Глава 19. Волшебные премудрости 1 страница

Гермиона наблюдала, как друг в абсолютном молчании меряет шагами пустынный коридор, пребывая в каких-то своих мыслях, и гадала, все ли с ним в порядке. Он так ничего и не объяснил, только притащил ее на седьмой этаж и теперь с таинственным видом бродил туда-сюда, хмуро глядя себе под ноги.

Она огляделась по сторонам. Вокруг было совершено безлюдно. Гермиона вздохнула и снова посмотрела на друга.

— М-м, Гарри, ты собирался рассказать мне, что происходит, — напомнила она, уже не зная, чего ждать от Поттера.

Тот в ответ промычал что-то нечленораздельное и остановился, повернувшись спиной. Гермиона сердито поджала губы, прожигая взглядом взъерошенный затылок.

— Гарри, это уже не смеш…

Она замолчала, когда в сплошной стене появилась дверь.

Глаза Гермионы удивленно расширились. Гарри в пол-оборота взглянул на неё и открыл загадочную дверь, отступая в сторону:

— После вас.

Не сказав ни слова, она прошла вперед и, чуть помедлив, переступила порог. Поттер вошел следом и, закрыв за собой дверь, привалился к ней спиной, наблюдая за тем, как его подруга остановилась посредине комнаты, в некотором недоумении осматриваясь по сторонам.

— Это…

— Выручай-комната, — подсказал с легкой полуулыбкой Гарри.

— Поразительно, — выдохнула она, — я читала о ней в «Тайнах и Загадках Хогвартса». Выручай-комнату называли одним из неподтвержденных мифов школы.

— Ну, считай, уже подтвержденным, — весело заметил Поттер. — Эта комната на самом деле настоящее чудо! — сказал он, искренне радуясь, что наконец-то может поделиться этим секретом с Гермионой, и одновременно гадая, почему не привел её сюда раньше. — Она может предоставить практически что угодно, за исключением, пожалуй, еды.

— Даже книги? — глаза гриффиндорской отличницы вспыхнули азартом.

Гарри кивнул, лукаво ухмыляясь:

— Включая те, что находятся в Запретной секции.

— О, Мерлин, — теперь Гермиона выглядела так, словно попала в Рай при жизни. — Так вот, где вы с Томом постоянно пропадаете.

Гарри кивнул, решив, что про библиотеку Слизерина рассказывать не стоит — Гермиона не поймет. К тому же это было бы слишком жестоко — рассказать об огромной коллекции редчайших книг, которые она никогда не сможет прочитать, так как доступ к библиотеке был только у наследников основателя.

— Выручай-комната может принять любой облик, стоит только пожелать! — объявил он, отгоняя невольное чувство вины. В конце концов, Гермиона была его подругой, а он столько всего от неё скрывал.

— О, — она снова огляделась, — и ты пожелал, чтобы она выглядела, как кабинет профессора Грюма, потому что?…

— Мне так проще думать, — Гарри прошел вглубь комнаты и уселся за рабочий стол, заваленный пергаментами и свитками. — Я, конечно, смог представить только то, что запомнил, но хоть так.

— Ну, ты достаточно много запомнил, — насмешливо отметила Гермиона, взяв со стола банку с раствором, в котором плавало какое-то странное существо. Повертев ее в руках, девушка поставила банку обратно и села в кресло напротив Поттера. — Так ты расскажешь мне, что происходит?

Вместо ответа Гарри вдруг вызвал своего домовика и попросил привести к ним Арчера, как только тот проснется и позавтракает. Виви исчез, оставляя двух подростков в одиночестве. Поттер выдержал небольшую паузу, словно размышляя, стоит ли начинать разговор без лучшего друга, окинул воссозданную копию кабинета Грюма задумчивым взглядом и все-таки вытащил из сумки Карту Мародеров. Тома они могут ждать еще долго, а излишне темпераментная девушка напротив особенным терпением не отличалась и вполне могла начать допрос с пристрастием, если в ближайшее время не услышит объяснений. Сдвинув в сторону бумаги, он полностью развернул пергамент и разложил на столешнице, прошептав пароль, открывающий карту. Гермиона перегнулась через стол, с интересом наблюдая, как на бумаге постепенно появляется детальное изображение внутреннего устройства замка, и вскинула вопросительный взгляд на друга.

— Это Карта Мародеров, — пояснил Поттер, исследуя взглядом переплетения коридоров, нарисованных на пергаменте. — Её сделали мой отец, Сириус, Ремус и, хм, Петтигрю, когда здесь учились. На ней видны все, кто находится в Хогвартсе.

В ответ послышалось неопределенное «о», после чего Гермиона обратила внимание на карту. Гарри даже удивился, что она по своему обыкновению не стала заваливать его вопросами или обвинениями в том, что он не рассказывал про карту раньше.

— И на что мы смотрим? — несколько мгновений спустя, уточнила она.

— Вот на это, — Гарри нашел то, что искал, и ткнул пальцем в точку на карте.

Девушка нахмурилась:

— Я думала, что Барти Крауч болен, — сказала она, недоуменно наблюдая, как выше обозначенный волшебник преспокойно бродит по коридору третьего этажа. — Об этом даже в «Пророке» упоминали.

— Я тоже, — кивнул Гарри и, сделав глубокий вдох, пустился в пересказ событий прошлой ночи.

Он рассказал Гермионе о своей неудавшейся вылазке, о Грюме, который никогда не выходит из своего кабинета, и о Крауче, который почему-то изображает профессора ЗОТИ. Та слушала, не перебивая, и только все больше хмурилась. Когда Поттер замолчал, Гермиона ещё какое-то время безмолвно наблюдала за передвижениями точки с именем «Барти Крауч» по коридорам замка, после чего задумчиво протянула:

— Возможно, твоя карта просто ошибается.

Гарри покачал головой.

— Карта никогда не ошибается.

— Откуда тебе знать? — с сомнением уточнила она. — Ее сделали четверо подростков сто лет назад, возможно чары ослабели…

— Гермиона, поверь мне, карта не ошибается, — настаивал Гарри. — В прошлом году она утверждала, что по школе бродит, вроде как покойный, Питер Петтигрю, мы тогда тоже думали, что с картой что-то не так и были неправы. И потом, я её проверял. С чарами все в порядке.

— Как ты мог её проверять? — не поняла Гермиона.

Поттер с улыбкой пожал плечами:

— Я просто выяснил, как она устроена и убедился, что всё работает, как надо. И если сейчас карта показывает, что по школе ходит Крауч, а в кабинете сидит Грюм, значит, так оно и есть.

— Ну, хорошо, — всё еще не очень убежденно протянула Гермиона. — Давай, на мгновение, допустим, что Крауч изображает профессора Грюма. Зачем?

— Отличный вопрос! — ехидно заметил Гарри. — Именно это я и пытался выяснить.

— Вломившись к нему в кабинет? — язвительно уточнила та.

— Я искал настоящего Грюма, — проворчал Поттер.

— Как я понимаю, ты его не нашел, — заметила она, слизеринец мрачно кивнул. Гермиона хмыкнула: — Что опять же приводит меня к мысли, что все дело в карте.

— Да оставь ты карту в покое, — отмахнулся Гарри.

— Ну и где же, по-твоему, тогда был профессор Грюм? — насмешливо полюбопытствовала Гермиона, — прятался в шкафу, пока ты переворачивал ящики его стола?

Гарри глянул на подругу исподлобья. Иногда она жутко напоминала ему Долохову. Даже интонации были похожи.

— По-моему, ты переобщалась с Хельгой, — не сдержавшись, прокомментировал он. — Скоро тоже начнешь курить трубку и ругаться русским матом.

— Хельга никогда не опустится до грязной ругани, — оскорбилась за наставницу Гермиона.

— Ну, я не знаю, что она там тараторит на своем языке, когда злится, — отмахнулся Гарри. — Мы с Томом думаем, что это русский мат.

— Потому что вы дураки, — отрезала Грейнджер. — Хельга слишком хорошо воспитана для этого.

— Ты ее идеализируешь, — иронично сообщил Гарри. — Так вот, — он вернулся к прерванной теме, — я абсолютно точно уверен, что Грюм в кабинете, но не понимаю, где он, — он обвел взглядом воссозданную копию кабинета. — Не то что бы тут было много мест, где можно было спрятаться, так ведь?

— Маскирующие чары?

— Проверил. Не было. Ни маскирующих, ни дезиллюминационных, ни каких-либо других.

Гермиона с любопытством взглянула на него.

— А что ты собирался делать, если бы нашел в кабинете настоящего профессора Грюма?

Гарри от такого вопроса немного растерялся. Не то что бы у него был какой-то продуманный план, когда он отправлялся на разведку…

— Эм… ну, я бы спросил у него, что они с Краучем задумали, — неуверенно сказал он.

Гермиона смерила друга очень красноречивым взглядом.

— Отличный план, Гарри, просто замечательный, — язвительно прокомментировала она. — Ты не думал написать книгу «Список самых дурацких идей, чтобы нажить себе море проблем»?

— С Томом ты, кажется, тоже переобщалась, — проворчал себе под нос Поттер.

— Гарри!

— Да что такого могло случиться? — он беспечно пожал плечами. — Я же ничего противозаконного не делал!

— Ты, как минимум, без разрешения влез в кабинет профессора, — напомнила Гермиона, — что уже само по себе является серьезным проступком. Это могло бы стоить тебе кучи баллов! Или ты до конца года сидел бы на отработках после такого!

— Гермиона, по школе в обличии Грюма разгуливает Крауч, — закатил глаза Гарри. — А Грюм в это время почему-то сидит в своём кабинете. Я сильно сомневаюсь, что они стали бы рисковать своим прикрытием, чтобы назначить мне отработку. Даже если Грюм и видел меня в своем кабинете, он предпочел не обнаруживать свое присутствие.

— Да, но, если он тебя видел, то теперь знает, что ты в курсе подмены, — обеспокоенно сказала Гермиона.

— А вот и нет, — Гарри широко ухмыльнулся. — Он только знает, что излишне любопытный четверокурсник пробрался к нему в кабинет, чтобы потешить свое любопытство. Ничего криминального.

— О, и часто ты вламываешься в кабинеты учителей любопытства ради? — ехидно поинтересовалась Гермиона.

— Ну, честно говоря, в первый раз, — он наткнулся на её красноречивый взгляд и торопливо продолжил: — Но это не значит, что до меня никто не пробовал. Уверен, все так делают.

— Сильно в этом сомневаюсь, — пробормотала Грейнджер. — Ну, хорошо. Вот чего я не понимаю, так это зачем глава Департамента международного магического сотрудничества изображает бывшего аврора, когда этот самый аврор прячется в своём кабинете?

— Причем весьма талантливо изображает, — добавил от себя Гарри, припомнив, как вел себя Крауч в своём собственном обличии: ничего общего с тем, каким он был теперь, под личиной Грюма.

Подумав немного, Поттер не слишком убежденно предположил:

— Может быть, они пытаются вычислить того, кто подкинул в Кубок моё имя?

— И Барти Крауч, глава Департамента международного магического сотрудничества, вызвался добровольцем? — скептически уточнила Гермиона. — С чего вдруг он сам будет заниматься такими вещами? В Аврорате что, нехватка компетентных сотрудников?

— И как им вообще удалось провернуть такой трюк под носом у Дамблдора? — соглашаясь с подругой, хмыкнул Гарри. — Директор с Грюмом вроде как друзья… ну, или что-то вроде того… неужели он не заметил перемен в поведении Грюма?

— Возможно, директор в курсе подмены? — предположила Гермиона.

Поттер помассировал переносицу. Вся эта картина была какой-то жутко нелогичной, как ни посмотри.

— И что же получается? Дамблдор, Крауч и Грюм втроем затеяли этот нелепый, чудной маскарад, чтобы что? Вычислить воображаемого шпиона в Хогвартсе?

— Помнишь, ты говорил, что директор Каркаров был пожирателем смерти? — помедлив, протянула Гермиона. — Может так быть, что они за ним следят?

— Да может, конечно, — вздохнул Гарри, — но причем тут, Мерлина ради, Крауч? Согласись, было бы куда разумнее, если бы за директором Дурмстранга следил Грюм, из них двоих он куда более подходящая кандидатура. Крауч тут вообще лишнее звено. К тому же, он явно недолюбливает и Дамблдора, и меня. Он бы скорее согласился, что я сам подбросил своё имя в Кубок, чем стал бы устраивать такой балаган ради того, чтобы вычислить шпиона, которого тут может даже не быть. Когда Кубок выбросил моё имя, он вообще угрожал мне допросом в Аврорате! — Гарри резко стих, сообразив, что начал слишком уж громко и эмоционально излагать мысли, и в некотором смущении прочистив горло, продолжил уже куда спокойнее: — В общем, я пытаюсь сказать, что помимо Крауча, у Дамблдора достаточно других доверенных лиц, кому это можно было бы поручить.

Грейнджер непонимающе нахмурилась:

— Ну и что ты предполагаешь? Что этот маскарад профессор Грюм и мистер Крауч устроили, никого в это дело не посвящая?

Поттер пожал плечами.

— Да черт их знает. Я вообще не понимаю, для чего они всё это затеяли.

Гермиона ещё какое-то время задумчиво хмурилась.

— Гарри, все-таки это совсем глупость. Не будет Крауч устраивать такой цирк под носом у Дамблдора, не поставив того в известность. Он же министерский чиновник, а не сыщик. Даже если бы они с профессором Грюмом действительно затеяли эту подмену, кто-нибудь уже давно бы заметил.

— Я и сам об этом думал. Но как тогда это объяснить? — Поттер откинулся на спину стула, прикрыв глаза. — Наверное, стоит как-то разузнать о том, кто может быть в курсе подмены. Например, Перси Уизли? Он ведь помощник Крауча и должен что-то знать.

— И как ты это представляешь? Письмо ему напишем? — фыркнула Гермиона. — «Дорогой Перси, расскажи нам, пожалуйста, зачем твой начальник уже несколько месяцев изображает профессора Грюма, в то время как сам профессор Грюм безвылазно сидит у себя в кабинете? Мы просто тут подумали, вдруг ты в курсе?», — она закатила глаза, — уверена, он сразу же всё тебе расскажет.

Гарри раздраженно взглянул на подругу:

— Я просто предложил.

— К тому же, чтобы бросаться такими заявлениями, нужно иметь хоть какие-то доказательства, — продолжила размышлять Гермиона. — Вряд ли упоминание о твоей карте кого-то убедит, — она помолчала. — Оно и меня-то не слишком убедило.

— Я про карту и не собирался никому рассказывать, — проворчал Поттер.

— А как ты тогда хочешь объяснить свою осведомленность? — удивилась Гермиона, которая была уверена, что друг планирует использовать карту мародеров как доказательство.

— Это зависит от того, будем ли мы кому-то рассказывать о подмене, — резонно заметил Поттер.

— Что значит «будем ли рассказывать»? — Грейнджер изумленно взглянула на него. — Мы, как минимум, должны проинформировать директора, — при этих словах Поттер недовольно скривился, но высказаться девушка ему не дала, продолжая свою мысль. — Если профессор Дамблдор что-то знает, то расскажет нам, а если нет — примет меры.

— Да, конечно, прямо возьмет и всё сразу расскажет, — саркастично хмыкнул Гарри.

— И когда это в последний раз наш «золотой» директор предпринимал хоть какие-то меры? — добавил насмешливый голос от двери.

Гарри и Гермиона одновременно обернулись: на пороге, привалившись плечом к косяку и скрестив руки на груди, стоял Арчер.

— И давно ты тут подслушиваешь? — пробурчал Поттер.

— Не очень, — признал Том, — я всё ждал подходящей фразы, чтобы эффектно вмешаться в разговор, — он прошел вглубь кабинета, иронично рассматривая обстановку. — Интересное решение, Гарри, — прокомментировал он. — Примериваешь на себя образ профессора ЗОТИ? Не думал, что тебя вдруг потянет к преподаванию.

Поттер усмехнулся.

— А что такого? Эта работа не лучше и не хуже остальных, — заметил он.

— Ну, то, что не лучше, это точно, — фыркнул Арчер. — Так о какой подмене речь?

Гарри немного поворчал о том, что теперь ему придется все заново пересказывать, но все же ввел друга в курс дела. Когда он замолчал, Арчер, который до этого бродил по кабинету, скучающе рассматривая обстановку, со вздохом покачал головой:

— Совет на будущее, Гарри, никогда даже не думай о том, чтобы начать карьеру сыщика, у тебя это до обидного паршиво выходит.

— Спасибо большое, — насупился Поттер.

— Мне не жалко ценного совета для друга, — великодушно улыбнулся Том, усевшись на край стола. — Особенно, если друг — идиот.

— Почему это?!

— Ну, во-первых, какого дьявола ты поперся на разведку один? — все так же спокойно осведомился Том.

— Не хотел тебя будить, — пробубнил Гарри.

Арчер смерил его красноречивым взглядом, словно спрашивая: «Ты серьезно или издеваешься?»

— Если память мне не изменяет, ты без особых зазрений совести растормошил меня сегодня посреди ночи, — известил он. — Уточни, пожалуйста, когда конкретно ты заботливо решил меня не будить? Когда тряс меня как грушу или когда я уже проснулся? Ты в курсе, что с твоей логикой что-то серьезно не в порядке?

Гарри помолчал, гадая, стоит ли упоминать о кошмаре при Гермионе.

— Ты вроде как был не в настроении разговаривать, — осторожно напомнил он.

— Да, когда ты начал блеять что-то вроде «ой, извини Том, я разбудил тебя в четыре утра просто потому, что мне приспичило тебя разбудить в четыре утра, спи теперь дальше». Скажи спасибо, что я тебя не проклял вообще.

Гарри закатил глаза:

— Ты драматизируешь.

— Ничего подобного, — усмехнулся Том. — Я всего лишь негодую. Итак, — продолжил мысль он, — ты благополучно решил пройтись по школе в одиночку, разнес школьное имущество, собрал в одном месте и в одно время самый малоприятный контингент школы, чудом избежал неприятностей, а потом, на следующее же утро, вломился в кабинет Грюма, где предположительно находился сам Грюм, и, ничуть не смущаясь, лазил по его шкафам и ящикам, даже не беспокоясь, что тебя могли видеть? И ты еще спрашиваешь, почему я назвал тебя идиотом?

— И что с того, что меня могли видеть? — не отступал Гарри.

— А, то есть ты даже об этом не подумал? — почти с жалостью уточнил Том, явно начиная злиться.

— Я вообще не понимаю, какой смысл Грюму было прятаться, если он знал, что я в его кабинете? — пожал плечами Поттер.

— Ой, дай подумать? — ядовито протянул Том. — Как насчет попытки сохранить секрет от настырного студента, который вечно сидит по уши в неприятностях и явно втянет в эти неприятности всех невиновных, случайно оказавшихся поблизости? Гарри, ну включи же свои мозги, ведь для чего-то они у тебя в лохматой черепушке есть! Если эта парочка конспираторов устраивает под носом директора балаган с игрой в переодевание и никого в это не посвящает, то вряд ли она захочет посвятить в это сопливого школьника, от которого и так полно проблем.

— Ты сегодня какой-то особенно «милый», Том, — обиделся Гарри.

— Потому что ты ведешь себя как недоумок, — строго отрезал Арчер. — Ты хоть на секунду задумался, чем это может тебе грозить?

— Вот именно, Гарри, — Гермиона в абсолютном молчании слушала перепалку друзей, но тут всё же не сдержалась. — Ты же мог сорвать все расследование. Крауч и так тебя не любит, представь, что он может тебе устроить, если узнает?

— Да, конечно, — саркастично протянул Том, — именно это меня и беспокоит, — он закатил глаза. — Вам, гениям, не пришло в голову, что они не шпиона в Хогвартсе ищут?

— В смысле? — Гарри вытаращил глаза на друга. — Ты думаешь, это они подбросили моё имя в кубок?

— Вполне допускаю эту мысль, — спокойно кивнул Том.

— Мне как-то мало верится, что Аластор Грюм, который всю жизнь боролся с пожирателями и Волдемортом, желает Гарри зла, — нахмурилась Гермиона.

— Если ты забыла, Грюм и из кабинета не выходит, — сообщил Арчер. — И получается, что всем тут заправляет Крауч. И почему, хотелось бы знать, он соврал, что болен, а сам изображает Грюма? Возможно, у него есть какой-нибудь план, чтобы дискредитировать Гарри в глазах общественности. Взять хотя бы ту же Скитер. Мы ведь до сих пор не знаем, где она собирает компромат.

— Считаешь, Крауч её снабжает информацией? — уточнил Поттер.

— Как вариант, — ответил Том. — Возможно, это одна из причин, почему Скитер ничуть не беспокоится за свою репортерскую карьеру, скармливая читателям всю эту лабуду насчет тебя.

— То есть, по-твоему, Крауч занял место Грюма, чтобы шпионить за мной и подбрасывать Скитер всякие подробности моей жизни? — скептически протянул Гарри. — Как-то это уж совсем глупо на мой взгляд. Да и причем тут тогда Грюм? — он фыркнул. — Что-то не припомню, чтобы я так сильно ему насолил, чтобы он согласился помогать Краучу. Да и глупо это, — Гарри развел руками, — ну вот совсем глупо.

— Нужно все-таки рассказать Дамблдору, — сказала Гермиона. — Покажем ему карту, объясним то, что видели, уверена, он поможет.

— Показать карту Дамблдору? — ахнул Гарри. — Ну уж нет. Она мне еще нужна, спасибо большое.

— Думаешь, он заберет у тебя вещь, доставшуюся от отца? — покачала головой Гермиона. — Он не станет этого делать.

— Я бы не был в этом так сильно уверен, — пробурчал Поттер.

— Гарри, он подарил тебе мантию-невидимку на первом курсе! Не то что бы это была очень подходящая вещь для ребенка, — напомнила девушка.

— Он мне её не подарил, а вернул, — упрямо нахмурился тот. — И это он сделал по собственной доброй воле. А вот о карте он не знает. И я не собираюсь его просвещать.

— Но ведь Дамблдор…

— Да оставь ты в покое Дамблдора, — нетерпеливо отмахнулся Арчер. — Он только все испортит.

— Почему вы так ему не доверяете? — нахмурилась Гермиона. — Он директор и очень влиятельный и могущественный волшебник. Кто, как не он, сможет решить все это?

На этих словах Арчер издал язвительный смешок, обратив на Гермиону ироничный взгляд:

— О, да, конечно, он-то всё мигом решит! — хмыкнул юноша. — Так же, как решил проблему с отравлением Гарри на первом курсе. Или, возможно, историю с Василиском на втором? Или, быть может, он как-то помог Сириусу, когда его без суда запихнули в Азкабан? Или когда в прошлом году Питер Петтигрю обнаружился в школе? Или когда похитили Гарри? О! Или когда волшебная кора Гарри разваливалась на части? Он тогда придумал просто гениальное решение — блокировать его магию и превратить Гарри в чёртова сквиба. Воистину, он шикарно решает все проблемы, Гермиона, — под конец этой речи на губах Тома по-прежнему играла улыбка, но глаза были холодны как лед. — И ты еще спрашиваешь, почему мы ему не доверяем?

Гермиона поняла, что этот спор ей не выиграть

— Но надо же хоть кому-то рассказать! — беспомощно произнесла она. — Нельзя просто узнать такой секрет и оставить его при себе. Это может быть опасно, в конце концов!

— Может, Снейпу рассказать? — помолчав, предложил Гарри.

— Нет, — в один голос отрезали Том и Гермиона.

— Почему? — расстроился Поттер.

— Он тут же расскажет Дамблдору, — закатил глаза Том, а Гермиона одновременно с ним произнесла:

— Он же бывший Пожиратель Смерти.

Оба слизеринца непонимающе взглянули на девушку.

— А это тут при чем? — нахмурился Гарри.

— При том, — вздохнула Гермиона, — что ему не стоит доверять.

— Ты не права, — покачал головой Поттер и тут же сменил тему. — Может, Сириусу рассказать?

— Ему тем более рассказывать не стоит, — фыркнул Том. — Он взбесится и наломает дров.

— И что ты предлагаешь? — раздраженно уточнила Грейнджер. — Просто промолчать?

— Давай подождем немного и понаблюдаем? — предложил Гарри. — Не стоит что-либо сейчас предпринимать. Слишком всё непонятно. Если мы сейчас необдуманно вмешаемся, то можем все только испортить. Лучше попробуем незаметно выяснить, что происходит.

— При условии, что ты не сдал себя с потрохами, пока шарил в кабинете Грюма, — отстраненно напомнил Том.

Гарри пожал плечами.

— Даже если Крауч теперь знает, что мы знаем, что Грюм знает, что мы знаем, он же не знает, что именно мы знаем.

— Я даже комментировать это не хочу, — Том поморщился, помассировав виски.

— Тогда, думаю, решено! — оживленно хлопнул в ладони Гарри. — Ждем и наблюдаем?

Он выжидательно посмотрел на Гермиону. Она несколько мгновений в молчаливой задумчивости кусала губы, после чего нехотя кивнула:

— Хорошо. Мы подождем.

Ещё некоторое время разговор вращался вокруг разного рода предположений, но как ни пытались, друзья так и не смогли придумать ни одной мало-мальски разумной причины для такой подмены и, сдавшись, оставили тему, договорившись вернуться к ней, когда у них появится новая информация. Том хотел еще немного понаблюдать за картой и посмотреть, действительно ли Грюм не покидает своего кабинета. Гермиона все еще настаивала, что стоит хоть кому-то рассказать, в итоге слизеринцы согласились, что если ситуация никак не изменится, они расскажут Люпину. Он не был так эмоционален, как Сириус, и, возможно, мог бы посоветовать что-нибудь действительно стоящее.

На этом все трое разошлись по своим делам. Гермиона отправилась в библиотеку, а Гарри и Том вернулись в слизеринское общежитие. Всю дорогу Арчер ворчал, что показывать Гермионе Выручай-комнату было плохой идеей и явно дулся из-за того, что прошлой ночью Гарри отправился на разведку один, ничего ему не рассказав. Поттер на недовольство друга реагировал смиренным молчанием, решив дать тому возможность выпустить пар. В конце концов, в какой-то степени тот имел право злиться.

* * *

Всё воскресенье Гермиона не находила себе места. Ей совершенно не нравилась идея просто молча наблюдать за происходящим и ничего по этому поводу не делать. Творилось нечто очень странное, а эта парочка гениев из подземелья просто решила оставить все как есть! Она и так, и эдак прокручивала в голове возможные причины подмены, но не могла понять, зачем мистеру Краучу и профессору Грюму этот маскарад. В одном Гарри был прав — вся эта ситуация была до ужаса нелогичной. Но как же быть?

До самого вечера она продолжала мысленную дискуссию с совестью и здравым смыслом. В итоге, как обычно, победил последний, и, проворочавшись до глубокой ночи в кровати, терзаемая сомнениями, Гермиона все-таки приняла то решение, которое казалось ей правильным.

Выбравшись из кровати, она тихо, чтобы не разбудить соседок по спальне, оделась и спустилась в гостиную, где к этому позднему времени никого уже не осталось, а комната была погружена в темноту. Остановившись на последней ступени, Гермиона мгновение помедлила, задаваясь вопросом, правильно ли она поступает, потом тряхнула головой, отгоняя последние сомнения, и уверенно вздернув подбородок, пересекла гостиную. Она уже стояла у самого выхода, собираясь открыть проход, ведущий в коридор, когда все свечи и огонь в камине одновременно вспыхнули, заливая гостиную мягким оранжевым светом. Гермиона вздрогнула, резко обернулась и застыла, в изумлении распахнув глаза.

Развернув в пол-оборота кресло, что стояло у камина, закинув ноги на подлокотник, в нем с комфортом расположился Томас Арчер. На Гермиону он даже не смотрел, и вместо этого задумчиво разглядывал волшебную палочку, которую крутил в руках.

Несколько долгих мгновений в комнате витала напряженная тишина. Грейнджер ничего не говорила, в молчаливом неверии наблюдая за неожиданным гостем, которому, признаться, было совсем не место в гриффиндорской гостиной. Том тоже разговор начинать не спешил. Наконец, Гермиона шевельнула губами, делая глубокий вдох.

— Что ты здесь делаешь, Том?

Он оторвался от созерцания своей волшебной палочки и, подняв голову, без всякого выражения взглянул на гриффиндорку:

— В гости зашел, — спокойно сказал он. — Давно хотел посмотреть, как выглядит ваша гостиная.

От такого ответа Гермиона на миг растерялась, но, быстро взяв себя в руки, вопросительно подняла брови:

— Ну и как?

— Да так себе, — буднично протянул Арчер. — Чересчур красно-золотая, как по мне.

Её губы дрогнули в невольной полуулыбке.

— Это дело привычки, думаю, — сообщила девушка и, помолчав, поинтересовалась: — Как ты сюда попал?

— С поразительной легкостью, честно говоря, — Том пожал плечами. — Проще было бы только, если бы вы, гриффидорцы, на стене у входа пароль написали.

— Ты подслушал? — уточнила Гермиона.

Ничего на это не ответив, Арчер только хмыкнул, продолжая пристально наблюдать за собеседницей.

— Мне вот любопытно, куда это ты собралась так поздно ночью? — отстраненно поинтересовался он.

Гермиона сжала губы в тонкую линию.

— А как это касается тебя, скажи на милость? — сухо ответила она.

— Дай подумать, — он сделал вид, что задумался на секунду, после чего бросил на неё насмешливый взгляд: — Если это как-то связанно с тем, что ты собралась доложить о Крауче и Грюме Дамблдору, то это определенно меня касается.

— С чего ты взял, что я собралась к директору? — нахмурилась Гермиона.

— Да с того что у тебя на лбу всё было написано, — закатил глаза Том.

— Ты знаешь, это даже обидно немного, что ни ты, ни Гарри совсем мне не доверяете, — помедлив, сказала она, делая шаг навстречу Тому. — Как можно называть человека другом и раз за разом отталкивать его?

— В том-то и дело, Грейнджер, — она вздрогнула от этого обращения и от того, каким холодным сделался его голос, — ты никак не поймешь, да? Доверие строится именно на таких ситуациях. Гарри доверил тебе секрет, и что же ты делаешь? Бежишь рассказать об этом кому-то еще? Неужели ты так и не поняла, что порой нужно просто уважать чужие тайны? Чужую жизнь? Даже если ты не согласна. Даже если считаешь, что поступаешь правильно. Даже если веришь, что тем самым помогаешь. Прошлогодняя ситуация с «Молнией» тебя ничему не научила?

Гермиона подавила желание отвернуться от его ледяного взгляда и упрямо свела брови у переносицы:

— Тебя, и Гарри тоже, похоже, ничему не научили прошлые ситуации, — в тон ему бросила она. — Вспомни, сколько раз ваша с ним безопасность оказывалась под угрозой именно потому что вы, парочка гениев, считали себя выше того, чтобы просто попросить помощи. Поэтому ты можешь и дальше сидеть тут и разглагольствовать на тему того, какой ты замечательный друг, раз так трепетно хранишь все ваши секреты, а я сидеть сложа руки отказываюсь.

Наши рекомендации