Я: А как я могу вылечить, если вы убеждены, что вылечить вас нельзя? Кроме того, назначения зам делали правильные, а. я ничем не отличаюсь от тех врачей, которые лечили вас раньше.

Вольная (более спокойно): А говорили, что вы можете лечить такие болезни.

Я: Да, иногда получается.

Больная: (несколько напряженно): Так вы отказываетесь меня лечить?

Я г Да. А какой смысл, если вы убеждены, что я вас не выле­чу? Лучше найти такого врача, которому бы вы доверяли. В атом я могу помочь.

Больная (с интересом): Доктор, а может, все-таки попробуем? Я: Можно попробовать. Только потребуется ваша активность. Больная (с чувством облегчения и энтузиазмом): Я буду вы-яолиять все ваши инструкции. Я: А вот этого как раз делать я не следует. Больная (удивленно): А как же тогда лечиться? Я: Мы будем с вами вместе работать. Из моих рекомендаций яы должны выбрать те, которые вам по душе. Вы вправе отказаться от такого метода, который вам не подходит или непонятен. Мы попробуем найти лучшим. Не должно остаться ничего неясного. Прежде всего мы должны разобраться в ме­ханизмах вашей болезни.

Дальнейшая беседа вызвала у больной большой интерес, я когда удалось установить истинную причину заболевания (на­пряженные отношения с мужем) и найти возможность кор­рекция ситуации при ее психологически грамотной поведения, настроение у больной стало приподнятым.

А так я провожу вводную беседу с больными при груп­повой психотерапии.

Я." Для чего мы с вами здесь собрались? Л.: Для того, чтобы вылечиться от невроза.

Я; Это ясно. А для чего здесь я? Б.: Чтобы нас лечить.

Я: Конечно, и для этого. А еще для чего? Какая моя основная цель?

Больные, (недоуменное): А какая же еще?! Я; Подумайте сами. Дяя два-три назад я даже и не подо­зревал о вашем существовании (на лицах некоторых больных появился гнев, стали слышны возмущенные голоса). У меня в жизни свои задачи, связанные с семьей, работой и т. п. (Напряжение в группе нарастает.) Но решить эти задачи я смогу лишь в том случае, если мне удастся добиться в вашей группе быстрого я стойкого выздоровления. Это для меня единственный путь, так как ничего другого делать я не умею. Я буду стараться вылечить вас ради себя. Вы же понимаете, что лучше человек делает то дело, в котором кровно заинте­ресован.

Больные быстро успокаиваются. Возникает живой интерес. В ходе дальнейшей дискуссии выясняется, что личные интересы неотделимы от общественных, что решит свои проблемы можно, только продуктивно общаясь со своим партнерами, что такому взаимодействию нужно учиться.

Поддерживание интереса как наиболее оптималь­ной эмоции, способствующей познавательной деятель­ности и стимуляции нервной системы, является основ­ной задачей психотерапевта. Именно на фоне интере­са больной может сам отказаться от своих иррациональ­ных невротических установок и мыслей, уяснить при­чины возникновения заболевания. Необходимо органи­зовать деятельность больного так, чтобы у него были реальные достижения, повышающие его самооценку и приносящие радость, которая имеет наибольшую адап­тивную ценность в плане протекания восстановитель­ных процессов (СЛгагс!, 1980).

Такой подход позволяет применить многие извест­ные психотерапевтические приемы и методики из дру­гих лечебных систем и модифицированные в свете це­ленаправленного моделирования эмоций.

Кроме упомянутых выше «сократического диалога» и парадоксальной интенции, использовались приемы когнитивной и поведенческой терапии, техника транс-актного и сценарного анализа Е.Вете (1976,1977), прак­тические упражнения, применяемые в группах встреч (С.Коеегз, 1975), гештальт-группах (Р.РегЬ, 1972), Т-группах (К.К.иоезгат, 1982) и др. Разнообразие психо­терапевтических приемов способствовало поддержанию стойкого интереса. Для каждого больного удавалось подобрать те приемы и методы, которые вызывали у него стойкий интерес, помогали достичь успехов в процессе лечения, приносили радость.

Групповая психотерапия сочеталась с индивидуаль­ной. За основу была взята методика Б.Д.Карвасарского (1985), в которой сочетаются дискуссия (две формы) и игровые методы. При ведении дискуссии в группе при­менялась техника трансактного и сценарного анализа, для чего больные обучались соответствующей термино­логии. Дискуссия имела две основные формы.

Тема первой формы дискуссии - сиюминутные жиз­ненные проблемы и ситуации, сложившиеся у больно­го в семье и на производстве и волнующие его.Основ­ная цель - показать, что действия партнеров, нанося­щие ущерб больному, во многом спровоцированы его собственным поведением, и дело не в них, а в нем са­мом. Сначала группа, используя законы общения, ана­лизировала поведение больного в рассматриваемой кон­фликтной ситуации. Затем разрабатывался и обыгры­вался сценарий его поведения в психотравмирующей ситуации. Роль больного играл другой больной или психотерапевт, а сам больной играл роль своего парт­нера. Довольно быстро становилось ясно, что при пра­вильных действиях больного его партнер не мог на­нести ему обиды. Затем больной пытался реализовать данный сценарий на практике и на следующем заня­тии рассказывал об этом.

Тема второй формы дискуссии - жизнь больного.Материалом служили составленные им биографические данные и дополнения, которые он вносил в ходе дис­куссии.Основными задачами былиопределение личност-яого комплекса и демонстрация того, что вся цепь жиз­ненных событии и развитие невроза определялись не только внешними обстоятельствами, но и структурой личностно­го комплекса. В ходе такой дискуссии больной осознавал необходимость работы над собой в плане коррек­ции характера (сценарное перепрограммирование).

Наши рекомендации