Предмет религиоведения 3 страница

мнению, экономическое объяснение носит ничуть не более исчерпы-

вающий характер, чем выведение капитализма из тех или иных пре-

образований религиозного сознания10.

Инструментом познания социальной действительности являются,

по М. Веберу, идеальные типы. Они конструируются познающим субъ-

ектом в соответствии с определенной точкой зрения, на основе того

или иного культурного интереса. Этот мысленный образ не является

воспроизведением исторической реальности, а создается посредством

одностороннего "усиления" определенных элементов действительности.

В идеальном типе фиксируются не родовые признаки, а своеобразие

явлений культуры. В реальной действительности такой мысленный

образ в его понятийной чистоте нигде эмпирически не обнаруживается.

Идеальный тип предназначен для измерения систематической харак-

теристики индивидуальных, т. е. значимых в своей единичности, свя-

зей. Соотнесение и сопоставление эмпирической данности с идеальным

типом помогают осознать ее практическое Культурное значение.

Применение метода конструирования при анализе религиозных

явлений позволяет создать соответствующие идеальные типы -

"христианская вера", "церковь", "секта", "христианство средних ве-

ков", "христианство", "религия".

Объектом социологии М. Вебер считает не любой вид внутреннего

состояния или внешнего отношения индивидов, а социальное действие.

Она призвана дать истолковывающее понимание и посредством этого

каузальное объяснение такого действия. Действие индивида становится

социальным, если имеет смысл, субъективно осмысленно соотносится

с действиями других людей, ориентировано на ожидание определен-

ного поведения других и в соответствии с этим сопровождается субъ-

ективной оценкой шанса на успех собственных действий.

По мнению М. Вебера, предпосылку религии образует проблема

смысла, которая возникает из переживания "иррациональности мира"

и человеческой жизни, В экстремальном виде эта иррациональность

проявляется в смерти, страдании, гибели, нравственной испорченности.

М.Вебер характеризует религию как способ придания смысла социаль-

ному действию: в качестве явления культуры задает и поддержива-

ет соответствующие смыслы, тем самым вносит "рациональность" в

объяснение мира и в повседневную этику.

Религия концентрирует значения, на ее основе переживание мира

переходит в мироосознание, в котором вещам придается определенное

значение. Мир становится ареной действия демонов, душ, богов, свер-

хъестественных сил. Неоднородные элементы действительности спле-

таются в систематизированный космос. Данные эмпирического опыта

объединяются более или менее рациональным способом в представ-

ление о мире, которое квалифицирует происходящие события как

смыслозначимые или бессмысленные. Особое значение в человеческой

жизни имеют отдаленные цели, и прежде всего цель всех целей,

синтезирующая другие, более частные, цели. Эту цель предлагает

основополагающая нравственно-религиозная идея спасения, воздаяния

за беды, невзгоды и несчастья, пережитые человеком в жизни.

Религиозная интерпретация мира является средством овладения

миром, освоения многочисленных смыслов окружающей действитель-

ности. Вероучение обеспечивает религиозное смыслоозначение повсед-

невной жизни людей. Религия задает иерархически построенную

систему норм, в соответствии с которой одни действия разрешены,

другие запрещены, и тем самым определяет моральные позиции по

отношению к миру. Религиозность является побудительной силой,

мотивом определенного рода социального действия, направленного на

овладение миром. Религия воспитывает у своих последователей спо-

собность рационализации окружающей действительности.

В исследовании религии для М. Вебера главным является "обна-

ружение тех созданных посредством религиозных верований и

практики религиозной жизни психологических стимулов, которые ука-

зывали направление поведению и удерживали индивидуум в нем"11.

Значение религиозных стимулов анализируется в контексте их

влияния на развитие капитализма в Западной Европе. Наиболее

"рациональным" типом хозяйствования считается капиталистическая

система, которой присущ "дух капитализма". "Дух капитализма"

понимается как "этически окрашенная жизненная максима", возбуж-

дающая стремление к богатству и обусловливающая "рационализацию"

получения дохода. М. Вебер находит источники развития капитализма

в особенностях протестантизма. Он полагает, что исходным пунктом

"духа капитализма" явилась идея призвания, что решающую роль в

его утверждении сыграл аскетический протестантизм в кальвинистской

разновидности. Неутомимый "труд по призванию", "самоотречение во

имя труда по призванию" (аскеза), систематический самоконтроль,

выдвинутые кальвинистами, соответствовали потребностям

капиталистического хозяйства. То обстоятельство, что кальвинизм рас-

сматривал "труд по призванию" как средство "религиозной гигиены"

и даже "знак милости божией", сделало его носителем "духа

капитализма". "Рационализация" в ходе Реформации христианских

представлений -выступает, таким образом, решающим фактором

"рационализации" системы "хозяйствования". Капитализм не мог бы

получить такого развития на Западе, если бы ему не предшествовало

формирование "духа капитализма" под влиянием "хозяйственной

этики"-кальвинизма.

Французский социолог и философ Э. Дюркгейм (1858 - 1917)

стоял на позициях позитивизма, в качестве фактической базы исполь-

зовал данные этнографии. Он руководствовался принципом

социологизма, согласно которому общество представляет собой особую

реальность, включающую "социальные факты", не сводимые к эко-

номическим, психологическим, физическим и другим фактам,

"Социальные факты" объективны, существуют независимо от индивида

и имеют принудительную силу по отношению к нему* Среди фактов

выделяются морфологические, образующие "материальный субстрат"

общества - плотность населения (частота контактов и интенсивность

общения людей), пути сообщения, поселения и т. д., а также духовные,

нематериальные факты - "коллективные представления", которые в

совокупности составляют коллективное или общее сознание. Э. Дюр-

кгейм отвергает сведение социального к биологическому и психо-

логическому: необходимо объяснять "социальное социальным". Для

такого объяснения используется идея общественной солидарности.

Религия представляет собой "социальный факт", и нужно вы-

яснить, из каких элементов она состоит, какие причины ее производят,

какие функции она выполняет. По мнению Э. Дюркгейма, идея свер-

хъестественного, Бога присуща лишь некоторым религиям, и уж тем

более она чужда первобытным народам. Эта идея появляется лишь

на определенной стадии развития, а потому неприменима для общего

определения религии. Он различал "священную" и "профанную"

области. Священное производится обществом, наделено особым мо-

ральным авторитетом и властью. Ему приписываются два свойства: за-

претность, отделенность от всего прочего и способность быть объектом

любви и уважения; оно - источник принуждения, запрета и однов-

ременно предмет поклонения. Сферу "профанного" образует повсед-

невная жизнь с частными интересами, обычными занятиями,

эгоистическими наклонностями. С помощью разделения "священного"

и "профанного" Э. Дюркгейм дал следующее определение религии:

"Религия представляет собой целостную систему верований и обрядов,

относящихся к священным вещам, т. е. вещам отделенным, запретным;

это система таких верований и обрядов, которые объединяют в одну

моральную общину, называемую церковью, всех тех, кто признает эти

верования и обряды"12. Религия есть особая форма выражения обще-

ственных сил, которые стоят выше индивидов и подчиняют их себе,

она представляет собой "систему идей, при помощи которой индивиды

представляют себе общество, членами которого они являются, и тем-

ные, но интимные связи, которые они с ним имеют"13. Религия дает

понимание социальной реальности в мифологической форме, пытается

перевести социальные отношения на понятный язык. Э. Дюркгейм

специально подчеркивал наличие в религии системы знаков и симво-

лов, выражающих содержание социальной жизни. Коллективный спо-

соб жизнедеятельности, общество составляют ту объективно

существующую реальность, которая является причиной, объектом и

целью религиозных верований и ритуалов. Источником религии Э.

Дюркгейм считает общественно-психологический процесс общения,

коллективную психологию, возникающую на базе внеэкономической,

непроизводственной деятельности.

Со своей стороны религия выполняет ряд функций, главными из

которых являются создание и укрепление общественной солидарности.

Религия посредством прежде всего культа конституирует общество как

целое: подготавливает индивида к социальной жизни, тренирует пос-

лушание (дисциплинирующая функция), укрепляет социальное

единство (сплачивающая функция), поддерживает традиции, веро-

вания, ценности (воспроизводящая, транслирующая функция), воз-

буждает чувство удовлетворенности, социальный энтузиазм

(воодушевляющая, эйфорическая функция). Религия выполняла и вы-

полняет также и познавательную функцию, хотя эта функция стала

присущей по преимуществу науке. "Неверно, - писал Э. Дюрк-

гейм, - что наука, с одной стороны, и мораль и религия, с другой,

представляют собой виды... антиномий, поскольку эти две формы че-

ловеческой активности в действительности происходят из одного и того

же источника"14. Но все же наука, так же как и другие области ду-

ховной деятельности, постепенно оттесняет традиционные религии,

область последних все более сокращается по сравнению с областью

повседневной жизни, развиваются нетрадиционные формы

религиозности.

На основе анализа австралийской тотемной системы Э. Дюркгейм

сделал вывод о тождестве религиозного и социального. Он считал кол-

лективные представления и чувства, возникающие в процессе

общения, религиозными представлениями и чувствами. "Священные"

вещи представляют собой символы общественного единства. У авст-

ралийских туземцев в качестве символа клана выступает тотем. И сов-

ременное общество религиозно, даже если интеграция находит

выражение .в национальных и политических символах. Э. Дюркгейм

считал однотипными собрания христиан, ритуально отмечающих со-

бытия из жизни Христа, или иудеев, празднующих исход из Египта,

провозглашение десяти заповедей, с собраниями граждан в память ка-

кого-нрбудь национального события.

Э. Дюркгейм внес существенный вклад в разработку структурно-

функционального подхода; идеи этого подхода были развиты извест-

ными этнологами и социальными антропологами А.

Радклифф-Брауном (1881 - 1955) и Б. Малиновским (1884 - 1942) и

особенно американскими социологами Т. Парсонсом (1902- 1979) и

Р. К. Мертоном (р. 1910). Общество рассматривается как иерархиче-

ская система, состоящая из некоторого множества подсистем (элемен-

тов), в центре внимания находятся проблемы структурирования,

дифференциации, функционирования, интеграции, равновесия,

стабильности, статусов, ролей, норм, образцов, ожиданий и т. д.

А. Радклифф-Браун исходил из общества как.целого и имел на-

мерение обнаружить слаженную работу его частей. Соответственно

уделял преимущественное внимание анализу структуры общества,

стремился выделить в институтах, разделенных временем и простран-

ством, повторяющиеся образцы и связи. Функциональное единство

общества понимал как состояние, в котором все части социальной

системы работают гармонично и внутренне согласованно, а ту или

иную из них объяснял на основе вклада, который она вносит в вос-

производство целого и определенной структуры. С этих позиции А.

Радклифф-Браун говорит и о религии: "Мы исходим из гипотезы, что

социальные функции религии не зависят от ее истинности или лож-

ности, что религии, которые мы считали ошибочными или даже аб-

сурдными... могут быть частями социального механизма и что без этих

"ложных" религий социальная эволюция и развитие современной

цивилизации невозможны"15.

Б, Малиновский в центр внимания поставил отыскание функции

части (элемента) внутри социального целого и сформулировал пос-

тулат универсальной функциональности, согласно которому для каж-

дого действия и института существует функция или функции и

общества не содержат нефункциональных элементов. Он писал: "...в

любом типе цивилизации любой обычай, материальный объект, идея

и верования выполняют некоторую жизненную функцию, решают не-

которую задачу, представляют собой необходимую часть внутри дей-

ствующего целого"16.

Т. Парсонс интересуется прежде всего структурами и процессами,

обеспечивающими интеграцию общества, анализирует механизмы под-

держания социального порядка, институциональный аспект социаль-

ного действия. Он полагает, что социальная система как целое решает

следующие задачи: адаптации к внешним условиям, целедостижения,

интеграции, воспроизводства структуры и снятия напряжений. Соот-

ветствующие подсистемы специализируются на выполнении опреде-

ленной функции: функцию адаптации обеспечивает экономика,

целедостижения - политика, интеграции - правовые институты и

обычаи, воспроизводства структуры - верования, мораль, институты

социализации (в том числе семья и учреждения образования).

Стабильность системы зависит от результатов деятельности подсистем,

а каждая подсистема испытывает на себе последствия

функционирования всех остальных. В сложных общественных системах

их взаимовлияние реализуется с помощью символических посредников.

По мнению Т. Парсонса, при обеспечении интеграции особую роль

играет "система поддержания образцов", которая сочленяет нормы и

экспектации с регулирующими их ценностями. В системе поддержания

образцов решающее значение имеет религия с ее акцентом на цен-

ности. "Сочленение норм и экспектации, - говорит Т. Парсонс, - с

"регулирующими" их ценностями может быть названо легитимизацией

нормативной системы. Здесь находится важнейшая точка сочленения

социальной системы с системой культурной. В конечном счете

легитимизация восходит к религиозным обоснованиям, но в сложных

обществах, кроме религиозного, имеются и многие другие нижеле-

жащие уровни узаконения"17.

Р. К. Мертон существенно пересмотрел постулат универсальной

функциональности и предложил "теорему": как одно явление может

выполнять разные функции, так и одна и та же функция может вы-

полняться различными явлениями. К тому же, по его мнению, опре-

деленные явления могут оказаться "афункциональными" или

"дисфункциональными". В соответствии с таким пониманием Р. К.

Мертон выдвинул идею функциональных эквивалентов, "альтер-

натив", "заменителей", т. е. таких институтов, которые могут выпол-

нять одну и ту же функцию18.

Ряд представителей структурного функционализма к числу

религиозных феноменов относит не только традиционные религии, но

и любые системы ценностей, которые вытесняют религию и выполняют

присущие ей в прошлом функции.

Биологические Биологические концепции ищут основу

и психологические религии в биологических или биопсихических

концепции процессах человека. С этой точки зрения

основу религии составляют "религиозный инстинкт"; религиозное чувство, которое "примыкает к инстинкту сох-

ранения индивидуума или группы" и выступает как "оружие в борьбе

за жизнь"; "ген религиозности". Религия - это "психофизиологичес-

кая функция организма"; представляет "кульминацию основной тен-

денции организма реагировать особым образом на те или иные

положения, в которые его ставит жизнь"; "как и сексуальность, часть

человеческой природы", пробуждающая "глубокие страстные чувства",

и т.д.

Психологические объяснения выводят религию из индивидуальной

или групповой психики. Наиболее распространены поиски основы

религии в эмоциональной сфере. В качестве эмоциональной "клеточки"

брались самые разные чувства - зависимость и страх, почитание и

благоговение, любовь, переживание бесконечности, стыд, нравствен-

ные чувства, чувство возвышенного и др. Были и такие теории, ко-

торые выводили религию из интеллектуальной или волевой сферы.

Заметим, что чисто биологические объяснения не пользуются в

религиоведении широким признанием. Чаще преувеличенное значение

биологическим факторам придается в ходе психологического анализа,

в соответствии с пониманием природы психики.

Один из основателей психологии религии - американский

философ-прагматист У.Джеймс (1842- 1910)-развивал идеи

функционального направления в психологии на основе моторно-

биологической концепции психики как формы активности организма,

средства адаптации к среде. Он объяснял религию, исходя из индивиду-

альной психики: "Условимся под религией подразумевать совокупность

чувств, действий и опыта отдельной личности, поскольку их содер-

жанием устанавливается отношение к тому, что она почитает боже-

ством"19. Религия коренится в эмоциональной сфере психики индивида.

У. Джеймс писал: "...чувство есть глубочайший источник религии, а

философские и богословские построения являются только вторичной

надстройкой, подобной переводу подлинника на чужой язык"20. У.

Джеймс разработал понятие религиозного опыта, под которым

понимал субъективные религиозные феномены в различных формах

- мистические видения, экстатические состояния, экзальтированные

созерцания, галлюцинации и пр. Особое внимание он уделял анализу

религиозного чувства и признавал вероятность того, что оно не за-

ключает в себе такого элемента, который имел бы с психологической

точки зрения специфическую природу: религиозная любовь - это

лишь общее всем людям чувство любви, обращенное на религиозный

объект; религиозный страх - это обычный трепет человеческого сер-

дца, но связанный с идеей божественной кары21, и т.д.

На основе выдвинутого прагматического критерия истинности У.

Джеймс полагал, что истинность религии и веры в Бога проистекает

из их "полезности", "выгодности": общей психологической функцией

всех религий является переход от душевного страдания к постепенному

освобождению от него. Религия обладает чудесной властью самые не-

выносимые страдания человеческой души превращать в самое глубокое

и самое прочное счастье22. Изучая процессы религиозных обращений

молодых людей, психолог пришел к выводу, что такие обращения ве-

дут юношу или девушку к внутреннему росту, к более интенсивной

духовной жизни.

На базе коллективной психологии интерпретировал религию фран-

цузский философ-позитивист, социолог и психолог Л. Леви-Брюль

(1857-1939). Он полагал, что различным социально-историческим

типам общества соответствуют различные формы мышления, отличал

первобытное мышление и мышление цивилизованных обществ. Сво-

еобразие первобытною мышления обусловливает характер соответст-

вующих "коллективных представлений". Первобытное мышление

является мистическим. Первобытный человек в каждый данный мо-

мент не только имеет образ объекта и считает его реальным, но и

надеется на что-нибудь или боится чего-нибудь, поскольку ощущает

какое-то действие, исходящее от объекта или воздействующее на него.

Это действие (влияние, сила, таинственная мощь) признается реаль-

ностью и составляет один из элементов представления о предмете. Но

первобытное мышление является не только мистическим, но однов-

ременно и пралогическим, нечувствительным к противоречиям и не-

проницаемым для опыта. Оно, вместо установления логических

отношений (включений и исключений), подчинено закону

партиципации (сопричастия). Оно не "антилогично" и не "алогично",

но относится к противоречиям с безразличием и не стремится избегать

их, "безразлично к логической дисциплине". Партиципация состоит

в том, что мышление всюду видит разнообразные формы передачи

свойств путем переноса, соприкосновения, передачи на расстояние пос-

редством заражения, осквернения, овладения. Сопричастность прояв-

ляется и в другом аспекте. Реализуемая пралогическим мышлением

интимная сопричастность обеспечивает тесную общность между суще-

ствами, сопричастными друг другу. "Сущность сопричастности, -

пишет Л. Леви-Брюлъ, - заключается как раз в том, что всякая двой-

ственность в ней стирается, сглаживается, что, вопреки принципу

противоречия, субъект является и самим собой, и существом, которому

он сопричастен"23.

Пралогическое и логическое, иррациональное и рациональное, за-

кон противоречия и закон партиципации сосуществуют. Но если в пер-

вобытном обществе преобладает пралогическое, то в дальнейшем

происходит расширение сектора логического мышления. Однако и

"...наша умственная деятельность является одновременно рациональ-

ной и иррациональной. Пралогический и логический элементы сосу-

ществуют в нем (нашем обществе. - И. Я.) с логическим"24.

Наряду с обычаем и языком к коллективным представлениям Л.

Леви-Брюль относил и верования. Коллективные представления слу-

жат "основанием" религиозных институтов (и не только их) в силу

следующих свойств: они носят императивный повелительный характер,

передаются из поколения в поколение, навязываются отдельным

личностям, пробуждая в них чувства уважения, страха, поклонения

в отношении своих объектов, не зависят в своем бытии от отдельной

личности; они не являются продуктом интеллектуальной обработки,

в них образ не отдифференцирован от чувств, слит с эмоционально-

моторными элементами.

В цивилизованных обществах мышление способно анализировать

объект веры рационально-логически, но он дается и в коллективных

представлениях: в современном молении в состоянии экстаза

происходит слияние субъекта и объекта. "Достаточно, - приводит

пример Л.Леви-Брюль, - рассмотреть один объект, Бога, например,

как его рассматривает и исследует логическое мышление и как он дан

в коллективных представлениях иного строя. Рациональная попытка

познать Бога одновременно как будто и соединяет мыслящего субъекта

с Богом, и отделяет от него. Необходимость подчиняться логической

дисциплине противополагает себя партиципациям между человеком и

Богом, не могущим быть представленным без противоречия. Таким

образом, познание Бога приводит к нулю. А между тем какая нужда

в этом рациональном познании у верующего, чувствующего себя со-

единенным со своим Богом? Разве сознание сопричастности своего су-

щества с божественной сущностью.не дает ему такой уверенности, по

сравнению с которой логическая достоверность остается всегда чем-то

бледным, холодным и дочти безразличным?"25 Л. Леви-Брюль делает

следующий прогноз: логическое мышление никогда не сможет сделать-

ся универсальным наследником пралогического мышления; всегда бу-

дут сохраняться коллективные представления, которые выражают

интенсивно переживаемую и ощущаемую сопричастность, в которых

нельзя будет вскрыть ни логическую противоречивость, ни физическую

невозможность26.

Австрийский психолог, невропатолог и психиатр 3. Фрейд (1856 -

1939) применил принципы основанного им психоанализа и к иссле-

дованию религии. Он биологизировал и натурализировал психику че-

ловека. По его мнению, основу психики индивида составляет

бессознательное - "Id" ("Оно"), которое является психическим пред-

ставителем "первичных влечений" - природного биологического нача-

ла. Среди первичных имеются влечения к жизни - сексуальные и

влечения к самосохранению (Эрос), а также влечения к смерти, к раз-

рушению (Танатос). В сфере "Оно" доминируют сексуальные вле-

чения, которые, в отличие от стремления к самосохранению, способны

к вытеснению и сложной трансформации. Под влиянием окружающих,

предъявляющих индивиду систему табу, формируется "Ego" ("Я"),

поверхностный слой душевного аппарата - сознание, которое соизме-

ряет деятельность "Оно" с принципом реальности. В ходе

социализации формируется еще одна структура - "Super-Ego"

("Сверх-Я"), в ней интериоризуются моральные, этические требо-

вания, идеалы и запреты. Она воспроизводит в личности ту функцию,

которую выполнял родитель и воспитатель в первом периоде жизни

индивида. Стремящиеся к осуществлению бессознательные влечения

наталкиваются на сопротивление сознания, происходит их вытеснение.

"Я" оказывается под давлением "Оно", с одной стороны, и "Сверх-Я"

- с другой. Стремясь примирить эти тенденции, "Я" постоянно терпит

неудачу, а потому оказывается "льстецом, оппортунистом, лжецом".

Развивается чувство страха и вины, а вытеснение влечений чревато

появлением невроза. 3.Фрейд считает невроз индивидуальной

религиозностью, а религию - универсальным коллективным неврозом.

Религия играет важную роль в культуре как средство защиты от

опасности индивидуального невроза. 3. Фрейд писал: "Последствия

происшедших в доисторическое время процессов, подобных вы-

теснительным, потом еще долгое время преследуют культуру. Религию

в таком случае можно было бы считать общечеловеческим навязчивым

неврозом, который, подобно соответствующему детскому неврозу, ко-

ренится в Эдиповом комплексе, в амбивалентном отношении к отцу...

благочестивый верующий в высокой степени защищен от опасности

известных невротических заболеваний: усвоение универсального не-

вроза снимает с него задачу выработки своего персонального невроза"27.

Эдипов комплекс выражается в эмоциональной привязанности

мальчика к матери и двойственном отношении к отцу. Испытывая вле-

чение к матери, мальчик одновременно ненавидит и любит отца

(амбиваленция "ненависть - любовь"), привязан к нему, но невольно

хочет его смерти. Религия коренится в Эдиповом комплексе сына, ко-

торый хотя бы в воображении убил своего отца, чтобы занять место

рядом с матерью. "Психоанализ, - писал 3. Фрейд, - научил видеть

нас интимную связь между отцовским комплексом и верой в Бога,

он показал нам, что личный Бог психологически не что иное, как

идеализированный отец..."28. Происхождение религии 3. Фрейд связы-

вал с беспомощностью человека перед противостоящими силами

природы и внутренними инстинктивными силами: он видел в ней "ар-

сенал представлений, порожденных потребностью сделать человече-

скую беспомощность легче переносимой"29. Религиозную веру он

Наши рекомендации