Процессуальный порядок отказа в возбуждении уголовного дела. 8 страница

2) юридическое основание - судебное решение, поскольку речь идет об ограничении конституционных прав человека на тайну переписки (ч. 2 ст. 23 Конституции РФ);

3) главным действующим лицом является учреждение связи (чаще всего соответствующее отделение Почты России), которому решением суда поручается задерживать почтово-телеграфные отправления и незамедлительно уведомлять об этом следователя (дознавателя);

4) после того как следователь (дознаватель) получит от учреждения связи информацию о задержании корреспонденции, он производит в этом учреждении связи осмотр, выемку и снятие копий с задержанных почтово-телеграфных отправлений. В необходимых случаях для участия в осмотре и выемке почтово-телеграфных отправлений следователь вправе вызвать специалиста (например, необходимо понять, не являются ли содержащиеся в посылке предметы элементами взрывного устройства), а также переводчика (если письмо написано на иностранном языке). По окончании указанных действий составляется протокол, в котором указывается, кем и какие почтово-телеграфные отправления были подвергнуты осмотру, скопированы, отправлены адресату или задержаны;

5) арест на почтово-телеграфные отправления отменяется следователем (дознавателем) с обязательным уведомлением об этом суда, принявшего решение о наложении ареста, и прокурора, когда отпадает необходимость в этой мере, но не позднее окончания предварительного расследования по данному уголовному делу.

В целом понятно, что сегодня с учетом бурного развития электронных средств коммуникации данное следственное действие производится значительно реже, нежели несколько лет назад, поскольку люди в общении все чаще прибегают не к почте в непосредственном смысле слова или телеграфу, а к электронной почте, скайпу, социальным сетям и т.п. Однако полностью сбрасывать со счетов данное следственное действие и выводить его за пределы процессуального регулирования также нельзя хотя бы потому, чтобы не возникал пусть и менее динамичный, но абсолютно "безопасный" канал коммуникации лиц, причастных к совершению преступлений. Более того, никто не может гарантировать, что с усилением государственного контроля за электронными средствами коммуникации центр тяжести "криминального общения" не переместится на бумажные носители информации (в каком-то смысле менее контролируемые уже даже в наши дни), в том числе с использованием почтовых отправлений.

6. Контроль и запись переговоров. Это следственное действие было введено еще в УПК РСФСР Федеральным законом от 20 марта 2001 г. N 26-ФЗ, т.е. незадолго до принятия УПК РФ. До этого момента уголовно-процессуальный закон такого следственного действия не знал, но зато хорошо были известны оперативно-розыскные мероприятия - прослушивание телефонных переговоров, наблюдение, снятие информации с технических каналов связи (ст. 6 Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности"). Рассматриваемое следственное действие, действительно, крайне схоже с соответствующим оперативно-розыскным мероприятием. Так, в ст. 186 УПК РФ названы:

1) общее основание для производства этого следственного действия - наличие достаточных оснований полагать, что телефонные и иные переговоры подозреваемого, обвиняемого и других лиц могут содержать сведения, имеющие значение для уголовного дела;

2) материально-правовые условия проведения - допускается при производстве по уголовным делам только о преступлениях средней тяжести, тяжких и особо тяжких;

3) субъекты, в отношении которых возможен контроль (прослушивание) переговоров: а) подозреваемый, б) обвиняемый, в) потерпевший, г) свидетель, д) близкие родственники, родственники и близкие лица перечисленных субъектов (при этом в отношении потерпевшего, свидетеля или их близких родственников, родственников, близких лиц это следственное действие производится при наличии угрозы совершения насилия, вымогательства и других преступных действий);

4) основные требования к процессуальной форме, к которым относятся:

а) возможность производства данного следственного действия исключительно по решению суда, так как речь идет об ограничении конституционного права на неприкосновенность частной жизни, за исключением контроля (прослушивания) переговоров в отношении потерпевшего, свидетеля или их близких родственников, родственников, близких лиц по их собственной просьбе (если им угрожает опасность);

б) постановление суда о производстве контроля и записи телефонных и иных переговоров направляется следователем (дознавателем) в соответствующий орган, осуществляющий его техническое исполнение;

в) срок контроля и записи переговоров не должен превышать шести месяцев;

г) следователь (дознаватель) в течение всего срока производства контроля и записи телефонных и иных переговоров вправе в любое время истребовать от органа, их осуществляющего, фонограмму для осмотра и прослушивания, которая передается в опечатанном виде с сопроводительным письмом, содержащим даты и время начала и окончания записи указанных переговоров и краткие характеристики использованных при этом технических средств;

д) о результатах осмотра и прослушивания фонограммы следователь (дознаватель) с участием специалиста (при необходимости), а также лиц, чьи телефонные и иные переговоры записаны, составляет протокол, в котором должна быть дословно изложена та часть фонограммы, которая, по мнению следователя, имеет отношение к данному уголовному делу. Фонограмма в полном объеме приобщается к материалам уголовного дела на основании постановления следователя (дознавателя) как вещественное доказательство и хранится в опечатанном виде в условиях, исключающих возможность прослушивания и тиражирования фонограммы посторонними лицами и обеспечивающих ее сохранность и техническую пригодность для повторного прослушивания. Очевидно, что законодатель ошибся, отнеся фонограмму к вещественному доказательству, поскольку это - приложение к протоколу следственного действия (его неотъемлемый элемент).

Как видим, такая процессуальная регламентация не доказывает необходимость перевода безусловно оперативно-розыскного по своей сути действия, осуществляемого, как и характерно для такого рода действий, негласно (тайно), в разряд следственных действий. Строго говоря, как это и происходило до 2001 г., вполне можно было бы руководствоваться обычным порядком придания результатам оперативно-розыскной деятельности доказательственного значения <1>. Определенная процессуализация соответствующего оперативно-розыскного мероприятия в виде появления автономного следственного действия вряд ли дала какие-то ощутимые позитивные результаты с точки зрения как эффективности раскрытия и расследования преступлений, так и создания дополнительных гарантий прав личности.

--------------------------------

<1> См. § 11 гл. 10 настоящего курса.

7. Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами. Многое из того, что было сказано про предыдущее следственное действие, в частности, о его оперативно-розыскной природе, вполне применимо и к появившемуся в УПК РФ на основании Федерального закона от 1 июля 2010 г. N 143-ФЗ такому следственному действию, как "получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами". Основное отличие от контроля и записи переговоров заключается в данном случае в том, что здесь получаемая информация касается только факта соединений с определенными абонентами в определенное время, но не содержания самих разговоров. В то же время справедливости ради нельзя не отметить, что появление данного следственного действия в законе стало результатом определенного развития практики и ее колебаний. Так, следователи стали обращаться в компании сотовой связи с целью предоставления им "распечаток" разговоров подозреваемого (обвиняемого). Возник вопрос, необходимо ли в данной ситуации судебное решение, учитывая, что содержание разговоров здесь не раскрывается. После некоторых колебаний судебная практика признала, что даже сам факт телефонного разговора с определенным лицом относится к сфере частной жизни, неприкосновенность которой может быть ограничена лишь судом. Законодатель посчитал необходимым вмешаться и зафиксировать данную позицию в законе, сконструировав новое следственное действие.

Согласно ст. 186.1 УПК РФ содержательной основой принятия решения о производстве данного следственного действия является наличие достаточных оснований полагать, что информация о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами имеет значение для уголовного дела. Формальным же основанием является судебное решение, инициированное следователем (дознавателем) в хорошо известном уже порядке (ст. 165 УПК РФ).

При этом следует различать: а) получение информации об уже состоявшихся соединениях (ретроспективно); б) получение информации о соединениях, которые будут иметь место (перспективно). В последнем случае можно говорить о своего рода контроле за абонентскими соединениями соответствующего лица.

Процессуальная форма данного следственного действия характеризуется следующими особенностями с учетом приведенной классификации:

1) копия судебного решения направляется следователем в соответствующую осуществляющую услуги связи организацию, руководитель которой обязан предоставить указанную информацию, зафиксированную на любом материальном носителе, либо немедленно (если речь идет об имевших место соединениях), либо по истечении соответствующего срока (если речь идет о контроле за соединениями);

2) срок, в течение которого может происходить контроль за соединениями, не может превышать шесть месяцев;

3) если необходимость в производстве данного следственного действия отпадает, его производство прекращается по постановлению следователя (дознавателя), но не позднее окончания предварительного расследования;

4) если речь идет о контроле за соединениями, то информация о соединениях предоставляется в течение всего срока производства следственного действия (по мере ее поступления, но не реже одного раза в неделю) в опечатанном виде с сопроводительным письмом, в котором указываются период, за который она предоставлена, и номера абонентов и (или) абонентских устройств;

5) следователь (дознаватель) осматривает представленные документы, содержащие информацию о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, с участием специалиста (при необходимости), о чем составляет протокол, в котором должна быть указана та часть информации, которая, по мнению следователя (дознавателя), имеет отношение к уголовному делу (дата, время, продолжительность соединений между абонентами и (или) абонентскими устройствами, номера абонентов и другие данные). Лица, присутствовавшие при составлении протокола, вправе в том же протоколе или отдельно от него изложить свои замечания;

6) полученные от организации связи документы приобщаются на основании постановления к материалам уголовного дела в полном объеме как вещественное доказательство и хранятся в опечатанном виде. Здесь мы опять сталкиваемся со странной ситуацией, когда законодатель считает соответствующий материал не элементом протокола следственного действия, а вещественным доказательством.

Допрос.

Наши рекомендации