Процесс познания, его формы и особенности

Одним из важнейших положений гносеологии является то, что познание есть сложный, противоречивый процесс. Сложность в том, что познание — это многостадийный, многоаспектный, детерминированный различными причинами и условиями, разворачивающийся в пространстве и во времени акт. Противоречивость познания проявляется уже в том, что оно переводит материальное в свою противоположность — идеальное. В процессе отражения физическое (внешний мир, его действительные свойства и отношения) преобразуется в физиологическое (работа нервной системы, мозга) и, наконец, в психическое — в факт сознания, мысленные образы вещей, событий, процессов. Противоречивость познания проявляется также в специфике его форм, в характере связей этих форм между собой.

Цель познания — знания. Они нужны для: ориентации человека в окружающем мире; объяснения и предвидения событий; планирования и реализации деятельности. Знание - средство преобразования действительности и это система. Знание возникает в процессе познания, а он состоит из форм, этапов, уровней. В теории познания выделяют, как правило, чувственное и рациональное познание, а также рассматривают интуицию как особый момент связи чувственного и рационального.

Характеристику процесса познания следует начать с чувственной ступени, потому что она:

исторически начальная ступень;

начальная в том смысле, что без чувственности первоначального контакта с миром не возникает.

Чувственное познание осуществляется посредством органов чувств (зрение, слух, обоняние, осязание, вкус). Для него характерны: - непосредственность (прямое воспроизведение объекта); - наглядность и предметность возникающих образов; - воспроизведение объектов на уровне явления, т.е. их внешних сторон и свойств.

Основные формы чувственного отражения: ощущения, восприятия, представления. Ощущения отражают отдельные свойства и стороны объекта (цвет, запах и т.д.) и сами по себе не дают цельной картины объекта познания. Восприятия - синтез ощущений, при котором формируется целостный образ предмета в единстве его сторон и свойств. И, наконец, наглядное воспроизведение прошлых восприятий с помощью памяти и воображения рождает такую форму образа, как представление. По сравнению с восприятием оно является более обобщенным образом действительности, служит ступенькой, позволяющей перейти к рациональному отражению действительности. Но не следует представлять дело так, что чувственное познание — это пассивный этап передачи информации от объекта к субъекту. Чувственное отражение активно, во-первых, а во-вторых, социально обусловлено (речь идет о человеческом чувственном отражении).

Говоря о чувственном познании, следует заметить, что социальная детерминация чувственного отражения человека составляет его специфику по сравнению с чувственным отражением у животных. Эту специфику можно выразить в следующих положениях.

Выделяется влияние социальных отношений, общественной и индивидуальной практики на выбор объектов отражения в окружающей действительности.

Происходит формирование (под воздействием практики, социально-культурных условий и ценностей) перцептивных установок и ожиданий, регулирующих в ходе восприятия взаимодействие текущих сенсорных данных и прошлого опыта субъекта.

Осуществляется взаимодействие прошлой, а также текущей сенсорной информации и культурных наслоений. Исходя из этого можно говорить о том, что непосредственность чувственного отражения - вещь относительная и что необходимо учитывать эту относительность в познавательной и практической деятельности. Таковы в общих чертах формы, особенности и специфика чувственного познания человека.

Рациональное познание — более сложный, присущий человеку способ отражения действительности посредством мышления. Мышление может быть представлено тремя основными уровнями, которые соответствуют в общем истории его развития: сенсорно-перцептивным; уровнем представлений; вербально-логическим уровнем (уровнем понятийного мышления). Для него характерны: - опора на результаты чувственного отражения, опосредованность чувствами; - абстрактность и обобщенность возникающих образов; - воспроизведение объектов на уровне сущностей, внутренних закономерных связей и отношений. К основным формам рационального познания можно отнести: понятия, суждения, умозаключения, законы, гипотезы, теории.

Понятие – логический образ, воспроизводящий существенные свойства и отношения вещей. С него начинается и им завершается любой цикл осмысления действительности. Возникновение понятия – это всегда скачок от единичного к всеобщему, от конкретного к абстрактному, от явления к сущности.

Суждение – это мысль, связывающая несколько понятий и благодаря этому отражающая отношения между различными вещами и их свойствами. С помощью суждений строятся определения науки, все ее утверждения и отрицания.

Умозаключение представляет собой вывод из нескольких взаимосвязанных суждений нового суждения, нового утверждения или отрицания, нового определения науки. С помощью понятий, суждений и умозаключений выдвигаются и обосновываются гипотезы, формулируются законы, строятся целостные теории – наиболее развитые и глубокие логические образы действительности.

И еще одно важное положение, которое желательно сформулировать при характеристике рационального познания. Необходимо различать понятия “мышление” и “интеллект”. Интеллект следует рассматривать как интегральную и высокодифференцированную способность к мышлению, как универсальную тренированность мозга. Это своего рода духовный потенциал личности, где функциональное раскрытие порождает все богатство оттенков и форм человеческого мышления. Под мышлением (умственной активностью), напротив, понимается та конкретная деятельность, которая производится носителем интеллекта.

Умственная работа не сводится к механическому усвоению способов деятельности. Человек овладевает не набором понятий, суждений и умозаключений, а принципами, структурой для их обработки. Как интеллект (умственная способность), так и мышление (умственная активность) не являются изолированными формами. Между ними постоянно осуществляется взаимосвязь, взаимопереход. По-видимому, сам интеллект есть результат функционирования многоаспектного, напряженного мозга: только через мыслительную деятельность происходит его формирование. Такова характеристика рациональной ступени познания. Но чувственное и рациональное познание как формы не исчерпывают процесс познания. Познание осуществляется и с помощью интуиции, на природе которой и ее познавательных возможностях следует остановиться подробнее.

Интуиция — (пристально смотрю) определяется как способность постижения истины путем ее усмотрения без обоснования с помощью доказательств. Еще ее определяют как чутье, проницательность, непосредственное познание, основанное на предшествующем опыте и теоретических научных знаниях. В иррациональной философии интуиция — мистическое постижение “истины” без помощи научного опыта и логических умозаключений. Характеризуя интуицию, можно отметить что:

интуиция - это особая форма скачка от незнания к знанию;

интуиция - это плод переплетения логических и психологических механизмов мышления.

Исследователи отмечают также и признаки интуиции: внезапность скачка; неполная осознанность процесса; непосредственный характер возникновения знания. Выделяют также формы интуиции: чувственную и интеллектуальную.

Характерно то, что у нас внезапно возникает уверенность в результативности интуитивного познавательного акта, причем такая уверенность имеет три особенности:

остается неясным, каким образом мы угадываем “близость решения”, хотя буквально ничего не можем сказать о его содержании;

усилия сознания “схватить” подступающее решение, т.е. подключить внимание и формальную логику, как бы отпугивает его;

хотя мы и не знаем содержания наступившего решения, мы тем не менее откуда-то обретаем уверенность в том, что оно существенно лучше тех вариантов, которые придумывались нами ранее.

Подсознательный характер интуитивного мышления не означает его отрыва от осознанного мышления. Во-первых, интуитивное мышление совершает свою работу над проблемой не раньше и не позже того, когда над проблемой бьется осознанное мышление. Во-вторых, решения, полученные на интуитивном уровне, дают ответ именно на наиболее трудные задачи, стоящие перед осознанным мышлением, дают конструкциям (моделям) осознанного мышления именно то, чего им не достает.

Интуитивное мышление следует за осознанным мышлением в плане проблематики, но часто опережает его во времени решения задач. Еще его особенность в том, что оно возникает как следствие напряженных и эмоционально насыщенных поисковых размышлений. Оно всегда эмоционально окрашено. Оно всегда просто и лаконично и никогда не представляет собой целой теории, а дает лишь некоторый ключевой элемент типа того, который имел место у Д.И.Менделеева, который отмечал: “В голове все сложилось, а на бумаге таблица никак не получается”. Таким образом, интуитивное мышление принадлежит к той группе явлений духовной жизни, которые доставляют обществу такие полезные неожиданные находки, которые оно ранее не могло предполагать и которые поэтому позволяют ему скачкообразно выходить на новые качественные уровни (огонь, керамика, металл, колесо и т.д.). Можно ли инициировать интуицию? Положительный ответ на этот вопрос ставит проблему управления интуицией. Управление интуицией, насколько это вообще возможно, означает овладение способами инициирования процессов самодостраивания и направленного воздействия на поле мозга и сознания.

Завершая разговор о видах познания, следует сказать о том, что выделение в познании чувственного и рационального познания, а также интуиции вовсе не означает, что процесс познания протекает именно в такой последовательности. В реальном познании все сосуществует одномоментно, формы познания в реальном познавательном акте неразделимы. Но тем не менее знание о том, что такое познание, каковы его основные формы, закономерности, безусловно, поможет в осмыслении окружающей нас действительности.

Характеристика процесса познания будет неполной, если мы не обратимся к понятию, что такое истина. От истинности знания зависит успех практического действия, о чем своеобразно высказывался китайский философ Чжу Си. Он замечал: "Не варите песок в надежде получить кашу". Что же такое истина?

Существуют весьма разнообразные определения истины. Приведем некоторые из них: “Истина — это соответствие знаний действительности”; “Истина — это опытная подтверждаемость”; “Истина — это свойство самосогласованности”; “Истина — это полезность знания, его эффективность”; “Истина — это соглашение”. Современная трактовка истины, — по которой она определяется как соответствие знаний действительности, — включает в себя следующие моменты.

Во-первых, понятие “действительность” трактуется прежде всего как объективная реальность, существующая до и независимо от нашего сознания, как состоящая не только из явлений, но и из сущностей, скрывающихся за ними, в них проявляющихся.

Во-вторых, в “действительность” входит также и субъективная действительность; познается, отражается в истине также и духовная реальность.

В-третьих, познание, его результат — истина, а также сам объект понимаются как неразрывно связанные с предметно-чувственной деятельностью человека, с практикой; объект задается через практику; истина, т.е. достоверное знание ее сущности и ее проявлений, воспроизводима на практике.

В-четвертых, признается, что истина не только статичное, но также и динамичное образование, истина есть процесс.

Все эти моменты отграничивают диалектико-материалистическое понимание истины от агностицизма, идеализма и упрощенного материализма. Из понимания истины как объективной, не зависящей от индивидов, классов и человечества, следует ее конкретность. Конкретность истины — это зависимость знаний от связей и взаимодействий, присущих тем или иным явлениям, от условий, места и времени, в которых они существуют и развиваются.

Важное место в теории познания занимают формы истины: относительная и абсолютная. Свойство объективной истины быть процессом проявляется двояко: во-первых, как процесс изменения в направлении все большей полноты отражения объекта и, во-вторых, как процесс преодоления заблуждения в структуре концепций, теорий. Движение от менее полной истины к более полной имеет моменты устойчивости и моменты изменчивости. При нарушении этого единства рост истины замедляется или прекращается вовсе. При гипертрофии момента устойчивости возникает догматизм. Абсолютизация же относительности знаний приводит к скептицизму и, в конце концов, к агностицизму.

Проблема отграничения истины от заблуждения возникла еще в античные времена. Одни философы считали, что нельзя найти прочного основания, с помощью которого можно было бы решить вопрос об объективной истинности знания, поэтому склонялись к скептицизму и агностицизму. Другие видели такой критерий в данных ощущений и восприятий человека: все то, что выводимо из чувственно-данного, истинно. Третьи полагали, что достоверность всего человеческого знания можно доказать путем выведения его из небольшого числа всеобщих положений, истинность которых самоочевидна в силу их ясности и отчетливости, но это слишком зыбкий критерий для доказательства объективной истинности знания.

Возникла задача найти такой критерий, который, во-первых, был бы непосредственно связан со знанием, определял бы его развитие и в то же время сам бы им не являлся; во-вторых, этот критерий должен был соединить в себе всеобщность с непосредственной действительностью. Таким феноменом оказалась практика.

Помимо практики в научном познании существуют и другие критерии истины. Среди них выделяется логический критерий. Здесь имеется в виду его понимание как формально-логического критерия. Его сущность — в логической последовательности мысли, в ее строгом следовании законам и правилам формальной логики в условиях, когда нет возможности опираться на практику. Выявление логических противоречий в рассуждениях или в структуре концепции становится показателем ошибки или заблуждения.

Большое место в познании (особенно в общественных науках) занимает аксиологический критерий, т.е. обращение к общемировоззренческим, социально-политическим, нравственным и эстетическим принципам. Но наиболее важным критерием истины является все же практика, опыт. Вне опыта мышление оказывается лишенным ценностного измерения, а значит, и философского смысла. Именно поэтому практика лежит в основе логического и аксиологического, и всех других критериев истины. Какие бы способы установления истинности суждений и концепций ни существовали в науке — все они в конечном итоге (через ряд посредствующих звеньев) оказываются связанными с практикой. В этом отношении можно утверждать, что практика – главный критерий истины.

Практика неразрывно связана с познанием и выполняет по отношению к нему определенные гносеологические функции.

1) Одна из важнейших гносеологических функций практики состоит в том, что она выдвигает цели познанию, направляет его на решение назревших и наиболее актуальных задач.

2) Практика не только ставит цели, но помогает правильно определить объект исследования, понять, что в нем наиболее существенно и важно на данном этапе. Чем более развивается процесс практики, чем больше объектов вовлекается в орбиту познания, тем полнее и точнее определяется круг первоочередных познавательных задач.

3) Практика поставляет основные материальные средства познанию и тем самым определяет его конкретные возможности и границы.

Практика выступает и как источник всех фактических данных. Она непосредственно включается в познавательный процесс в форме наблюдения, предметного обследования, опроса, эксперимента.

Именно поэтому практика позволяет проверить и оценить результаты познания, и она выступает как критерий истины. Характеризуя практику как критерий истины, следует подчеркнуть, что сама практика исторически ограничена. Определителем того, какое знание является истинным, а какое ложным, практика выступает не в абсолютном, а в относительном смысле, в определенной форме, на определенном этапе своего развития. Случается, что на одном уровне она не в состоянии определить истину, а на другом, более высоком уровне, обретает такую способность по отношению к тому же комплексу знания. Таким образом, критерием истины является практика, взятая в процессе своего движения, развития.

Однако проблема отграничения истины от заблуждения в познавательном процессе остается, о чем недвусмысленно говорится в одном из фрагментов текста философии Древнего Китая: "Однажды Чжуан Чжоу приснилось, что он бабочка, счастливая бабочка, которая радуется, что достигла исполнения желаний, и которая не знает, что она Чжуан Чжоу. Внезапно он проснулся и тогда с испугом [увидел, что он] Чжуан Чжоу. Неизвестно, Чжуан Чжоу снилось, что он бабочка, или же бабочке снилось, что она Чжуан Чжоу. [А ведь между] Чжуан Чжоу и бабочкой, несомненно, существует различие. Это называется превращением вещей" (Древнекитайская философия. Собрание текстов: в 2х томах. - М., 1972. - Т.1. - С. 261).

Следует с необходимостью заметить, что познавательной деятельности человека постоянно сопутствует феномен творчества. Творчество — это процесс человеческой деятельности, создающий качественно новые материальные и духовные ценности. Философия изучает проблемы гносеологического и общеметодологического характера творческого процесса. К ним относятся: творчество и сущность человека, соотношение отражения и творчества, отчуждение и творческие способности, социокультурная детерминация творческой деятельности и др.

Творчество неоднородно. Выделяются различные виды творчества: производственно-техническое, изобретательское, художественное, религиозное, философское, бытовое и т.п., иначе говоря, виды творчества можно соотнести с видами практической и духовной деятельности людей. Можно говорить и о структуре творческого акта. При характеристике научного творчества выделяют следующие этапы.

Этап накопления знаний, навыков, умений для четкого формулирования проблемы.

Этап “сосредоточения усилий”, который иногда приводит к решению проблемы, а иногда вызывает усталость и разочарование.

Уход от проблемы, переключение на другие занятия; этот этап называется периодом инкубации.

Озарение, или “инсайт”.

Верификация.

В научном творчестве можно условно выделить разные уровни — в зависимости от характера и соотношения продук­тивных и репродуктивных элементов. В сугубо прагматиче­ских прикладных разработках выше удельный вес репродуктив­ных элементов (решение стандартных задач по готовому образ­цу); в фундаментальных исследованиях преобладают элементы продуктивные (рассмотрение проблемы с неопределенной об­ластью поиска и неизвестной стратегией решения). Переход с одного уровня на другой совершается в результате наруше­ния достигнутого ранее равновесия продуктивного и репродук­тивного, свойственного данной «мере» творчества. Если в ис­следовании интенсивно генерируются продуктивные познава­тельные движения, оно поднимается на высший уровень, на ко­тором (при наличии соответствующих условий) совершается крупное научное открытие.

Проблема стимулирования творческого процесса становится одной из важнейших в наше время. В науке она рассматривается в двух основных аспектах: 1) развитие врожденных задатков, их раннего распознавания и дальнейшего воспитания исходного творческого потенциала и 2) оптимизация творческой деятельности специалистов. Попытки поставить научные открытия "на поток" сталкиваются с реальной практикой того, что научные открытия продолжают делаться стихийно, с помощью опыта, случайных удач. Как замечает Л.В.Яценко, "в самой сердцевине науки сохраняется донаучный способ духовного производства". Действительно, технология творческого процесса умирает, как правило, вместе с его носителем. Творческий процесс осуществляется в мозгу индивидуума и в силу этого он уникален. Однако современные способы активизации творческого процесса предусматривают методики не только личностной, но и коллективной стимуляции. Созданы, например, специальные методики, оптимизирующие коллективные способы решения с опорой на интуицию и с последующим критическим анализом и экспертизой выдвигаемых идей. Достаточно широко известна методика "мозгового штурма" А.Осборна и ее модификации, которые организуют целенаправленную работу группы, стремящейся найти новые идеи. Ряд авторов (Л.Л.Гурова, В.Н.Пушкин, О.К.Тихомиров и др.) отмечают, что среди различных форм регуляции творческого процесса наименее всего разработана так называемая эвристическая форма в ее соотношении с нормативной.

Эвристическое приемы до сих пор не удалось строго формализовать; для этого нужны не только более совершенные компьютеры, как отмечают многие авторы, но и глубокое знание механизмов, свойств и характеристик мышления.

Креативность зависит не только от общего количества и пропорций продуктивных и репродуктивных элементов, но и от качественной определенности, специфики продуктивного. В творческом процессе обязательно должны наличествовать продуктивные элементы трех групп, различающиеся по своему содержанию и функции в научном поиске.

Во-первых, возникновение оригинальных познавательных движений, нетривиальных подходов к анализу и синтезу со­бранного мыслительного материала, формирование уникальных способов исследования обеспечивают научному результату та­кой фундаментальный признак, как принципиальная (с пози­ций данного общества) новизна. Этот результат становится первым в ряду научных идей данного класса, «родоначальником» нового направления, исходным образцом. Его репродуци­рование может осуществляться путем тиражирования самого продукта в форме научного сообщения (печатное издание работы) и посредством повторения познавательных действий, применения данного принципа к анализу других явлений. При этом чем ближе к исходной другая изучаемая область, тем больше в исследовании репродуктивного.

Во-вторых, важную роль в научном исследовании играют те продуктивные элементы, которые формируются в ходе по­иска общего смысла и целей деятельности. В творческом процессе участвуют принятые ученым ценности и идеалы. Под их контролем происходит постоянный отбор познаватель­ных действий, их корректировка, весь процесс вводится в опре­деленное русло, а продукты его оцениваются с точки зрения их социальной значимости.

В-третьих, творческая деятельность, протекающая «по законам красоты», отвечающая требованиям эстетической целесообразности, приводит к появлению изящного математического уравнения, элегантных доказательств, стройной гармоничной теории, которые обладают эстетическим совершенством и потому просты и удобны в употреблении.

Таким образом, логика возникновения задачи, требующей творческого решения, может быть вполне осознаваемой, но иногда само обнаружение проблемы является подлинным открытием и зависит от одаренности самого исследователя. Характеризуя такую ситуацию, А. Шопенгауэр отмечал, что талант попадает в цель, в которую никто попасть не может; гений попадает в цель, которую никто не видит. Рассмотрение творчества показывает его глубоко индивидуальную природу, большое значение в нем профессионализма и таланта исследователя, его нравственных качеств, интуиции и случайностей; в то же время творчество не является таинственным явлением.

Наши рекомендации