Предпосылки установления тоталитарных и авторитарных режимов

В отличие от авторитаризма, примеры которого можно найти в тиранических режимах прошлого, тоталитаризм появляется в ХХ в. При исследовании проблемы происхождения тоталитаризма возникает ряд вопросов.

В частности, что способствовало его возникновению в одних странах и почему его избежали другие страны?

Есть ли в этом какие-то закономерности?

Закончилась ли в XX в. эпоха тоталитаризма, или в будущем демократия отступит перед новой волной деспотизма?

Где следует искать корни тоталитаризма: в экономике, в идеологии или в самом сознании людей?

Исследователи дают разные варианты ответов на эти вопросы. Ниже приведены наиболее типичные подходы, объясняющие феномен тоталитаризма. Согласно первой версии, потенциальная возможность тоталитаризма кроется в расширении функции государственного контроля и регулирования. Уже сам по себе госкапитализм, появившийся на рубеже ХIХ-ХХ вв., представлял собой авторитарную тенденцию. Есть мнение, что если процесс регулирования со стороны государства заходит достаточно далеко, то общество теряет способность к самоконтролю и обрекает себя на тоталитаризм. Подобного взгляда придерживался К. Поппер, который рассматривал тоталитарную систему такой, где государство присваивает себе функции управления во всех сферах, насильственно регулирует их в духе господствующей, ориентированной на идеальное будущее идеологии. Среди других причин исследователи называют концентрацию ресурсов в руках государства в период Первой мировой войны, что потенциально усилило возможности государства в управлении другими общественными процессами. На эту причину указывал в 40-х гг. Ф. Хайек, усмотревший в усилении планового регулирования "дорогу к рабству".

Ряд исследователей рассматривает тоталитаризм как победу тоталитарных идеологий, которые оказались востребованными массами. Духовную предпосылку подобных идеологий ХХ в. пытаются вывести из идей прошлого, в частности, из политических идей Платона, Н. Макиавелли, Ж.-Ж. Руссо, Ф. Гегеля. Устанавливается генетическая связь леворадикального тоталитаризма с социалистической теорией К. Маркса, Ф. Энгельса и В. И. Ленина, а праворадикального тоталитаризма - с теорией Гегеля.

Так, К. Поппер увидел непосредственное обоснование тоталитарного национализма в следующих идеях Гегеля:

существование в каждой исторической эпохе избранной нации, предназначенной к мировому господству;

изначальная враждебность государств друг к другу и война как способ их утверждения;

свобода государства от моральных обязательств;

нравственная ценность войны (Гегель считал, что долгий, а тем более вечный мир "развращает нацию");

идеал героической жизни ("живи, рискуя") в противоположность буржуазному спокойствию и др.5.

Возникает вопрос: почему тоталитарные теории оказались востребованными в начале ХХ в.? Ответ на него предполагает изучение состояния самого общества, что и делают представители социально-политического подхода, согласно которому тоталитаризм - результат активности "массового человека" и расширения форм его политического участия. Этот ракурс исследования восходит к работам Х. Ортеги-и-Гассета, Х. Арендт, Н. Бердяева. Массовое общество начинает формироваться с конца ХIХ-начала ХХ в. как результат процесса модернизации. Под модернизацией понимают процесс перехода от аграрного к индустриальному типу производства, урбанизацию, развитие средств массовой коммуникации, повышение общего уровня грамотности и др. Одновременно модернизация привела к резкому размыванию традиционных структур (деревенский общины, семьи) и устоявшегося уклада жизни, к эрозии традиционных культурных и моральных ценностей и вызвала подъем социально-политической активности массового человека.

Следует обратить внимание еще на другую сторону модернизации - расширение технических возможностей контролировать сознание и поведение людей. Появление в 20-30-х гг. ХХ в. доступных средств массовой информации (газет, радио, а позже и телевидения) предоставило тоталитарным лидерам уникальную возможность манипулировать миллионами людей.

Тоталитаризм можно также рассматривать как реакцию "массового человека" на политические и социально-экономические кризисы первой половины ХХ в.: революции, мировые и гражданские войны, затяжные экономические кризисы. Эти явления сопровождались массовой маргинализацией населения, т.е. появлением огромной массы людей, "выбитых" из своих социальных групп (классовых, профессиональных, семейных, национальных и др.). Отметим, что под маргинальностью понимается вызванное какими-либо обстоятельствами (например, миграцией, урбанизацией, экономическими кризисами) нахождение индивида вне своей социальной группы, а также разрыв индивида с групповыми социокультурными нормами. Результатом распада традиционных структур стало появление атомизированных (с ослабленными социальными связями) людей, которые стали удобным объектом для манипулирования (рис.). Атомизированная масса была более отзывчива на призывы тоталитарных вождей, которые предложили ей новую консолидирующую основу - идеологию, с помощью которой создавалась иллюзия приобщения индивидов к классу или расе, к государству.

Признание того, что тоталитаризм опирается на определенный тип сознания и психологию "массового человека" нашло отражение в социально-психологической трактовке причин тоталитаризма. Так, Э. Фромм попытался объяснить конформизм и послушность личности при тоталитаризме не только внешним давлением со стороны лидеров, а определенными универсальными качествами бессознательного в психике человека, которые могут проявить себя в определенных условиях. Кризисы и войны первой трети ХХ в. породили у целых групп населения чувство потерянности и страха за свою безопасность, что нашло выход в специфическом психологическом феномене, который получил название - "бегство от свободы". Другими словами, это бегство масс от ответственности, сопровождающееся поиском вождей, способных восстановить гарантии личной безопасности, порядок и разрушенные социальные связи. Это позволяет взглянуть на тоталитарную диктатуру в иной плоскости: особая духовная сущность этого режима формируется не только как результат манипулирования сознанием народа, но и на основе психических импульсов, идущих от масс к вождям. Страх перед хаосом и анархией, распадом традиционных связей, которые наблюдаются в период острых кризисов и революционных преобразований, лежит в основе мотивации поиска вождей, способных "железной рукой" восстановить общественную стабильность. Культ вождей, который имеет место при тоталитаризме, также может быть объяснен психологией атомизированной массы. Масса не просто хочет подчиняться сильному лидеру, но масса сама возвышает этих лидеров. Через подобную иррациональную связь с вождями масса ощущает себя главным субъектом истории. А. Арендт обратила внимание на такое явление, как полная идентификация масс с лидерами. Как отмечала исследовательница, причина любви масс к тоталитарным вождям заключалась в том, что биографии последних воплотили в себя биографию масс этой эпохи: неудачи в профессиональной и социальной жизни, несчастья в личной жизни6. Поэтому величие вождей воспринималось массами как собственное возвышение. Конечно, появление культа вождей имеет и другую причину. Миф о вождях-героях активно внедряется в сознание народа всеми средствами пропаганды. Что касается Сталина, то здесь присутствовало явление, которое М. Вебер определил как функциональную харизму - перенос на Сталина авторитета В. И. Ленина. Был создан образ Сталина как верного соратника, ученика и продолжателя дел Ленина. Приведенный кинофрагмент из документального фильма "Любимое кино Сталина", показывает, как этот образ утверждался в массовом сознании через кино.

Социально-политический и социально-психологические подходы могут быть дополнены версией "опоздавшей модернизации" (модернизация "вдогонку"). Ее наиболее часто используют для объяснения причины возникновения тоталитаризма в СССР и некоторых современных авторитаритарных режимов. Опоздавшая модернизация представляет собой форму форсированного развития, когда предпринимаются попытки быстрого перехода общества на новый экономический, технологический и социальный уровень, демонстрируемый более развитыми странами (индустриализация в СССР, экономический рост современных стран Юго-Восточной Азии). Подобная форма модернизации содержит угрозу установления так называемых постмодернизационных диктатур. Под этим подразумевается резкое усиление роли государства в осуществлении всех преобразований. В нашей стране это проявилось в формировании командно-административной системы, взявшей на себя функцию мобилизации всех ресурсов общества для обеспечения плана индустриализации страны. Не случайно, что и в настоящее время большинство стран, пытающихся в экономике и технологии "догнать" развитые страны, представляют собой авторитарные политические режимы.

Остановимся на других условиях, способствующих возникновению авторитарных режимов. Авторитаризм может стать реакцией на социальное напряжение в обществе и политическую нестабильность, которые могут быть вызваны экономическими кризисами, резкой имущественной дифференциацией населения в сочетании с проблемами бедности и голода. Правящие элиты, пытаясь сохранить общественную стабильность, делают ставку на недемократические механизмы ее обеспечения.

Другими причинами могут стать:

обострение противоречий в этнорелигиозной сфере;

фрагментарная политическая культура, когда население ориентируется на разные идеологии и модели развития при одновременном отсутствии единых общенациональных ценностей;

неразвитость политических институтов, позволяющих выразить интересы различных слоев населения.

Наряду с внутренним напряжением, авторитаризм может утвердиться как ответ на внешнюю (реальную или мнимую) угрозу: возможность военных конфликтов, потери независимости. Одновременно авторитаризм может вырастать из политической пассивности народа, архаической политической культуры, из привычки "повиновения" власти.

Хотя авторитаризм часто выступает реакцией на внутреннюю нестабильность общества, сам он потенциально нестабилен.

Это связано с рядом причин:

отсутствие массовой поддержки и четко выраженного источника легитимности власти;

попытка держать общество в установленных властью рамках вызывает ответную реакцию демократической оппозиции;

нерешенность таких социальных проблем, как голод, абсолютная бедность населения. Например, в некоторых странах Юго-Восточной Азии и Африки отсутствуют элементарные социальные программы (в том числе и пенсионные);

углубление социального расслоения между богатыми и бедными, которое в ряде стран выступает обратной стороной быстрого экономического роста.

Наши рекомендации