Третьеиюньская политическая система (1907-1914)

Внутренняя политика.

Top

После революции в России возникла новая система политической организации государства, получившая название “третьеиюньская монархия”.

Внутреннюю политику правительства в этот период обусловливали объективные послереволюционные условия. С одной стороны, она была нацелена на подавление антиправительственного движения. С другой стороны, нельзя было не считаться с уроками революции, которые сви­детельствовали о необходимости проведения реформ для расширения социальной опоры верховной власти. В связи с этим во внутренней по­литике правительства прослеживалось две линии: наступление реакции во всех областях общественной жизни и лавирование между разными социальными силами. Первая линия реализовывалась административны­ми и идеологическими мероприятиями. Полицейско-чиновничьему ап­парату помогали печать и церковь. Вторая линия осуществлялась путем принятия и реализации новых законов.

Проведение контрреволюционной линии опиралось на “Положение об усиленной и чрезвычайной охране”. Местные власти получили право обыскивать помещения любых учреждений и организаций, арестовывать их членов. Тюрьмы были переполнены. Смертные приговоры и казни ста­ли повседневным явлением. Были разгромлены многие организации кре­стьян, студентов, демократической интеллигенции, закрыта часть проф­союзов, запрещено издание ряда демократических газет и журналов.

Наиболее ярко идейное наступление отразилось в сборнике статей о русской интеллигенции “Вехи” (1909 г.). В нем авторы отстаивали не­нужность, вредность революционных действий, благодарили “власть, которая одна своими штыками охраняет нас (либералов. – Авт.) от яро­сти народной”. Церковь призывала к христианскому смирению и со­трудничеству с правительством. Представители черносотенных органи­заций шли еще дальше, требуя смерти для всех революционеров, пре­кращения деятельности Думы.

Top

III Государственная дума.

Top

Возможность лавирования и заигрыва­ния правительства с разными политическими силами обеспечивал из­бирательный закон 3 июня 1907 г. Он изменил порядок думских выбо­ров. Рабочие потеряли половину выборщиков, а крестьяне больше по­ловины. Правительство убедилось в том, что нельзя рассчитывать на монархическую привязанность крестьянства, которую перевешивает ненависть к помещикам. Избирательного права были лишены 8 млн. жителей Урала, Сибири и Средней Азии. Число депутатов от нацио­нальных районов (Кавказ, Польша) сократилось втрое. Выборы в III Думу были не всеобщими, сословными и неравными, многоступенчаты­ми и не прямыми. Они проходили в обстановке террора, полицейских преследований.

III Государственная дума работала 5 лет с ноября 1907 по июнь 1912 г. В нее вошло: 32% “правых” депутатов; 33% октябристов соста­вили центр; 12% кадетов, 3% трудовиков, 4,2% социал-демократов и 6% от национальных партий заняли “левый” фланг. Ни одна из фракций не получила большинства. Результаты голосования зависели от того, куда качнется “центр”. Если к “правым”, то образовывалось “право- октябристское” большинство, поддерживавшее правительство. Если к “левым”, то создавалось “кадетско-октябристское” большинство, гото­вое к реформам либерально-демократического характера. Так сложился механизм парламентского октябристского маятника.

В послереволюционных условиях перед правительством по-новому встали три прежних вопроса: рабочий, национальный и аграрный. Пять лет Дума обсуждала 4 законопроекта о продолжительности рабочего дня, о страховании и пенсиях для рабочих. Принятый в 1912 г. закон о государственном страховании от несчастных случаев и по болезни рас­пространялся только на 15% рабочих и создавал видимость заботы правительства о них.

Национальная политика проводилась под лозунгом “Россия для рус­ских”, т.е. усилились русификаторские мероприятия. Они не находили поддержки у окрепшей национальной буржуазии. Шовинистические черносотенные организации разжигали национальную рознь и антисеми­тизм.

Top

Столыпинская аграрная реформа.

Top

Центральное место во внутрен­ней политике занимал аграрный вопрос. Борьба крестьян заставила пра­вительство отменить (ноябрь 1905 г.) выкупные платежи с 1906 г. напо­ловину, а с 1907 г. – полностью. Но этого было недостаточно. Крестья­не требовали земли. Правительство вынуждено было вернуться к идее отказа от общинного и перехода к частному крестьянскому землевладе­нию. Она высказывалась еще в 1902 г., но тогда правительство отказа­лось от ее реализации. П.А. Столыпин настоял на проведении реформы и поэтому ее назвали “Столыпинской”.

Реформа осуществлялась несколькими методами. 1) Указ 9 ноября 1906 г. разрешал крестьянину выход из общины, а закон 14 июня 1910 г. сделал выход обязательным. 2) Крестьянин мог потребовать объ­единения надельных участков в единый отруб и даже выселиться на отдельный хутор. 3) Создавался фонд из части казенных и импера­торских земель. 4) Для покупки этих и помещичьих земель Кресть­янский банк давал денежные ссуды. 5) Учитывая “земельный голод” в центре России, правительство поощряло переселение крестьян за Урал. Переселенцам давали ссуды для обустройства на новом месте, создавали казенные склады сельскохозяйственных машин, обес­печивали агрономические консультации, медицинскую и ветеринарную помощь.

Цель реформы состояла в том, чтобы сохранить помещичье земле­владение и одновременно ускорить буржуазную эволюцию сельского хозяйства, снять социальную напряженность в деревне и создать там прочную социальную опору правительства в лице сельской буржуазии.

Реформа способствовала подъему экономики страны. Сельское хо­зяйство приобрело устойчивый характер. Увеличились покупательная способность населения и валютные поступления, связанные с вывозом зерна.

Однако социальные цели, поставленные правительством, не были достигнуты. Из общины вышло в разных районах только 20-35% кре­стьян, так как большинство сохраняло коллективистскую психологию и традиции. Хуторское хозяйство завело лишь 10% домохозяев. Кулаки чаще выходили из общины, чем бедняки. Первые покупали землю у помещиков и обедневших односельчан, заводили рентабельное товарное хозяйство. Бедняки уходили в города или становились сельскохозяйст­венными рабочими. 20% крестьян, получивших ссуды Крестьянского банка, разорились. Около 16% переселенцев не смогли устроиться на новом месте, вернулись в центральные районы страны и пополнили ря­ды пролетариев. Реформа ускорила социальное расслоение – формиро­вание сельской буржуазии и пролетариата. Правительство не обрело в деревне прочной социальной опоры, так как не удовлетворило нужды крестьян в земле.

Top

Обострение социально-политической обстановки.

Top

С 1910 г. в Рос­сии наметилось нарастание нового социально-политического кризиса. “Правые” в Думе и черносотенцы были недовольны “излишним рефор­маторством” правительства. Помещики, не умевшие вести рентабельное хозяйство, требовали от правительства новых льгот и ссуд. Буржуазия настаивала на пересмотре налоговой системы, так как видела в казен­ных заводах, не плативших налогов, своих конкурентов. Интеллигенция была шокирована “разгромом” Московского университета, когда из не­го вынуждены были уйти лучшие профессора. Крестьяне требовали пе­редела земли, ликвидации помещичьего землевладения. Рабочие, вос­пользовавшись новым промышленным подъемом, вновь усилили стачеч­ную борьбу (Ленские события 1912 г.). Росло национально- освободительное движение на окраинах. Все это свидетельствовало о постепенном разложении третье июньской системы.

В конце 1912 г. прошли выборы в IV Государственную думу. Ее партийный состав почти не изменился и в ней сохранилось два боль­шинства (право-октябристское и октябристско-кадетское). Однако об­щественное движение значительно оживилось. Оформилась новая либе­ральная Прогрессивная партия. Ее возглавили представители крупной буржуазии – А.И. Коновалов, П.П. Рябушинский, С.Н. Третьяков и др. Они в своей программе выступали за конституционно-монархический строй, расширение прав Думы и ответственность министров перед ней. Прогрессисты занимали промежуточное положение между октябристами и кадетами, пытались добиться консолидации либералов.

Вступление России в первую мировую войну в 1914 г. вызвало большой патриотический подъем. На некоторое время утихли оппози­ционные выступления, почти все партии (кроме большевиков) поддер­жали правительство. Однако поражения на фронте, ухудшение матери­ального положения трудящихся, стачки рабочих, неспособность прави­тельства стабилизировать обстановку в стране – все это вызвало новое оживление оппозиционного движения. В 1915 г. часть депутатов Госу­дарственной Думы и Государственного совета образовали Прогрессив­ный блок. В него вошли октябристы, прогрессисты, кадеты, представи­тели националистических партий. Они потребовали создать правитель­ство, обладающее доверием общества и ответственного перед Думой.

Ситуация усугублялась тем, что постепенно падал авторитет верхов­ной власти из-за безраздельного влияния на царя и его жену Г.Е. Распу­тина. Известный как “сибирский пророк” и “святой старец”, он проник в дома высшей петербургской аристократии, прославился финансовыми махинациями, связями с подозрительными личностями, распутством и пьянством. Г.Е. Распутин вмешивался в государственные дела, смещал и назначал министров. “Распутинщина” была следствием и проявлением слабости, неспособности царя найти правильный курс во внутренней и внешней политике.

Монархисты сокрушались, считая, что этот авантюрист компромети­рует дом Романовых. Думские деятели из либеральных фракций стра­шились его угроз распустить Думу. Демократическая общественность смеялась над нелепым союзом царя и полуграмотного мужика. Стрем­ление смыть позор с династии и предотвратить очередной разгон Думы обусловило объединение монархистов и либералов. Однако убийство Г.Е. Распутина (в декабре 1916 г.) заговорщиками из высшей знати не спасло положения.

Царь все больше терял доверие народа. В высших эшелонах власти и среди думских депутатов стала созревать идея дворцового переворота с заменой царя и создания правительства, ответственного перед Думой. Начались совещания представителей разных политических партий, но они оказались бесплодными. Революция перечеркнула их планы, и ни­что уже не могло спасти монархию.

На рубеже XIX-XX вв. международная обстановка значительно из­менилась. Это было вызвано борьбой великих держав за передел мира, усилением тенденции к прямой аннексии различных территорий и пре­вращению их в колонии. Германская империя, созданная в 1870 г. и пропустившая этап первоначального раздела мира между капиталисти­ческими государствами, стремилась наверстать упущенное. В связи с этим резко обострились ее противоречия с Великобританией и Фран­цией. Кроме того, на мировой арене начали более активно действовать США и Япония, желавшие расширить сферы своего экономического и политического влияния.

Российская империя превратилась к концу XIX в. в мощную евро­азиатскую державу, обладавшую весомым международным авторитетом. Ее внешняя политика определялась географическим положением, гео­политическими, стратегическими и экономическими интересами. Одна­ко в выборе союзников и определении приоритетных направлений внешней политики было много противоречивого. Николай II и его ок­ружение проявляли также непоследовательность в методах осуществле­ния внешнеполитических задач. Часть правящей верхушки (С.Ю. Витте, П.А. Столыпин) понимала опасность вооруженных конфликтов для внутренней модернизации страны. Поэтому они настаивали на разреше­нии противоречий мирными дипломатическими средствами. Россия про­являла инициативы в вопросах разоружения, войны и мира (Гаагская конференция 1899 г.). Другая часть правящих кругов занимала экспан­сионистские позиции, выступала за дальнейшие территориальные при­обретения (A.M. Безобразов, А.П. Извольский, С.Д. Сазонов).

Top

Основные направления внешней политики.

Top

В конце XIX – начале XX в. сохранялись традиционные для России направления. Главным оставалось ближневосточное – Черноморские проливы и Балканы. Бал­канские народы, и получившие независимость, и остававшиеся под вла­стью Османской империи, продолжали видеть в России свою покрови­тельницу и союзницу. Однако укрепление дружественных отношений с ними натолкнулось на противодействие многих стран Европы.

На европейском направлении традиционные союзнические отноше­ния с центрально-европейскими державами (Германия и Австро- Венгрия) все больше охлаждались. Этому не смогли помешать неодно­кратные “родственные” встречи русского и германского императоров. Все попытки создания русско-французско-германского союза были об­речены на провал. В условиях глубокого франко-германского антаго­низма и усиления русско-германских противоречий Россия укрепляла союз с Францией, заключенный в 1891-1893 гг., и была вынуждена пой­ти на сближение с Англией. Этому способствовала новая расстановка сил в Европе.

В 1904 г. Франция и Великобритания, урегулировав спорные вопро­сы в Африке, подписали соглашение (от французского “entente cordiale” – сердечное согласие), создавшее основу для их международ­ного политического и военного сотрудничества. Перед лицом растущего германского милитаризма Россия примкнула к англо-французскому союзу. Однако в некоторых конфликтных ситуациях начала XX в. Франция и Англия не спешили оказать поддержку России. Это застав­ляло ее искать соглашения с германским правительством.

На рубеже XIX-XX вв. Россия активизировала дальневосточное на­правление своей внешней политики. В конце XIX в. Дальний Восток стал местом притяжения интересов всех великих держав. Слабый и от­сталый Китай подвергался империалистической агрессии многих стран. Свои зоны влияния (колонии) приобрели Англия, Германия, Франция. США провозгласили доктрину “открытых дверей и равных возможно­стей”, которая на практике приводила к экономическому закабалению Китая. Япония отторгла у него Корею, Тайвань, Пескадорские острова. Она претендовала на ведущую роль в Тихоокеанском регионе и под лозунгом создания “Великой Азии” готовила вторжение в Маньчжу­рию – северо-восточную провинцию Китая. Утверждение Японии около границ России угрожало безопасности восточных районов империи.

Top

Наши рекомендации