Борьба в человеческом обществе: социал-дарвинизм

Ранняя социологическая традиция в своем описании природы человеческого об­щества, его структуры и процессов часто исходила из идеи универсальности зако­нов живой природы, усматривая аналогии между социальным обществом и живот­ным миром, между жизнедеятельностью социума и человеческого организма. Не­удивительно, что истоками последующего исследования конфликтов в философской и социологической традиции стало рассмотрение процессов борьбы в обществе.

Борьба не является порождением людей. Наиболее законченное описание про­цессов борьбы и ее роли в животном мире принадлежит, конечно, Ч. Дарвину (и А. Уоллесу). Оно построено на идеях естественного отбора, в основе которого ле­жит борьба за существование, обеспечивающая выживание наиболее приспособ­ленных особей. Борьба как средство выживания связана с соперничеством за про­питание, территорию, особь противоположного пола или со стремлением к более высокому месту в иерархической структуре своей группы (Анцупов, Шипилов, 1996, с. 30).

Другая форма, в которой находит свое выражение борьба, — это игровое взаи­модействие животных. И. Хейзинга пишет об играх животных с элементами состя­зательности, имитирующих борьбу: щенята, хотя и «притворяются ужасно злыми», но соблюдают правила: «нельзя, например, партнеру по игре прокусывать ухо». При этом, «играя», они испытывают «огромное удовольствие и радость» (Хейзинга, 1992, с. 10).

Люди получили в наследство от животного мира те же формы борьбы. Стремле­ние к состязательности породило спорт, рыцарские турниры, интеллектуальные игры, разнообразные конкурсы и даже, по мнению некоторых специалистов, «поли­тические игры». По К. Боулдингу, одной из форм существования конфликта в обще­стве является так называемый «ритуальный конфликт», примерами которого он считает спорт и демократические выборы. Спорт — это конфликт, в нем имеют ме-

сто и выигрыш и проигрыш, однако, он носит ритуальный характер в силу использо­вания многочисленных правил и запретов. При этом необходимо наличие элемента случайности в том, кто выигрывает и кто проигрывает, поскольку если бы, напри­мер, одна команда все время выигрывала, то спорт потерял бы всякий смысл. С точ­ки зрения Боулдинга, демократические выборы родственны спорту, также включая в себя элементы ритуального конфликта (Boulding 1986).

В свою очередь борьба, в основе которой лежат проблемы выживания (террито­рия, пропитание, естественные ресурсы, власть и т.д.), приобрела характер войн, вооруженных конфликтов, дуэлей, забастовок и других самых разнообразных форм.

Не все разделяли точку зрения на человеческие проблемы как на аналог борьбы за существование в животном мире. В частности, определенную известность при­обрела работа П. Кропоткина «Взаимная помощь как фактор эволюции» (1902), где он писал: «...Практика взаимной помощи и ее последовательное развитие создали сами условия общественной жизни, благодаря которым человек смог развить свои ремесла и искусства, свою науку и свой разум; и мы видим, что периоды, когда ин­ституции, имевшие целью взаимную помощь, достигали своего высшего развития, были также периодами величайшего прогресса в области искусств, промышленнос­ти и науки» (Кропоткин, 1918).

Современный конфликтолог К. Боулдинг также считает, что «борьба за существо­вание», о которой писал Ч. Дарвин, — это скорее вводящая в заблуждение метафора, поскольку в действительности речь идет о взаимодействиях, направленных не столько на уничтожение «конкурентов», сколько на поиск оптимальной экологической ниши, обеспечивающей сосуществование и выживание животных (Boulding, 1986).

И все же описание социальных процессов в обществе под углом зрения борьбы за существование имело известную популярность в ранней социологии и стало ос­нованием возникновения школы социал-дарвинизма. Понятием социал-дарвинизма обозначают представления, в соответствии с которыми человеческое общество ин­терпретируется, прежде всего, в системе биологических понятий, опирающихся на законы естественного существования.

Один из представителей этой школы Л. Гумплович (1838-1909), автор книги «Расовая борьба», рассматривал общество как совокупность «групп людей, беспо­щадно борющихся между собой за влияние, выживание и господство» (История со­циологии, 1993. с. 60). В основе всех общественных процессов лежит стремление людей к удовлетворению собственных материальных потребностей, которое, по мнению автора, неизбежно сопряжено с применением насилия и принуждения. Со­ответственно социальная жизнь представляет собой процесс группового взаимо­действия, основной формой которого является борьба. Фундаментальные причины такого положения вещей коренятся в том, что «людям от рождения присуща взаим­ная ненависть, определяющая отношения между группами, народами, племенами и расами» (Гумплович, 1899, с. 79). Следствием этого является неустранимость конф­ликтов из жизни общества, по мере развития которого меняются лишь их формы.

Теория борьбы за существование стала предметом рассмотрения и другого пред­ставителя социал-дарвинистского направления в социологии — Г. Ратценхофера (1842-1904). И борьба за существование, и абсолютная враждебность рас входят, по его мнению, в число основных процессов и явлений социальной жизни, а базо­вым законом социологии должно быть «приведение во взаимное соответствие ин-

дивидуальных и социальных интересов». Еще один социал-дарвинист — У. Самнер (1840-1910) — считал естественный отбор и борьбу за существование неиз­бежными и универсальными условиями социальной жизни. Теоретические описания А. Смолла (1854-1926) строятся вокруг категории «интерес», которую он предла­гал считать основной единицей социологического анализа, а основным социальным конфликтом в обществе, соответственно, конфликт интересов.

Борьба Усилие одолеть противника, состязание двух сип, единоборство без оружия и без побоев и драки, где противники только стараются по­бороть друг друга, свалить с ног, духовное усилие или состязание на одоление чего-то, внутреннее борение, разлад ума и сердца. В. И. Даль

Благодаря работам Л. Гумпловича, Г. Ратценхофера, У. Самнера, А. Смолла и др. конец XIX — начало XX в. иногда считается начальным периодом в изучении конф­ликтов, заложившим основы школы социального конфликта в социологии (Беккер, Бесков, 1961). В соответствии с представлениями этой школы конфликт отождествляется с борьбой, которая, в свою очередь, рассматривается как форма (и воз­можно, основная) социального взаимодействия.

Между борьбой и конфликтом действительно много общего, что подтверждается обращением к содержанию понятия борьбы, например, в толко­вом словаре В. Даля.

Близкие значения борьбы приводятся в Grolier Multimedia Encyclopedia (1998): конфронтация между противостоящими группами, в которой каждая пытается нане­сти ущерб другой или взять над ней верх, в том числе и с помощью оружия; ссора или конфликт; физическое столкновение между двумя или более индивидами, включая спортивную борьбу, и т. д. Борьба, судя по контексту употребления этого понятия, — это борьба с чем-то или с кем-то («с врагом», «с грызунами», «с безумием», «с пло­тью», «с контрреволюцией» и др.), или против кого-то («против атомной угрозы», «против власти», «против крестоносцев»), или между кем-то и чем-то («между госу­дарствами», «между добрым, светлым началом и темным», «между единицами наслед­ственности» и др.). В борьбе присутствует то же противостояние, что и в конфликте, и она также предполагает активное действие, усилия, направленные на разрешение некоторого противоречия. В то же время борьба, опять-таки судя по контексту, не обязательно имеет определенного оппонента и может быть просто борьбой «за что-то»: «за жизнь на Земле», «за уборку урожая», «за счастье», «за идеализм», «за но­вую жизнь» и т. д. (все примеры приводятся по «Большой энциклопедии Кирилла и Мефодия»). Если же вернуться к пониманию борьбы в раннесоциологических пост­роениях, когда ее источники усматривались в инстинкте борьбы и во врожденно присущей человеку враждебности к другим, то она скорее превращается в борьбу всех со всеми.

Таким образом, понятия борьбы и конфликта не вполне совпадают по содержа­нию. Борьба, как и конфликт, в качестве необходимого компонента включает в себя активные усилия, направленные на решение имеющейся проблемы, однако как форма социального поведения она не всегда имеет строго направленный характер и ясного «противника» (хотя и может при конкретном взаимодействии персонифици­роваться). Эта неопределенность, а часто и откровенная метафоричность в упот­реблении понятия борьбы, видимо, и стали препятствием на пути превращения это­го понятия в научный термин.

Понятие же конфликта начинает занимать все более прочное место в теорети­ческих описаниях социологов, а явления конфликта — привлекать их самое при­стальное внимание.

Наши рекомендации