем применительно к отдельным следственным действиям. Назовем лишь некоторые из них.

1. Регламентируя процедуру освидетельствования, законодатель закрепляет правило, согласно которому при освидетельствовании лица другого пола следователь не присутствует, если такое действие сопровождается обнажением данного лица. Освидетельствование в этом случае производится врачом (ч. 4 ст. 179 УПК РФ).

2. Законодатель разрешает производство следственного экспе­римента только при условии, если не создается опасности для здо­ровья участвующих в нем лиц (ст. 181 УПК РФ).

3. Согласно ч. 7 ст. 182 УПК РФ при производстве обыска не­обходимо применять меры к тому, чтобы «не были оглашены выяв­ленные в ходе обыска обстоятельства частной жизни лица, в поме­щении которого был произведен обыск, его личная и (или) семей­ная тайна, а также обстоятельства частной жизни других лиц».

4. Согласно ч. 3 ст. 184 УПК РФ «личный обыск лица произво­дится только лицом одного с ним пола и в присутствии понятых и специалистов того же пола, если они участвуют в данном следст­венном действии».

5. В осмотре и выемке почтово-телеграфной корреспонденции в качестве понятых могут участвовать лишь работники данного учре­ждения связи (ч. 5 ст. 185 УПК РФ).

6. Контроль и запись переговоров потерпевших, свидетелей или их родственников допускается только «по письменному заявлению

1 См. подробнее: Зинатуллин Т.З. и Закиров А.З. Уважение чести и достоинства личности в российском уголовном процессе. Ижевск, 2006.

11. Этика в следственной и прокурорской деятельности



указанного лица, а при отсутствии такого заявления — на основа­нии судебного решения» (ч. 2 ст. 186 УПК РФ).

7. Законодатель регламентирует продолжительность времени до­проса не более 8 часов, а несовершеннолетнего — 4 часов (ст. 187 УПК РФ). При этом отмечается, что «при наличии медицинских показаний продолжительность допроса устанавливается на основа­нии заключения врача» (ч. 4 ст. 187 УПК РФ). Свидетель вправе являться на допрос с адвокатом, приглашенным им для оказания юридической помощи (ч. 5 ст. 189 УПК РФ).

8. В соответствии с ч. 2 ст. 202 УПК РФ «при получении образ­цов для сравнительного исследования не должны применяться ме­тоды, опасные для жизни и здоровья человека или унижающие его честь и достоинство».

Анализ приведенных уголовно-процессуальных норм позволяет согласиться с профессором Д.П. Котовым в том, что «можно выде­лить определенную совокупность нравственных требований, харак­терных для всех следственных действий, для всей следственной так­тики». По его мнению, «наряду с принципами справедливости и гуманизма, уважения чести и достоинства граждан в эту совокуп­ность необходимо включить, как минимум, следующие нравствен­ные требования: непримиримое отношение к любым нарушениям буквы и духа процессуального закона, регламентирующего следст­венные действия, строжайшее соблюдение культуры уголовного процесса, ответственность, принципиальность, отсутствие тенден­циозности, предвзятости, недоверия, подозрительности, обвини­тельного уклона, стремления не причинить вреда отдельным лицам и коллективам при производстве любых следственных действий»1.

Приведенные нравственные требования могут быть скорректи­рованы (например, по отношению к участникам уголовного про­цесса с различным процессуальным статусом), их перечень допол­нен. Они как правовые и в то же время высоконравственные сред­ства в совокупности своей способствуют успешному собиранию доказательств по уголовному делу и достижению всех других стоя­щих перед стадией предварительного расследования задач.

Конечно, необходимость в неуклонном соблюдении правовых предписаний и нравственных норм возникает и при производстве множества иных процессуальных действий, что имеют место в рас­сматриваемой стадии российского уголовного процесса. В их числе процессуальные действия, связанные с формулированием обвинения по уголовному делу и предъявлением его обвиняемому (ст. 171 — 172 УПК РФ), с избранием в отношении обвиняемого такой меры уго-

Кокорев Л.Д.,Котов Д.П. Этика уголовного процесса. Воронеж, 1993. С. ПО.



П. Прикладная этика

ловно-процессуального пресечения, как заключение под стражу, со сложной и психологически напряженной процедурой ознакомления обвиняемого с материалами оконченного расследования уголовного дела (ст. 217-219, ч. 2 ст. 225 УПК РФ).

11.4. Нравственно-педагогическая деятельность органов досудебного производства

На стадии досудебного производства начинает реализовываться нравственно-педагогическая функция правосудия, которую наряду с просветительскими функциями выполняют следователь и прокурор. Хотя в действующем Уголовно-процессуальном кодексе РФ о педа­гогическом воздействии говорится лишь в контексте правонаруше­ний несовершеннолетних (ст. 299, 421, 427), практика досудебного производства показывает, что нравственно-педагогическая деятель­ность органов следствия, прокуратуры реализуется во многих на­правлениях. Во-первых, она нацелена на правовое воспитание всех граждан, поскольку любое общение со следователем, прокурором всегда включает цель нравственно-педагогического воздействия. Во-вторых, активная деятельность следователя, прокурора по борь­бе с преступностью является исключительно ярким, убедительным примером поведения, отношения к преступным проявлениям для всех граждан. Положительным примером является и проявление нравственных качеств следственного, прокурорского работника: гуманность, справедливость, непредвзятость, понимание человека, моральность, культурность в общении. В-третьих, нравственно-пе­дагогическая деятельность следователя, прокурора направлена на ликвидацию морального ущерба, нанесенного потерпевшим и сви­детелям, так как действия преступника могли привести к появлению у них стойких отрицательных психических состояний. И наконец, поскольку преступная деятельность других лиц может привести к выводу о безнаказанности некоторых преступников, работа следова­теля, прокурора нацелена на изобличение преступников, ликвида­цию нанесенного ими общественного вреда, что является четвертым критерием нравственно-педагогической функции участников досу­дебного производства.

Всей своей деятельностью (с учетом конкретных особенностей дела) подготовленный в нравственно-педагогическом отношении следователь, прокурор помогает правильному, адекватному форми­рованию общественного мнения о преступлении, о личности пре­ступника. Все действия, высказывания такого должностного лица вызывают у граждан уважение к закону, к деятельности органов

11. Этика в следственной и прокурорской деятельности 421

следствия, способствуют воспитанию правосознания. Каждое обще­ние им используется и для осуществления нравственного воспита­ния, т.е. передачи гражданам положительных этических навыков: дисциплинированности, ответственности, честности, доверительно­сти, добросовестности.

Но все же основная направленность нравственно-педагогических усилий следователя, прокурора — это участие в перевоспитании лиц, совершивших преступления. С учетом особенностей досудеб­ного производства ставятся более узкие цели в общей деятельности по перевоспитанию личности правонарушителя. На стадии досу­дебного разбирательства по необходимости в большинстве случаев предусматривается только достижение определенных этапов в общем процессе перевоспитания правонарушителя.

Нравственно-педагогическое воздействие должностных лиц, осущест­вляющих правосудие на стадии досудебного разбирательства, может реализовываться в виде ряда частных задач, каждая из которых вносит свой вклад в правовую и нравственную воспитанность, просвещен­ность правонарушителя. Можно выявить следующие основные на­правления такой деятельности в процессе досудебного производства:

• создание основы для последующего усиленного нравственно-педагогического воздействия после завершения предвари­тельного следствия;

• нравственно-педагогическое воздействие во время осуществ­ления досудебного разбирательства;

• организация и активизация воспитательного воздействия со стороны семьи, коллективов, в которые входит обвиняемый;

• возбуждение и активизация процесса самовоспитания, само­обучения саморазвития, самообразования у обвиняемого;

• решение задач ресоциализации обвиняемого.

Каждое из этих направлений может развиваться самостоятельно, но наиболее целесообразна координация всех их в совокупности.

1. На досудебном разбирательстве не завершается нравственно-педагогическое воздействие на обвиняемого — оно продолжается и дальше. Поэтому на предварительном следствии обязательны дейст­вия, обеспечивающие перевоспитание обвиняемого на всех после­дующих стадиях. Они могут выражаться в сборе сведений о личности обвиняемого (превышающие необходимые для решения тактических задач и расследования совершенного преступления): отрицательные привычки, навыки, характерологические особенности, развитые под воздействием отрицательного образа жизни, окружения, жизненных установок. Следует изучить и процесс развития данной личности: особенности ее воспитания, образования, обучения для выявления



II. Прикладная этика

причин появления социально-психологических дефектов, а также для тактики и выбора методов и приемов воздействия на нее. Эти сведения следует отражать в приобщаемых к делу документах, справках, в протоколах допросов и т.д.

2. Личное нравственно-педагогическое воздействие следователя,
прокурора на обвиняемого может осуществляться в самых различ­
ных формах и преследовать конкретные цели. Важно возбудить у
обвиняемого чувство вины за совершенные преступные действия.
Любое следственное действие даст больший эффект, если будет соче­
таться с воспитательным влиянием на обвиняемого. Надо убеждать
обвиняемого в ошибочности его расчетов на безнаказанность, опро­
вергать его ошибочные доводы о причинах, приведших его к соверше­
нию преступления, произвести детальный разбор его образа жизни,
систему социальных связей, потребностей, привычек, самого процес­
са подготовки, совершения, сокрытия следов преступления и т.д.

Уместна разъяснительная работа о действительной сущности совершенных данным лицом проступков, об их опасности для об­щества, о причинах, которые повлекли за собой совершение дан­ным лицом преступления. Необходимо добиться у обвиняемого мо­рального самоосуждения своих поступков, осознания противоправ­ности своих действий, правильного понимания причин, повлекших к этим действиям.

При помощи фактов необходимо убеждать обвиняемого в том, что имеющиеся у него личностные дефекты и образ жизни принесли и в дальнейшем принесут еще вред не только обществу, но и ему самому.

3. Нельзя изменить нравственно-психологические особенности
личности, если не будут изменены условия развития и существова­
ния данной личности, те социальные связи, которые способствова­
ли восприятию и развитию отрицательных качеств.

Мировоззрение, установки, привычки поведения во многом за висят от влияния социальных групп, в которых эта личность постоян­но находится. Одним из условий успеха нравственно-педагогического воздействия следователя, прокурора является выявление всех соци­альных групп, с которыми преимущественно общался подозревае­мый или обвиняемый. Необходимо ответить и на вопрос о том, по­ложительное или отрицательное влияние оказывала данная соци­альная группа на обвиняемого.

Если это была группа с отрицательными качествами, то решает­ся вопрос о мерах по ликвидации ее влияния на обвиняемого или изоляции последнего от группы, изменению, оздоровлению этой группы. Если же устанавливается возможность усиления положи­тельного влияния группы на правонарушителя, то следует решить вопросы о координации воспитательных усилий следователя, про-

11. Этика в следственной и прокурорской деятельности 423

курора с этой группой. Возможно более детальное сообщение пред­ставителям коллектива установленных сведений о личности под­следственного, о совершенном им преступлении. Вместе с предста­вителями группы, коллектива может быть разработан совместный план воспитательного воздействия, координации усилий должност­ных лиц, осуществляющих досудебное разбирательство, семьи, тру­дового коллектива.

4. К процедуре нравственно-педагогического воздействия на подследственного относится возбуждение у него стремления к са­мовоспитанию, без которого невозможно достижение целей воспи­тания, а тем более перевоспитания. Для этого убеждением следует вызывать отрицательное отношение к своим преступным действи­ям, образу жизни, сознание личного вреда и вреда для других граж­дан. Необходимым развитием этого процесса выступает возникно­вение желания стать другим, поиск путей, при помощи которых он мог бы доказать себе, своим близким, следователю, прокурору, суду свое действительное желание исправиться. С учетом конкретных обстоятельств уголовного дела, личностных качеств обвиняемого средствами перевоспитания могут быть: активное действие по воз­мещению ущерба; содействие следствию; разработка жизненной программы; формулировка мер, которые необходимо предпринять для устранения причин и условий, вызвавших совершение преступ­ления; сознательное изменение принятых решений к тому, чтобы пересмотреть линию своего поведения, которая противоречит инте­ресам общества и целям правосудия.

5. В ходе следствия должностное лицо начинает решать и зада­чи ресоциализации подследственного, отмечая в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого или в обвинительном заклю­чении, осознало ли данное лицо тяжесть совершенного преступле­ния или не раскаялось, а в отношении обвиняемого в повторных преступлениях — встал или не встал он на путь исправления. Со­ставленная следователем характеристика помогает суду определять степень раскаяния обвиняемого, а при направлении его в орган, исполняющий наказание, продолжить с ним работу по его ресоциа­лизации. В эту характеристику помимо психологических особенно­стей (биографических данных, сведений об условиях формирования личности, структуры личности — особенностях психических про­цессов и состояний, направленности, темперамента, характера, спо­собностей) должны войти достигнутые цели процесса нравственно-педагогического воздействия. Основными из них могут быть:

• изменение у подследственного неправильно избранной линии поведения (противодействия, уклонения от дачи правдивых показаний) и преодоление на этой основе установки на ложь;



П. Прикладная этика

• изменение системы отношений к различным фактам, людям, к самому себе;

• укрепление в сознании нравственных убеждений, повышение уровня правосознания и правовой осведомленности;

• усиление и рост активности в содействии правосудию, преду­преждении преступных проявлений со стороны лиц с анти­общественной направленностью.

В заключительной части характеристики важно указать, что можно ожидать от данного лица, в какие условия жизни и труда его необходимо поставить.

Оптимальным результатом индивидуального воздействия на об­виняемого при завершении предварительного следствия может счи­таться такое психическое состояние, отношение и само решение, при котором последующее воспитательное воздействие суда и испра­вительных учреждений будут восприниматься им наиболее полно.

Эффективность воздействия следователя, прокурора на лиц, участ­вующих в производстве по делу, в значительной мере зависит от зна­ния и правильного использования основных принципиальных положений процессуально-педагогического воздействия. Имеются в виду такие принципы, с позиций которых познаются и практически реализу­ются закономерности процесса влияния одного человека на друго­го, когда внешние стимулы и побудители процессуально целесооб­разной деятельности должностного лица превращаются во внутрен­ние стимулы поведения, личные интересы, стремления, мотивы и волевые усилия. Отсюда следует, что при изучении существа воздей­ствия нужно уделять внимание не только отдельным рекомендаци­ям, сколько вскрытию теоретических основ, опираясь на которые, следователь, прокурор могут добиться положительных результатов с наименьшими затратами средств, времени и сил. «Главное дело, — писал К.Д. Ушинский, — вовсе не в изучении правил, а в изучении тех научных основ, из которых эти правила вытекают»1.

К специальным принципам, отражающим объективные закономер­ности и определяющим критерии правомерности и допустимости педагогического воздействия на участвующих в деле лиц, должны быть отнесены:

• строгое соблюдение законности и объективность;

• нравственная допустимость воздействия;

• индивидуальный подход при осуществлении воздействия.
Что же касается методов нравственно-педагогического воздейст­
вия, применяемых следователем, прокурором, — это общие методы,

1 Ушинский К.Д. Собр. соч. М.-Л., 1950. Т. 8. С. 57.

11. Этика в следственной и прокурорской деятельности 425

но применяемые в специфических условиях досудебного производ­ства. Причем воздействие это бывает гораздо более эффективным, чем государственно-правовое. К основным воспитывающим и про­светительским методам воздействия на предварительном следствии относится убеждение, которое требует активной мыслительной дея­тельности не только должностного лица, но и самого обвиняемого. Только при условии, что обвиняемый стремится понять и осознать то, что ему говорят, размышляет, переживает, осуждает отрицатель­ное в себе, можно говорить об эффективном убеждающем характере процессуальных действий.

Убеждение часто встречает внутреннее противодействие у обви­няемого — выдвижение других доводов, попытку следовать своим прежним установкам — и превращается в открытую и скрытую дис­куссию с должностным лицом. Последнему важно понять причины внутренних противоречий у обвиняемого для усиления развития убеждения. Чем выше уровень рефлексии (умения мыслить за дру­гого), тем выше степень осведомленности лица, осуществляющего правосудие. Возможность понять глубину и качество имитации рас­суждений противоборствующей стороны зависит от интеллектуаль­ных способностей субъекта, от умения использовать для убеждения наличную информацию. Необходимо не только прогнозировать ход мыслей убеждаемого, но и менять доводы, направленность убежде­ния в связи с выявленными его сомнениями, возражениями.

Для активизации и направленности мыслительной деятельности на подследственного могут быть использованы различные средства. Так, может проводиться целенаправленный разбор определенного события, даваться оценка его поведения в прошлом и в настоящее время, оценка значимости побудительных причин для совершения преступных действий и т.д. Немаловажное значение для этого имеет передача информации о том, как могут отнестись, как отне­слись к его поступкам люди, которых он любит, уважает, с которыми часто встречается.

При осуществлении убеждения следует учитывать все положи­тельные черты, свойства убеждаемой личности, соответствующим образом акцентировать на них внимание, используя также и проти­вопоставление их свойствам, установкам других объектов. Очень важно выявить пункты колебаний, сомнений убеждаемого. В связи с этим в процессе применения метода убеждения следует продол­жать внимательно изучать личность, наблюдать за ее реакциями, изменениями в поведении, мимике, жестах и т.д.

Достижение целей убеждения возможно только при наличии со стороны убеждаемого желания воспринимать доводы следователя,



II. Прикладная этика

прокурора. Обязательным условием применения методов убеждения является установление психологического контакта, который, как правило, характеризуется положительным отношением к убеждаю­щему, желанием воспринимать его доводы, наличием действитель­но полного восприятия и понимания передаваемой информации.

Следует отметить, что убеждение обязательно должно соответст­вовать следующим требованиям1:

1) отвечать уровню развития убеждаемого; строиться с учетом возрастных, образовательных, профессиональных и иных индивиду­альных особенностей данной личности;

2) быть последовательным, логическим, доказательным;

3) возбуждать психическую активность убеждаемого;

4) содержать как обобщение положения, выводы, так и конкрет­ные факты, примеры;

5) содержать анализ обоюдно известных фактов;

6) убеждающий сам должен искренне верить в то, в чем он
убеждает;

7) учитывать возможности и особенности самого убеждающего.

Осуществляя убеждение, следователь, прокурор должны позабо­титься о создании таких условий, которые бы обеспечивали жела­ние лиц вступить в общение с ними. В связи с этим к поведению следователя, прокурора предъявляется ряд требований: корректность, справедливость, внимательность, ситуативная гибкость и чуткость, эмоциональная устойчивость.

Вот как выглядит работа следователя в восприятии допрашивае­мого (данные опроса лица, отбывшего наказание):

Между мной и следователем, — вспоминает осужденный, — сразу установились нормальные взаимоотношения. Лучше всего мне запомнились его слова: «Федоров, брось заниматься преступ­лениями, а то настоящей жизни не увидишь». Допрашивал меня спокойно, голоса не повышал, ко мне относился сочувственно, ра­боту знает хорошо. Внешне следователь казался не грозным, а про­сто человечным, добродушным, одет был в гражданский костюм. Его кабинет маленький, но чистый. По моему мнению, так и надо вести следствие, он меня заставил почувствовать себя человеком, но заблудившимся2.

Под воздействием убеждения может случиться и полный пере­ворот в душе подследственного. В таких случаях следователю пишут

1 Чуфаровский Ю.В. Психология в оперативно-розыскной деятельности. М.,
1996. С. 114.

2 Еникеев М.И. Основы общей и юридической психологии: Учебник для вузов.
М., 1996. С. 464.

11. Этика в следственной и прокурорской деятельности 427

из мест лишения свободы трогательные письма примерно такого содержания: «Вы — единственный человек в этой жизни, который в меня верит...»1. Но это происходит довольно редко и только с педа­гогически талантливыми и нравственно безупречными следователями.

Нередко следователю приходится прибегать и к принуждению. Однако голое принуждение, изолированное от убеждения, во мно­гих случаях приносит вред решаемой нравственно-педагогической задаче. Важно, чтобы объект воздействия в какой-то степени осознал неизбежность принятых к нему принудительных мер, что достигает­ся, как правило, в том случае, когда принуждению предшествует или сопутствует убеждение. Данное методологическое положение должно стать основой выбора принуждения как метода воздействия на личность в следственной, прокурорской деятельности.

Применение уголовно-процессуального принуждения порождает важную нравственно-теоретическую и практическую проблему об основаниях и пределах такого принуждения, о шкале нравственных ценностей, которые как бы приносятся в жертву целям уголовного судопроизводства. Особую остроту она приобретает в тех случаях, когда меры уголовно-процессуального принуждения применяются к лицам, заведомо не имеющим отношения к совершению преступ­ления. Например, к свидетелям и потерпевшим, которые могут быть подвергнуты принудительному приводу на допрос, принудительному освидетельствованию, отобранию образцов для сравнительного исследования и т.д., а также к лицам, вовсе не имеющим отноше­ния к расследованию уголовного дела (третьим лицам), которые, например, могут быть подвергнуты обыску. При этом обычно счи­тается, что главное — установление истины по уголовному делу, быстрое и полное раскрытие преступления, изобличение виновных, обеспечение правильного применения закона, предупреждение но­вых преступлений и пр. В свою очередь, цель установления истины, да еще в такой остроконфликтной области, как уголовно-процес­суальное доказывание, наполнена глубоким нравственно-педагоги­ческим содержанием, потому что от этого достижения напрямую зависит, восторжествует ли в данном конкретном случае справедли­вость — высший нравственный критерий всех людских поступков (будет ли виновный наказан и наказан именно в меру своей вины; будут ли удовлетворены потерпевший и общество постигшим обид­чика возмездием).

Именно этими соображениями нравственного характера оправ­дывается принуждение, применяемое к участникам уголовного про­цесса представителями государственной власти, а также тяготы и

Васильев В.Л. Юридическая психология. СПб., 1998. С. 325.



П. Прикладная этика

лишения, которые ложатся на плечи участников уголовного про­цесса в результате такого принуждения.

От правильного разрешения этой проблемы зависит формиро­вание гражданского правосознания самых широких слоев населения и правовой активности граждан и должностных лиц, осуществляю­щих досудебное разбирательство, иначе говоря, столпов, на которых зиждется правопорядок в демократическом правовом государстве.

Не случайно к этой теме неоднократно обращались виднейшие представители русской философии и права XIX — начала XX в. (Вл. Соловьев, П.И. Новгородцев, И.А. Ильин и их последователи). Наиболее ярко и полно теория применения силы, принуждения и пресечения отражена в труде И.А. Ильина «О сопротивлении злу силою». Принуждение имеет троякую цель: во-первых, не допус­тить совершения злодеяния, остановить злую волю, отрезвить ее внешней помехой и отпором, показать ей, что запретность запре­щенного поддерживается не только мотивами совести и правосоз­нания, но и внешнею силою, ставящей препятствие злодею и на­стигающей суровыми последствиями вплоть до лишения его сво­боды и причинения ему душевных неприятностей и страданий; побудить его, таким образом, обратиться к самосознанию, самопо­буждению, самоперевоспитанию, саморазвитию; во-вторых, огра­дить всех других людей от злодеяния и его пагубного воздействия; в-третьих, удержать от пути злодейства всех людей, способных со­блазниться или увлечься им. Принуждение обеспечивается государ­ственными законами, которые обращены «к автономным субъектам права... для саморуководства и самовоспитания». В основной своей идее и своем нормальном действии правовой закон есть формула зрелого правосознания, закрепленная мыслью, выдвинутая волей и идущая на помощь незрелому, но воспитывающему себя правосоз­нанию; при этом именно волевой элемент закона представляет со­бой начало принуждения. Правовой закон отнюдь не насилует че­ловека, не попирает его достоинство и не отменяет его духовного самоуправления: напротив, он только и живет, только и действует, только и совершенствуется от свободного личного приятия и само­вменения. Однако он при этом властно понуждает психику человека и непосредственным импонированием авторитета, и формой прика­за-запрета-позволения, и сознанием общественно-организованного мнения, и, наконец, перспективой вероятных и даже, наверное, предстоящих неприятных последствий: неодобрения, огласки, явок в суд, убытков, а может быть, и исключения из известного общест­венного круга и даже физического понуждения и пресечения.

Критериями для руководства при принуждении и пресечении, по мнению И.А. Ильина, являются: компетентность принимающе­го соответствующее решение о применении силы, его духовно-

11. Этика в следственной и прокурорской деятельности 429

осмысленный жизненный опыт, на основе которого развиваются «чуткость и зоркость для распознания зла». Следует или не следу­ет применять принуждение — в этом компетентен только тот, кто видел реальное зло и испытал его действие, кто непосредственно борется с ним, кто видит его природу, понимает его пути и зако­ны и потому способен верно поставить и разрешить проблему принуждения «испытав, отвергнув и умудрившись, он приобрел тем самым силу видения и право суда». Поэтому нужно понимать и ценить тех людей, кто принял на себя тяжкое «бремя активной борьбы со злодеями, эту, может быть, тягчайшую разновидность мирового бремени». Благодаря им всем остальным людям откры­вается возможность мирно трудиться, духовно творить и нравст­венно совершенствоваться1.

Наши рекомендации